Попаданка в послушницу - Ольга Геннадьевна Росса

Поймите, Ваша Светлость, — сдвинул он брови к переносице, — вы снова пали перед магическим очарованием супруга и доверились ему. Если Илларион скажет вам отдать голос за него, вы не раздумывая сделаете это.

— Вы заблуждаетесь, Алексей Михайлович. Мой супруг никогда не применял ко мне магию. Он чтит Кодекс, — я старательно вслушивалась в тембр Пронского, но никаких общих оттенков с тайным собеседником Ольги не находила. Вряд ли это был он.

— Все говорят, что свято чтят Кодекс магов, — хмыкнул князь, — но не пойман — не вор. Я один из сильнейших магов Совета, не забывайте об этом, Ваша Светлость. И знаю, о чём говорю.

Он развернулся к двери и схватился за ручку, но вдруг обернулся, взглянув на меня.

— Илларион рано или поздно получит по заслугам. Можете ему так и передать, — скривил он гримасу и вышел из комнаты.

Догадался, значит, что я рассказала о нём Ромадановскому. Если учесть, что мы якобы помирились, то вполне очевидно. Пронский явно жаждет отомстить князю. Только за что? Надеюсь, супруг просветит меня. Пора уходить отсюда.

Я вспомнила, что после уборной положено сменить перчатки, и открыла ридикюль. Надев чистую пару, я покинула помещение. Екатерина вышла практически одновременно со мной, и мы вместе вернулись в гостиную как раз вовремя. Хозяин дома пригласил гостей к столу.

Мне не терпелось рассказать о произошедшем князю, особенно про Ольгу, но сейчас это было не к месту. Пришлось натянуть улыбку и тихо сказать ему, что всё хорошо.

Наши места за столом оказались рядом с графом Демидовым. Ольга с мужем удостоились чести сидеть на другом конце, недалеко от хозяйки. Пронский тоже обосновался в той стороне. Вот и отлично, а то и так аппетит пропал.

Я украдкой рассматривала мужчин старше пятидесяти лет и прислушивалась к их голосам, но они все казались подозрительными, из-за чего я начала нервничать.

— Елена, что-то не так? — тихо спросил Ромадановский.

— Позже расскажу, — улыбнулась я.

Нас рассадили так, что ухаживать князю пришлось не за мной, а за соседкой слева. Обычно супругов вместе не сажают, но видимо, Ромадановский замолвил за меня хозяйке словечко. Справа от меня сидел импозантный мужчина лет шестидесяти, с опрятной бородой и усами. Холодов Тимофей Саввич, купец первой гильдии, приехавший из Москвы в столицу по делам, — так представила его графиня Демидова.

Сначала я настороженно прислушивалась к его голосу, но потом поняла, что московский купец вряд ли приехал сюда за тем, чтобы поговорить с Ольгой. Он оказался прекрасным соседом по столу, ухаживал за мной во время трапезы, подливал напитки в бокал, развлекал светскими беседами.

— Тимофей Саввич, говорят, вы приехали в столицу, чтобы купить Северную ткацкую мануфактуру? — задал вопрос полноватый мужчина, сидевший напротив Холодова. Помнится, супруг назвал его банкиром.

— Не купить, а объединить товарищества, Дмитрий Юрьевич, — купец поправил собеседника. — Но, к сожалению, я не увидел перспектив, расширить производство не представляется возможным.

Услышав знакомую тему, я мгновенно переключилась, забыв про Ольгу и Пронского, и решила присоединиться к беседе.

— Да, расширение всегда требует ресурсов, в первую очередь площади, — посмотрела я на Холодова. — Например, на моей суконной фабрике предостаточно земли. В будущем я планирую построить цеха для обработки хлопка.

— У вас есть фабрика, Елена Викторовна? — удивился собеседник.

— Небольшая, но ведь все начинали с малого, — меня понесло в рассуждения. — Сейчас пока модернизирую производство. Скоро на всех ткацких станках будет установлено автоматическое зарядное устройство челнока — разработка моего механика — что позволит сократить простой станков. Уже строится система вытяжки в цехах, а очистные сооружения в разработке.

— Сплошная трата денег, — ухмыльнулся банкир, мазнув по мне масляным взглядом.

— Не согласен, с вами, Дмитрий Юрьевич, — нахмурился Холодов. — Светлейшая княгиня говорит правильные вещи. Особенно меня заинтересовала модернизация ткацких станков. Хочется взглянуть на это своими глазами.

— Приглашаю вас на фабрику «Аврора», Тимофей Саввич, — расплылась я в улыбке. — Лично проведу для вас экскурсию в любой день.

— Благодарю, Ваша Светлость. Если вам будет удобно, завтра в полдень, — взгляд у мужчины действительно был заинтересованным.

Мы договорились о встрече и ещё немного обсудили тему лёгкой промышленности. Мысленно я поблагодарила Ромадановского за то, что взял меня на этот вечер. Непременно скажу ему позже, когда вернусь домой. Ещё нужно как-то дать знать об Ольге и её тайном собеседнике.

Краем глаза я посмотрела в сторону, где сидела кузина. Её соседом справа оказался молодой мужчина около тридцати лет, сын барона Менгдена, привлекательный блондин. Он сдержанно общался и оказывал знаки внимания сидящей рядом Екатерине, как и положено в рамках этикета, но его глаза горели неподдельным интересом. Девушка скромно отвечала ему, поддерживая беседу. Пусть кузина расширяет кругозор и набирается опыта.

Остаток вечера прошёл обыкновенно. После трапезы дамы пошли пить чай в гостиную. Мужчины остались в столовой для более камерного общения. Я в компании кузины старалась избегать тесного контакта с гостями. Мне хотелось поскорее вернуться домой и обо всём рассказать Ромадановскому.

Ольга ворковала в кругу дам, образовавшемся вокруг хозяйки. Она лишь бросила на меня высокомерный взгляд и демонстративно отвернулась, давая понять, что разговаривать со мной не желает. Можно подумать, я жажду слушать её болтовню.

Я с трудом дождалась Ромадановского. Через полчаса он вернулся в гостиную и сразу предложил поехать домой. Мы попрощались с четой Демидовых, выразив благодарность за прекрасный вечер.

Оказавшись в карете, я ощутила небывалое облегчение оттого, что еду домой. Безумно хотелось снять тесный корсет и лечь в кровать. Тусклый свет масляной лампы освещал салон экипажа. По дороге Екатерина поделилась своими мыслями о вечере. Как я и догадывалась, господин фон Менгден произвёл на девушку приятное впечатление. Пока я слушала её, украдкой поглядывала на князя, сидящего рядом. Аромат его парфюма, лаванды с древесными нотками, на редкость нравился моему обонянию.

Когда карета остановилась возле знакомых ворот, князь первым вышел из экипажа и протянул руку Екатерине, помогая ей выйти. Приглашать князя домой я