Академия Форхиллз - Дарья Михайловна Сорокина

— Обожглись? — с пониманием спросила я.

— А? — не сразу сообразила кухарка.

— Ваши руки. Я в детстве на себя целую кастрюлю с кипятком вылила. Было жутко больно. Давайте помогу.

Я взялась за поднос, и Хейзел очень странно посмотрела на мой окрашенный палец. Всего секунда. Но моей паранойе ее было достаточно. А вдруг у нее под пластырями не ожоги, а краска-ловушка? Ви любила такое делать!

У меня зашумело в ушах.

— Выпейте чаю, — настойчиво проговорила миссис Кэмпбелл.

Я взялась за чашку, стараясь унять дрожь, и не думать о том, что Хейзел выжидательно на меня смотрит.

— Горячий, — зашипела я, изобразив глоток.

— Я подолью вам холодной воды.

— Хейзел, все в порядке. Я сейчас все выпью, если бабушка заставила меня проконтролировать, не стоит. Отдохните. Вашим рукам точно нужен покой.

Клянусь, под пластырем мне все-таки почудилась краска.

— Вы знаете госпожу Теймроуз. Она умеет заставлять. Выпейте. Прошу.

Все мои инстинкты кричали, что пить этот чай нельзя, и дело не в бабушке. С Хейзел что-то не так, и чем больше я упираюсь, тем сильнее она наседает.

Чай безобидно пах ромашкой.

Сделала глубокий вдох перед глотком, а потом плеснула им в лицо Хейзел. Она взвыла от боли и начала сыпать ругательствами. Выбежала из комнаты и быстро закрыла дверь на ключ.

— Открой! — заревела она. — Открой, маленькая гадина!

На эти крики точно должен был прибежать Джейсон или бабушка. Но в поместье царила гробовая тишина, если не считать воплей Хейзел. Прижалась к стене и старалась идти в тени. Мне безумно хотелось рвануть со всех ног, но боюсь, кто-то должен был помочь кухарке вырубить двоих человек. И этот кто-то в доме.

— Вернон! Вернон! Она сбежала. Не дай ей уйти!

А вот и разгадка.

Зажала рукой рот, когда услышала торопливые шаги на лестнице.

— Мама?

— Лови! Лови её.

За мгновение до того, как Вернон щелкнул по выключателю, я нырнула в одну из открытых комнат.

Бабушкина спальня. Чемодан на полу и наспех брошенные в него вещи. Сделала самое глупое, на что была способна. Забралась под кровать и старалась не дышать.

— Виви, почему ты всегда прячешься в одном и том же месте? — недовольно спросила меня сестра, открыв шкаф.

— Просто ты слишком быстро считаешь. Давай до двадцати!

— Нет! Только так… Ещё раз, Виви, пока ты не запомнишь. Цветы. Гроб. Сестра. Мысли. Вороны. Розы. Перья. Шипы. Кровь.

Услышала треск. Кажется, Вернон ломал дверь в комнату Ви. Это мой шанс сбежать. Выползла из-под кровати.

— Её. Сначала её! Тупой ублюдок. Лови девку! У нас мало времени!

К счастью, Вернон не слушался и продолжал врезаться в дверь раз за разом. Рассчитала следующий удар и выбежала из комнаты к лестнице. Семенила по ступенькам босыми ногами, держа в руках кроссовки. В гостиной лежал бедный Джейсон, из его головы сочилась кровь, много крови. Руки были стянуты за спиной пластиковым хомутом. Я точно не успею перерезать его.

Бабушка без сознания на диване, а рядом валялась опрокинутая чашка чая. Жива. Они живы. Дышат.

Треск громче. Кажется, двери недолго осталось.

Начала шарить по карманам у Джейсона. Ни ключей от тачки. Ни телефона, чтобы вызвать девять-один-один.

Хоть входная дверь открыта. Выбежала на улицу. Ни одного гребаного гольф-кара. Гараж с дедушкиными тачками заперт. Хотелось выть от бессилия. Побежала в сторону леса, не имея, ни малейшего представления, где искать помощь.

Бесконечно повторяла считалочку Вианор.

Цветы. Гроб. Сестра. Мысли. Вороны. Розы. Перья. Шипы. Кровь.

Цветы. Гроб. Сестра. Мысли. Вороны. Розы. Перья. Шипы. Кровь.

Цветы. Гроб. Сестра. Мысли. Вороны. Розы. Перья. Шипы. Кровь.

Мне казалось, что как только я дойду до конца, то меня схватят. Кто знает, сколько у этих маньяков помощников. И что им от нас нужно? Выкуп? Все дело в деньгах?

Добралась до деревьев.

В любое другое время меня бы ужасно напугала темнота леса, но сейчас я была рада нырнуть под его защиту. Только когда ветки больно впились в мои ноги, я вспомнила о прижатых кроссовках. Обулась и побрела дальше в темноту.

Я шла без остановки час или два, не имея ни малейшего представления, как далеко простирается лес. Позади не было слышно погони, но легче мне не становилось, вдруг эта чаща расползается на километры. В какой-то момент хотелось развернуться к поместью и попытаться спрятаться в теплом доме. Как там бабуля? Я бросила ее вместе с психами.

Привалилась к стволу, чтобы передохнуть. Брендовый костюм перепачкался, а в кроссовки набились листья и ельник. Натянула воротник до глаз и старалась сдержать слезы.

Кто эти люди и зачем им все это?

Обхватила колени руками, в тщетной попытке согреться. Словно в насмешку мне зарядил дождь. Капли постукивали вокруг, вгоняя меня в ещё большую панику. Теперь мне чудилось, что меня обступают со всех сторон.

— Шон… — позвала я в ночной воздух, выпуская вместе с паром тепло и своего тела. — Найди меня.

Глава 20 Заплатка

Шон

Меня больше не трогали. Просто оставили в комнате как сломанную игрушку. Именно так я себя и чувствовал после того, что сделала Шарлотта. Мне не было больно, я не рвался сбежать, мне больше ничего не хотелось, из меня словно выдрали возможность чувствовать вообще.

В принципе, было даже неплохо. Ни боли, ни сожаления. Ничего. И если бы не дразнящий запах Виви у меня на подушке, я бы решил, что ее никогда не существовало.

Перевернулся на бок. Запах стал ярче, и я пытался вспомнить, почему так сильно любил ее. А любил ли вообще? Вдруг это какая-то магия вуду?

Новый вдох, и невыносимая пустота в груди только разрасталась. Погладил подушку, воскрешая в памяти мягкость кожи Виви, но мгновения ускользали от меня, как яркие ниточки, которыми Виви пришила мое сердце.

Становилось пусто, бессмысленно, тихо.

Но тишина длилась недолго. Не успел Форхиллз оправиться после громкого отъезда Вивьен и Авелин Теймроуз, как новая нервозность начала распространяться в воздухе. Я чувствовал эти вибрации во всем теле. Они больно впивались в меня пальцами Шарлотты. Заполучив Шу, она явно решила не выпускать его из рук, пока я не приду в чувство, но теперь я живу ее эмоциями.

Страх. Паника. Вот что сейчас поселилось в ее сердце.

Подошёл к двери. Руки не слушались. Моя дрожащая ладонь никак не хотела коснуться ручки, словно невидимые лески сдерживали каждое мое движение.

Прижался ухом