Ошейник принца вампиров - Дарси Фэйтон

— Да… пожалуйста, сэр.

Игрушка вошла глубже, растягивая её. Она развела ноги шире, подаваясь назад.

— Да… — выдохнула она, двигаясь сама. — Ещё.

— Такая жадная. Стоило бы сначала услышать все варианты.

Прежде чем она успела ответить, он резко вытащил игрушку, раздвинул её ягодицы и прижал её к другому месту. Там всё ещё было чувствительно после пробки.

— Ну?

— Нет, — сразу сказала она.

— Мне нравится, когда ты говоришь «нет». Но ты даже не попробовала.

Игрушка давила сильнее. Она задержала дыхание, ожидая боли… но ничего не происходило.

Он ждал.

— Ты уверена?

Она сглотнула.

— Нет, сэр.

— Тогда что ты имеешь в виду?

Она опёрлась на локоть и повернулась, чтобы посмотреть на него. Он стоял позади, тёмный, напряжённый. Возбуждение было видно даже сквозь ткань, но в его взгляде было не только желание.

Там была граница.

И она это поняла. Он не станет её ломать силой. У него были свои правила. Сломанные, жёсткие, но всё же правила.

— Решать тебе, — тихо сказал он.

Я контролирую ситуацию. Это мой выбор.

Было слишком соблазнительно принять этот момент таким, какой он есть, отбросить свои цели и амбиции, страхи и сомнения и просто позволить всему случиться.

Она хотела, чтобы Натаниэль прикасался к ней сильнее, чем когда-либо хотела чего-либо в своей жизни. Он был опасным, сильным, но в нём чувствовалась странная мягкость, от которой становилось спокойно, а его правила, как ни странно, давали ощущение свободы. Впервые её разум затих, и она ощутила покой, которого не знала раньше, даже когда жила в коттедже на окраине Нордокка.

Когда её тело горело от желания, решение оказалось простым.

— Сделай это.

Он не ответил. Просто резко вогнал толстый предмет в неё, глубоко, до упора, и резкая боль пронзила её.

— Сволочь! — крикнула она, больше от неожиданности, чем от боли, резко оборачиваясь.

Натаниэль снова прижал её лицом к кровати.

— Так меньше болит, если делать быстро. Ты уже должна была это понять.

Она нахмурилась. Он был прав, но признавать это она не собиралась.

— Хватит. Переходим к уроку. — Он выпрямился и указал на письменный стол. — Встань. Иди туда.

Кира осталась, согнувшись над кроватью.

— Ещё один урок?

— Да. Я собираюсь держать тебя занятой. И полезной. И ты будешь делать домашнее задание, пока ты здесь. Я уже распорядился, чтобы твои книги принесли сюда, пока ты была в ванной.

Кира резко обернулась.

— Ты был в моей комнате?

— Твоя кураторша принесла их по моей просьбе.

— Сьюзи бы этого не сделала. Она бы не вошла без меня.

— Я не оставил ей выбора. А теперь подумай, прежде чем снова открыть рот. Я не повторяю дважды.

Кира мрачно подошла к столу.

— Хорошо. А теперь надень обратно свою школьную юбку и наклонись.

Натаниэль стоял позади Киры, любуясь ею. Снова она наклонилась над его столом, на этот раз с другой игрушкой в заднице. Его член дёргался всякий раз, когда она открывала рот, чтобы возразить, и он хотел лишь одного: вонзиться в её влажную, истекающую соком киску.

Он медленно выдохнул.

Терпение.

Он раскрыл её учебник по истории на нужной странице и положил перед ней. Почувствовал, как она вздрогнула, когда он наклонился и коснулся начала абзаца.

— Здесь. Читай вслух.

Повисло мгновение тишины, она с недоумением смотрела на книгу.

— Ре… революция?

— Да, — сказал он, выпрямляясь. — Не останавливайся, пока не дойдёшь до конца страницы.

Напряжение стало густым, почти осязаемым. Пока Кира колебалась, он стоял позади, сдерживая желание схватить её за бёдра и прижаться к обнажённой киске. Он всё ещё был полностью одет, но это могло измениться.

Кира наконец начала, её голос зазвучал:

— Несмотря на настойчивые попытки дипломатического примирения, нарастающее напряжение между вампирским кланом и всё увеличивающимся населением волков вскоре достигло точки кипения. — Кира сделала паузу. — Почему ты заставляешь меня читать это?

Шлепок.

Она вздрогнула от удара его раскрытой ладони по ягодице. Он ожидал реакции, но она, похоже, была слишком ошеломлена, чтобы что-то сказать.

— Продолжай, — сказал он, проводя рукой по месту удара: бронзовая кожа налилась тёмно-розовым.

— Однако лишь тогда, когда король волков Баккер похитил и женился на королеве вампиров… — Она снова остановилась, обернувшись к нему. — Похитил? Но это не то, что произошло—

Шлепок.

— Не останавливайся. Продолжай.

Кира метнула в него злой взгляд, отвернулась и продолжила:

— Лишь тогда, когда король волков Баккер похитил и женился на королеве вампиров Лиддии, сделав её своей второй супругой и используя для выведения смешанного потомства, вампиры начали войну… Что означает «смешанное потомство»?

Натаниэль наклонился к её уху, одновременно касаясь её набухшей киски. Она была настолько влажной, что с неё почти капало.

Скоро.

Она захныкала, когда он начал её тереть.

— Ты задаёшь слишком много вопросов, шлюха, — сказал он, наслаждаясь её стонами. Он ввёл в неё пальцы, покрывая их её соками, и несколько раз двинул ими. — Вопросы правильные, но я приказал тебе читать. — Не вынимая пальцев, он ударил её другой рукой, на этот раз сильнее. — Продолжай.

— Я обязана? — спросила она. — Следующая часть об убийстве—

Шлепок.

Она резко вдохнула.

— Об убийстве королевской семьи—

Шлепок.

— Они моя родня—

Шлепок. Шлепок. Шлепок.

Её возмущённый голос оборвался. Она тяжело дышала, тело напряглось, задница стала розовой с обеих сторон.

— Заканчивай отрывок, — сказал Натаниэль, тяжело дыша. Его тело было наэлектризовано и горело от похоти и жадности.

— Ты чудовище: заставляешь меня читать это… и возбуждаешься от этого.

Натаниэль крепко сжал её ягодицу.

— Ты ошибаешься, моя прелесть. Я возбуждаюсь от тебя. Учебный материал — всего лишь информация, которую тебе нужно знать.

— Я с этим не согласна.

— Я и не спрашивал. Хватит прерываться. Заканчивай абзац.

А потом он закончит сам. Он отчаянно нуждался в ней. Яйца ныли от напряжения, член был каменно твёрдым, всё в нём тянулось к тому, чтобы заполнить её. Он потёр себя через брюки, чувствуя пульсацию, пока другая рука продолжала исследовать её. Прикасаться к себе было приятно, но недостаточно.

— Это дерзкое преступление, — продолжила Кира, задыхаясь, — разожгло давно ожидаемую войну, завершившуюся кровавой ночью, известной сегодня как Революция.

Шлепок.

Кира вздрогнула.

— За что это? Я же читала, как ты сказал—

Шлепок.

Она умолкла.

— Я не говорил останавливаться, — сказал Натаниэль.

Её голос, начавшийся уверенно, теперь дрожал:

— К-кровавая ночь, известная сегодня как Ре—

Шлепок.

Она напряглась.

— Революция.

Шлепок.

Он выждал секунду и нанёс следующий удар, достаточно лёгкий, чтобы не причинить вреда, и достаточно сильный, чтобы оставить жжение.

Шлепок.

Кире становилось всё труднее продолжать:

— Там