Ошейник принца вампиров - Дарси Фэйтон

Натаниэль пожал плечами.

— Я редко кусаю волков или людей. Иногда животных. Остальное восполняю иначе.

— То есть?

— Есть и другие источники. Например, овощи вроде шпината и кейла дают железо… — он оборвал себя. — Что смешного?

— Вампир-вегетарианец?

Он поднял голову.

— Я этого не говорил.

— Вегетарианец, — повторила она с удовольствием.

— Я не вегетарианец.

Кира не удержалась от ухмылки и из-за собственного смеха не заметила, как его язык снова коснулся её. Она вскрикнула, на ощупь ища, за что ухватиться. Её рука сомкнулась на длинном тяжёлом предмете. Она подняла его, пытаясь понять, что это, пока он снова медленно проводил языком по её телу.

Он взглянул вверх.

— Вижу, тебе хочется чего-то побольше.

Кира замерла, осознав, на что это похоже.

— Нет, — выпалила она и резко отбросила предмет. Он слетел с кровати и покатился по полу.

Натаниэль усмехнулся.

— Позже ты принесёшь его.

— Нет, — повторила она, уже жёстче, но вскрикнула, когда его язык снова скользнул внутрь неё.

Мысли рассыпались. Она не могла ни говорить, ни думать, пока он медленно и настойчиво доводил её.

— Ты на вкус божественна, — сказал он.

— Правда? — выдохнула она.

— О да. Жаль, что придётся остановиться.

— Остановиться?

— Тебе нужно принести игрушку, питомец.

В ней вспыхнула злость.

— Ты серьёзно думаешь, что я буду тебе что-то приносить?

— Будешь. — Он ещё раз лизнул её и отстранился. — Встанешь на колени, поднимешь её ртом… — он ввёл в неё палец, — потом поползёшь ко мне… — второй палец, — и уронишь у моих ног. Как хороший питомец.

— Нет, не буду, — прорычала она, но голос предательски дрогнул, а тело уже отзывалось на его движения.

— Мне нравится, когда ты говоришь «нет», — сказал он, резко двигая пальцами внутри неё, а затем вытащил их. Он размазал её влагу по её щеке. — Почувствуй, какая ты для меня мокрая, Кира.

Он наклонился ближе, их лица оказались почти вплотную. Он провёл пальцами по её лицу.

Её раздражала липкость, но взгляд Натаниэля был таким тяжёлым, что она на секунду забыла об этом.

— Тебе стоит чаще говорить «нет», — тихо сказал он.

— Пошёл на хуй.

Он не ответил. Вместо этого потянулся к лежащим рядом вещам и поднял кожаный ошейник.

— Пожалуйста, — выдохнула она, бросив взгляд на кляп. — Только не снова.

— Только ошейник. Подними голову.

Она подчинилась. Он застегнул его на её шее.

— Не слишком туго?

— Нет, — резко сказала она, хотя это было неправдой.

Он затянул сильнее.

— А теперь?

Она опустила взгляд.

— Да, сэр.

Он удовлетворённо хмыкнул, но не ослабил его. Вместо этого показал ей тонкую цепь.

— Надеюсь, ты готова доставлять мне удовольствие. Я научу тебя ходить на поводке.

Кира дёрнулась назад, но было поздно. Её ноги всё ещё лежали на его плечах, спина прижата к матрасу. Щелчок застёжки прозвучал слишком громко.

Он слегка потянул цепь.

— Прекрасно. А теперь слушай внимательно…

Она вздрогнула, когда он снова ввёл в неё пальцы, сгибая их внутри.

— Ты слушаешь меня, Кира? — в его голосе появилась опасная нотка.

— Да, — выдохнула она. Ошейник давил, но это было ничто по сравнению с тем, что творилось внутри неё. Часть её хотела продолжения. Остальное застыло в ожидании.

— Хорошо. — Он медленно двигал пальцами, проводя ладонью по её телу. — Сейчас мы пройдёмся по комнате. Пока ты на поводке, ты не говоришь, если я не обращаюсь к тебе. Поняла?

Кира закрыла глаза и тихо всхлипнула, пока рука Натаниэля скользила по ней, размазывая её влагу по бёдрам.

— Да, сэр.

— Хорошая девочка. — Он дёрнул поводок, цепочка звякнула, натянулась, сдавливая шею. — Спускайся с кровати. На колени. — Он кивнул, когда она подчинилась. — Хорошо. Теперь ползи рядом со мной. Всегда чуть позади. Поняла?

Зрение расплывалось от слёз, лицо горело от унижения, сердце билось быстро, сбивчиво, а тело всё ещё жаждало его пальцев.

— Да, сэр, — прошептала она.

— Хорошая девочка. Рядом.

Она ползла за ним, стараясь держаться у его пяток.

Пол был жёстким, ковёр колол колени, а доски под ним были ещё хуже. Они сделали несколько кругов по комнате. Натаниэль тихо напевал и время от времени поправлял её, если она сбивалась с нужного положения.

— Можешь обратиться, если хочешь, — сказал он. — Так тебе будет легче.

Хорошая попытка.

Это не был приказ, и она не собиралась подчиняться. Она промолчала. Он больше не настаивал, и вскоре они вернулись к кровати.

Натаниэль сел на край матраса и указал на пол у своих ног.

— Хватит. Подойди и сядь.

Она подчинилась. Он похлопал её по голове.

— Неплохо. Ты старалась.

Она резко отдёрнула голову, но внутри всё равно вспыхнуло короткое, предательское чувство гордости. Она удивилась, когда он отстегнул поводок.

— Ладно. Думаю, ты заслужила немного свободы. Иди принеси игрушку. Ртом.

В груди кольнуло тревогой. Глупо, но после цепи, после поводка, после того, как её держали и направляли, сама мысль о том, что можно двигаться свободно, казалась странной и даже пугающей. Он дал ей крошечный кусок свободы, и она почти боялась им воспользоваться. Её тревожило, как быстро он добрался до неё.

И всё же она не хотела его разочаровать. Она поползла к игрушке.

Та была длинной, фиолетовой, плотной, но немного податливой. Не такой большой, как показалось сначала, примерно с палец длиной, но толщина делала её пугающей, а по всей поверхности шли грубые утолщения.

Кира облизнула губы и оглянулась на Натаниэля. Он не двигался.

— Я жду, питомец.

Она опустила голову и неуверенно сжала игрушку зубами. С первого раза не получилось, и только со второй попытки ей удалось поднять её.

Она подползла обратно и уронила игрушку у его ног.

— Хорошая девочка.

Его голос был тёплым, густым, и это странно откликнулось в ней. Он поднял игрушку.

— Открой рот.

Она подчинилась, и он засунул её внутрь.

— Соси, как мой член.

Кира осторожно обхватила губами утолщённый конец, морщась, пока рот привыкал к форме. Это было не то. Совсем не то. Ни вкуса, ни запаха, ни реакции. Пусто.

— Куда ты хочешь её дальше?

Она вздрогнула.

— В горло? — Он толкнул глубже.

Она напряглась, но длины не хватило, чтобы вызвать рвотный рефлекс.

— Продолжай.

Она снова взяла игрушку в рот. Вскоре в комнате раздались влажные, неровные звуки.

— Может, тебе больше подойдёт другое место? — задумчиво сказал он, вытаскивая игрушку и поднимая её с пола. Он поставил её у кровати и наклонил вперёд, прижимая к матрасу.

Кира напряглась, почувствовав давление у входа. Он медленно ввёл кончик внутрь.

— Подожди, а как же моя девственность…

— Спокойно. Эта игрушка слишком короткая. Так что скажешь?

Да. Скажи да.

Она пульсировала от