Сын Короля Драконов назвал меня Мамой - Лина Эвери

идиотка, Под, — вздохнула Анка, уже вернувшая прежний облик, хотя щеки её до сих пор горели румянцем. — Прости, что ты нас застала — мы думали, никто так рано не придет…

— Лучше я, чем Пейтс — чтобы она сказала, узнав, чем вы занимаетесь на столе, где она каждый день накрывает ужин?

Анка и Под переглянулись. Местная кухарка спустила бы шкуру — с виду миловидная особа, а на деле в ней точно спит дракон. Она не терпит нарушения порядка. И за разбитые тарелки прилетит, только если Дельфи не возьмет вину на себя, что и она собиралась сделать. Все-таки здесь её называли госпожой и она была главной, как бы непривычно это ни было.

— Такого больше не будет, — помотала головой Анка. Под как-то испуганно на нее взглянул и она добавила. — На кухне не будет.

— Займите одну из спален наверху, — предложила я.

— Что? Но что скажут остальные и…

— Это мой приказ и они ничего сказать не смогут, — заверила я. — Дом большой, к чему комнатам пустовать, а вам прятаться по кустам, верно?

— Дельфи, ты правда не против? — растряслась Анка.

— Конечно! Вы мои друзья и я за вас рада. Долго же ты решался, Под.

Под, явно обрадованный предложением, тут же насупился из-за невинной шутки и что-то забурчал под нос, уходя. Мы с Анкой рассмеялись и она подошла ко мне, тихо сообщив на ухо:

— Вообще-то, это наш первый раз.

— Неужели? — удивилась я.

— Ну, должен был быть первый.

— Прости…

— Все нормально. Лучше на кровати, с матрасом набитым мягкими перьями, а не на столе и в муке, — фыркнула она. — Но не знаю, удастся ли мне его соблазнить снова…

— Удастся. Он по уши в тебя влюблен, — заявила я и Анка вновь мне улыбнулась.

Анка убрала осколки тарелок и на нее налетела Пейтс, пока я не убедила её, что Анка не виновата.

Вместе мы занялись выпечкой, а Анка все шептала мне на ухо сплетни и про их с Подом роман — они теперь пара. Рыцарь и служанка, мои дорогие друзья и я искренне рада была слушать Анку, но отчего-то моя улыбка со временем стала натянутой, а на сердце тяжело.

Я… завидовала?

Возможно.

Флинт подарил мне надежду на то, что мужчины интересуются мною, что мне суждено познать любовь и не быть запертой лишь в роли няни. Ведь когда-то Аларик станет старше, а в душе я всегда мечтала о семье. Может, не такой большой, какая была у меня в прошлой жизни, но своей. Я желала отдаленной спокойной жизни с любящим человеком, но после Флинта, казалось, любой, кто проявит ко мне интерес, может оказаться смутьяном.

Я принадлежу Алистеру и его королевскому роду, напомнила я себе.

Значит ли это, что на личной жизни поставлен крест?

Может и так, осознавала я с грустной улыбкой, продолжая слушать щебетания Анки. Но если я выбрала этот путь, я должна принять не только почести, но и горести. Поэтому спрятала темное чувство зависти подальше, туда же, куда и грусть.

И, как и обещала, я предоставила Поду и Анке совместную спальню по соседству с моей — большую, уютную и с одной широкой кроватью на двоих. Подрик с красными ушами благодарил, а Анка подмигивала. А у меня оставались другие дела…

Глава 72

КРЫЛЬЯ

Кексы, кстати, не помогли.

Финн съел пару штук, а остальные отдал Аларику. Сухо поблагодарил и даже не взглянул.

Едой его не заманить, осознала я и стала подбирать другие идеи. Играть со мной он вряд ли будет — даже Аларику уже не так интересно со мной, я не такая подвижная и проворная. Да и рано еще — надо хотя бы добиться того, чтобы Финн здоровался со мной по утрам.

Решение обнаружилось, когда я вновь застукала Финна в библиотеке. Книги, точно же! Возможно, стоит предложить почитать ему? Или вместе, он ведь явно умеет читать? Аларик любит лишь сказки и это было единственное хобби, которое они не разделяли. Поэтому я взяла несколько книг, которые показались мне интересными и собиралась застать мальчиков на поле. Погода стояла прекрасная — хоть горный холодный воздух и пробирался под кожу, теплое солнце все скрашивало. Если зима и придет, то не скоро.

Я вышла на веранду и тут же раздался крик.

Книги выпали у меня из рук, ведь я прекрасно узнала голос Ала. Крик не стихал, и хоть не звучал криком боли, определено не был нормальный — поэтому я тут же ринулась на него бежать. Он раздавался не на поляне, где мальчики обычно играли, а за особняком. Особняк находился на склоне и здесь было запрещено гулять. Оказавшись за ним, я чуть не грохнулась в обморок — на краю горного обрыва стоял Финн и держал за ногу Аларика, пока тот надрывался от ора.

— Сейчас же верни его на землю! — рявкнула я не своим голосом.

Финн обернулся ко мне и сразу же перенес Ала на землю. Тот упал на траву и продолжал кричать и плакать, я бросилась к нему.

— Он хотел меня убить! Уби-и-и-ить, — заливался Ал.

— Тише, ничего не случилось, — обняла его, хотела по привычке взять на руки, но забыла, насколько он стал тяжел. На вид ему же лет пять и речь его с каждым днем все лучше, а слова он схватывает налету.

Он весь продрог от холода, я коснулась его щеки обнаружила, что она совершенно сухая.

Ал не плакал.

Финн стоял в стороне и молчал, скрестив руки на груди.

— Убить! Меня! — повторял, как заведенный Ал. — Он должен уйти-и-и-и!

— Посмотри на меня, — велела я грозно и Ал тут же замолк.

Ал захлопал глазами совершенно невинно, не понимая, почему я отстранилась от него.

— Вы, юноши, разыгрываете меня? — встала. — Финн, в чем дело?

— Мама! — тут уж Ал правда захныкал, но совсем по другой причине.

Когда он звал меня мамой, я не могла с ним спорить, но сейчас сдержалась.

— Я его сбросить хотел — вы же видели! — возмутился Финн.

— Хотел! — закивал Аларик.

— Ал, я прекрасно вижу, когда ты лжешь, — осадила его. — И плачешь ты лучше, когда требуешь сладостей, а не рискуешь упасть с обрыва.

Аларик уже совсем перестал изображать плач и посмотрел на Финна — виновато и будто бы облегченно.

Финн, почему-то, из-за этого взорвался:

— Я не собираюсь здесь оставаться, разве не ясно⁈ Вы должны прогнать меня!

Ал испугался и спрятался за мои юбки.

Они разыграли это для меня