Лезвие бритвы - Энн Бишоп

— Нет, сэр, нет, — сказал Монтгомери, его обычно вежливый голос звучал напряжённо. — Но вы можете подтвердить, что кто-то был здесь без моего обращения к официальным каналам.

Саймон обдумал это. Как и простые волки, Волки-терра индигене поддерживали территории, где они охотились за пищей или выращивали пищу, которой наслаждались их человеческие формы. Но Волки, живущие на разных территориях, будут работать вместе, чтобы защитить себя и дикую страну от захватчика. Он думал, что полицейские участки действуют по этим же правилам: разные стаи, которые охраняют определённую территорию, но будут работать сообща, чтобы охранять весь город Лейксайд.

— Вы не доверяете другим полицейским.

Ни один из людей не произнёс ни слова. Наконец, Бёрк сказал:

— Это будет зависеть от того, что вы нам скажете.

<Раз уж мы здесь, я обнюхаю логово Монтгомери>, — сказал Натан, протискиваясь мимо двух людей.

Саймон и Блэр вошли внутрь. Монтгомери закрыл дверь.

Пока Натан методично исследовал гостиную, Саймон подошёл к кухне и принюхался. Затем он посмотрел на Монтгомери.

— Там что-то воняет.

— Я собирался вынести кухонные отходы, когда вернулся домой вчера, — смущённо сказал Монтгомери.

<Здесь пахнет старьём>, — сообщил Натан, обнюхивая спинку и бока дивана.

Когда Саймон передал это замечание, Монтгомери кивнул.

— Когда я снял квартиру, диван уже был здесь, оставленный предыдущим жильцом. Я его ещё не заменил.

<Запах Ковальски на некоторых книгах>, — сказал Натан, проверяя книжный шкаф, прежде чем вернулся к дивану.

— Ковальски был здесь? — спросил Саймон.

Монтгомери кивнул.

— Вчера он собрал для меня сумку, — он моргнул. — Вы можете сказать, что он был здесь? Вы узнаёте его запах?

— Конечно, — ответил Саймон, наблюдая, как Блэр проверяет кухню, включая холодильник и шкафы.

У незваных гостей не было причин искать в этих местах Лиззи или Медведя Бу, но Волки не получали приглашения заглянуть в людские логова. Зачем упускать такую возможность?

<Он живёт бедно>, — сказал Блэр. Затем он остановился возле мусорного контейнера. Он присел на корточки и обнюхал крышку, а потом опустился на четвереньки и понюхал педаль, которая поднимала крышку.

Саймон наблюдал за Блэром, но заметил, как Монти поморщился, вероятно, думая, что это мусор был интересен… и заметил, как Бёрк сосредоточился на Волке.

<Кто-то, не Монтгомери и не Ковальски, прикасался к этому контейнеру>, — сказал Блэр.

<Какие-то новые запахи на краях подушек>, — доложил Натан.

Саймон передал их наблюдения, пока два других Волка осматривали остальную часть квартиры.

— А…

Монтгомери поспешил вперёд, когда даже человеческие уши услышали, как Блэр роется в аптечке в ванной.

Все трое добрались до спальни как раз вовремя, чтобы увидеть, как Натан шевелит передними лапами, открывая ящики комода и роясь в них. Оставив комод, Волк обнюхал одежду в шкафу, а потом встал на задние лапы, чтобы обнюхать полку над вешалкой.

Покончив с гардеробом, Натан сунул голову под кровать, потом откинулся назад и чихнул.

<Пыль>.

Судя по выражению лица Монтгомери, Саймону не нужно было передавать это замечание.

Монтгомери вздохнул.

— Если бы моя мама заметила пыль, она бы сказала: «Криспин Джеймс, ты не уважаешь свой дом».

— Криспин Джеймс? — спросил Саймон. — Не Монтгомери?

— Мама зовёт меня Криспин или Криспин Джеймс. Остальные члены семьи зовут меня Си Джей, а друзья — Монти.

— Зачем людям столько имён?

— Не знаю, — помолчав, он сказал: — Иногда имена представляют разные стороны одного и того же человека. Криспин Джеймс — сын Твайлы и Джеймса Монтгомери. Лейтенант Монтгомери — офицер полиции. Один и тот же человек, но люди вокруг меня ожидают и нуждаются в разных вещах от меня.

— У каждого из нас есть одно имя, — сказал Саймон.

— Это не совсем так, — сказал Монти. — Я слышал, что вас называют Вулфгардом, когда другие терра индигене говорят о вас, как о лидере Двора. А ещё у вас есть Мег Корбин и кс759. Один и тот же человек.

— Нет, — Саймон показал зубы, чтобы подчеркнуть отрицание. — Одна была собственностью. Другая — Мег.

— Тот же человек, но то, чем она была и является, имеет вес и значение для неё самой и для окружающих её людей, — возразил Монти.

«Щенкам кровавого пророка на Грейт Айленде нужны имена, чтобы они поняли, что больше не являются собственностью», — подумал Саймон, пока Натан быстро обнюхивал ванную и кухню, а Блэр пошёл в спальню. Это надо будет обсудить со Стивом Ферриманом, поскольку Интуит, возможно, уже знает несколько подходящих имён.

Решив так, по крайней мере, на какое-то время, Саймон незаметно наблюдал за людьми. Бёрк не сводил глаз с Волков. Монтгомери, с другой стороны, выглядел так, словно сожалел, что позвонил в Двор и позволил этим чувствительным носам заглянуть во все уголки его жизни.

Блэр и Натан вернулись в гостиную.

— Два запаха, не Ковальски и не Монтгомери, — сказал Блэр. — Мы их не узнаем, значит, в Дворе они не были.

Саймон видел, как напряжение спало с обоих мужчин. Со стороны тех, кому Монтгомери доверял, предательства не было.

— Спасибо за помощь, — сказал Бёрк.

Саймон оглядел квартиру. Здесь нет стаи, чтобы охранять молодых. Некому будет защитить Лиззи, когда Монтгомери придётся заниматься полицейскими делами.

Люди были похожи на липкие лозы. Если ты не убегал при первом же прикосновении, то запутывался всё больше и больше.

Большинство из них были мясом, и всегда будут мясом. Но, чёрт возьми, теперь, когда он смотрел на некоторых из них, он просто больше не видел в них мяса, даже когда хотел укусить их за проступок.

— Хищники нашли твоё логово, — неохотно сказал он, вспомнив, как Монтгомери и Бёрк помогли ему защитить Мег. — Лиззи не может здесь оставаться.

Услышав тихое жалобное хныканье Натана, он добавил с некоторым жаром:

— Но я не хочу, чтобы она играла с Мег или Натаном, пока не поймёт, сколько неприятностей она причинила сегодня, ведя себя как плаксивый человек.

Судя по тому, как напрягся Монтгомери, его шерсть встала бы дыбом в защите своего детёныша, если бы у людей была шерсть.

Но Саймон услышал больше сожаления, чем гнева в голосе Монтгомери, когда тот сказал:

— Молодые люди будут плохо себя вести и совершать ошибки.

— Молодые Волки тоже плохо себя ведут и совершают ошибки, — сказал Саймон. — Но для благополучия стаи, молодые должны учиться на ошибках и быть дисциплинированными, когда они плохо себя ведут.

<Лиззи всего лишь щенок>, — проворчал Натан. <Мы не будем щипать её так сильно>.

<Но мы будем пресекать>, — сказал Блэр.

<Если Лиззи останется в Дворе, её, конечно, укусят за плохое поведение, как и любого