До последней строки - Юлия Обрывина

Голос Эвана вновь дрожит, и я вижу, что ему так же плохо, как и мне, только он не может это выплеснуть слезами, поэтому продолжает взывать то к разуму, то к сердцу, в надежде найти отклик хотя бы от одного из них.

И мне наконец становится легче от понимания, что между нами ничего не изменилось, и мы должны оставить прошлое, чтобы больше оно не причиняло нам обоим столько боли и не стало причиной новой разлуки.

— Я так испугалась, — признаюсь я, вдыхая запах его парфюма.

— Поверь, я даже передать не могу, что я чувствовал, когда стоял у той двери, — отвечает он и прижимается щекой к моей макушке. — Все пройдет, Вив, обещаю.

— Эван, — шепчу я, подняв голову. — Не оставляй меня, пожалуйста, всегда будь рядом.

— Вив, это моя самая большая мечта, — произносит он и проводит кончиком носа ото лба до подбородка, осыпая меня поцелуями.

Вскоре наши дыхания становятся одним, и мои слезы, касаясь его горящих щек, быстро исчезают от ощущения его чувственного языка и крепких ладоней на талии.

— Я увезу тебя подальше отсюда, — обещает любимый, прервавшись на вдох, — а дальше все будет так, как ты захочешь.

Я слушаю Эвана, и ко мне снова возвращается ощущение счастья. Оно отражается в моих глазах и быстро достигает любимого, а он одним присутствием делает его почти бесконечным.

Слившись в новом поцелуе, мы почти не замечаем, как мимо пролетают авто, забирая с собой минуты и ощущение реальности. Как яркие блики от их фар на миг освещают салон, переливаясь в приоткрытых окнах, а звук мотора заглушает бешеный стук в груди.

Все теряет значение, когда мы вместе, и это ощущение длится до тех пор, пока Эван с протяжным вздохом не отрывает губы от моих.

— Поспи, пока мы будем ехать до взлетной площадки, — просит он, протягивая мне маленькую подушечку.

— Я не хочу, — жалобно шепчу я, не желая терять ни секунды.

— Поверь, потом тебе будет не до этого, — говорит он и щурится, будто ему больно.

— Тебе нужно показаться врачу, — прошу я, смотря, как он с усилием встает и выходит, чтобы занять кресло водителя.

— Завтра после встречи с инвесторами я как раз собирался к нему, — он делает очередной глубокий вдох перед тем, как завести мотор.

— А сегодня?

— А “сегодня” мы проведем вместе, как я и планировал. В аптечке вертолета лежит обезболивающее на этот случай. Я так спешил к тебе, что забыл взять его с собой.

— Точно, все в порядке? — допытываюсь я, потому что мне совсем не нравится его состояние сейчас.

— Все нормально, Вив, — отвечает Эван, смотря на меня через зеркало заднего вида. — Правда. Поспи, я разбужу тебя, как приедем.

Глава 33

Особняк Ноксов в пригороде Глейнвила.

Узнав о нападении на Вивьен, арбитр спешно прибывает в особняк Ноксов.

Он единственный, кто не присутствовал на торжестве, потому что надеялся на благоразумие мужчин, облеченных деньгами и властью. Однако был неприятно поражен поступком младшего Уолдера, поэтому принимает решение экстренно собрать членов Ассоциации в кабинете хозяина дома.

Огласив все улики, собранные по делу за полчаса до внеочередного заседания, арбитр грозно смотрит в сторону убитого горем старшего Уолдера и провозглашает:

— Господа, после того, что сделал Макс, мы вынуждены исключить Кларка из братства. А так же лишить его семью особого статуса. Есть возражения?

Вопрос Нильсона ожидаемо не вызывает протеста ни у одного из мужчин. Напротив, каждый из них с особой алчностью разглядывает новую жертву и строит планы на освободившиеся сферы влияния, но только мистер Стоун, своенравный владелец аграрных холдингов на всем южном побережье, решается поинтересоваться.

— И кому же достанется его часть в нефтяных компаниях?

— Об этом мы поговорим отдельно, мистер Стоун, — обещает Нильсон. — Однако это не все обвиняемые на этот вечер.

— Случилось что-то еще? — с опаской спрашивает Джон.

— Увы. Как выяснилось, Мистер Питерман принял участие в этом преступлении, прислав Максу через своих людей поддельные фото секса Эвана Миллера и мисс Бэнкс. Последняя, являясь давней любовницей Уолдера, опрометчиво согласилась сыграть наживку за неплохие отступные и настойчиво оказывала Эвану знаки внимания. Таким образом, Альберт надеялся руками Макса устранить сразу двоих членов братства…

— Зачем это мне? — вскрикивает тот, попав под пресс недовольного перешептывания братьев.

— Месть и уязвленное эго, — серьезно произносит арбитр, стукнув по столу.

— У вас есть доказательства? — рычит обвиняемый, не желая признавать свою вину.

— Есть, — отвечает Нильсон, и, подождав полной тишины, продолжает: — Твой сын Дэн был задержан на границе во время попытки улететь с любовницей в Швейцарию, где у вас есть дом. За вашу общую свободу он согласился дать эти показания.

— Мозгляк, — бурчит Питерман, протирая платком багряное от злости лицо.

— Вы обязаны ему всем, Альберт. Так, что вы тоже исключаетесь, но не лишаетесь свободы. Пока…

— Мы можем идти? — спрашивает тот, вскочив с места, чтобы поскорее отправиться за сыном.

— Да, по вопросу активов мы встретимся чуть позже, господа, — напоминает Кох. — Джон, останьтесь на минуту.

— Мне нужно успокоить жену, — суетливо отвечает Нокс, глядя на то, как перед его лицом закрывается дверь за последним гостем.

— Я видел Клэр, она вполне собрана, — возражает Нильсон и садится в мягкое кресло хозяина, чтобы подчеркнуть свое влияние. — Я хотел спросить: должно быть, ты рад, что избавился от своего врага Уолдера?

— О чем ты? — спрашивает Нокс, едва заметно сжав ладони от волнения.

Нильсон не спешит отвечать ему, поэтому минуту рассматривает кабинет, и, заметив у ног несколько папок, медленно поднимает их, пока Джон не теряет терпение:

— Нильсон!

— Не буду ходить вокруг да около, — резко заявляет арбитр, довольно растянувшись. — Я заметил, что сегодня, когда вы с Альбертом покинули зал заседаний, между вами состоялся короткий разговор. Он что-то быстро показал тебе, и сейчас, собрав все улики, я могу предположить, что именно…

— И что же?

— Он жаловался, что подруга твоей дочери спит сразу с обоими наследниками, так? — спрашивает Кох. — А ты сетовал на то, что Вивьен слишком увлеклась другим мужчиной вопреки вашим ожиданиям скорого союза. И тогда посоветовал Альберту сделать монтаж тех фото, а в качестве лица избрал Эвана. Мужчину, который вышел из-под твоего контроля. Только план обернулся против тебя…

Джон знает, что Нильсон прав, и его предложение сотрудничества с Эваном было лишь уловкой, чтобы отвлечь от себя внимание.

Тем