Дождь теней и концов - Мелисса Рёрих

Он заправил прядь волос ей за ухо, заглядывая в глаза.

— Тесса, — выдохнул он. — Просто прими нашу связь. Все это может прекратиться.

— Ты думаешь, я не пытаюсь? — спросила она, ее голос слегка дрогнул, но он услышал это. — Ты думаешь, я не понимаю, насколько все может быть проще? Ты думаешь, мне нравятся мучения, которые возникают из-за того, что я не могу полностью подчиниться этому?

— Что тебя сдерживает? Что мне нужно сделать? Скажи мне, Тесса. Назови это, и это будет сделано, — сказал он, обхватив ладонями ее лицо.

Она посмотрела на него в ответ, и всего на секунду выражение ее лица исчезло. Он увидел столько эмоций, бурлящих в ее глазах, но в них было и что-то еще. Что-то промелькнуло. Прежде чем он успел рассмотреть это подробнее, она моргнула, и ее новообретенное послушное поведение вернулось на место. Единственным звуком был тихий стук дождя за окном, пока они смотрели друг на друга.

— Ты сделал достаточно, — наконец сказала она. — Пожалуйста, просто позволь мне самой с этим разобраться.

Она высвободилась из его объятий и вышла в гостиную. Когда Теон последовал за ней, она уже свернулась калачиком у эркерного окна, глядя на капли дождя, стекающие по стеклу. Лука принес ей одеяло, пока Аксель тасовал карты за столом.

Они не успели закончить и двух раздач, как ее дыхание изменилось. Теон оглянулся и увидел, что она спит, прислонившись головой к стеклу.

— Она была измучена, — сказал Лука, сдавая следующую партию.

— Для нее это был тяжелый день, — подтвердил Теон. — Много изменений.

— Я говорил тебе по дороге сюда, что это сломает ее.

— Она не сломается, — выдавил из себя Теон. — Я просто хочу знать, что мешает ей принять это.

— Она такая, какая есть, Теон, — сказал Лука. — Чем скорее ты это поймешь, тем проще все это станет.

— Я не знаю, сколько еще раз мы будем об этом говорить, Лука, — прорычал Теон. — Мы не можем этого изменить. Единственное, что может разорвать нашу связь — это смерть.

— Ты бы отменил это? — внезапно вмешался Аксель. — Если бы ты мог вернуться назад и все изменить, ты бы это сделал? Ты бы выбрал другой Источник?

Теон посмотрел на фейри, спящую у окна. Он знал девушку всего несколько дней, но одна мысль о том, что ее здесь не будет, вызывала у него необъяснимую злость.

Возможно, это говорила в нем связь с Источником.

На самом деле это не имело значения.

Его потянуло к ней в тот момент, когда он переступил порог той ниши.

Да похер на все.

Его влекло к ней с того момента, как она стала возможным вариантом Источника.

Почему же он отказывался исключать ее из списка, несмотря на весьма здравые доводы Луки и Акселя.

Он бы назвал это судьбой, но судьба заботилась о этом мире не меньше, чем боги.

— Нет, — наконец ответил он, собирая свои карты. — Нет. Я бы не выбрал кого-то другого. Потому что, как она и считает, я ублюдок. И теперь, когда она у меня есть, я уже не смогу ее отпустить.

ГЛАВА 14

ТЕССА

Три дня.

Прошло три дня с тех пор, как Теон установил новые правила возлагая на нее надежды.

Три дня она выполняла все предписания.

Три дня делала то, что ей говорили.

Три дня она прикусывала язык и держала все в себе.

Три дня полного молчания.

Три дня она заперта в его покоях.

Заперта в этом доме. Заперта в своей собственной голове. Захвачена.

Гребанное заточение.

Теон сдержал свое слово. Он не принуждал ее ни к чему сексуальному. Физический контакт происходил между ними часто, но не слишком интимный. С того самого первого дня он больше не просил ее о поцелуях. Он оставлял лишь нежные поцелуи на ее макушке или виске, и его рука всегда была в ее руке или каким-то образом касалась ее, но не более того. Она согласна с тем фактом, что высыпалась лучше в эти дни, чем когда-либо в своей проклятой жизни.

Связь довольна тем, что каждую ночь Тесса спала рядом с Теоном. Но с каждым днем ей становилось все труднее и труднее сопротивляться внутреннему напряжению, которое требовало большего.

И каждый день она задавалась вопросом, не теряет ли она все больше и больше рассудка. Саму себя. Каждый день она думала, не наступит ли тот день, когда она, наконец, сдастся.

Теон несколько раз пытался завязать с ней разговор. Лука и Аксель тоже. Она быстро теряла интерес к тому, о чем они говорили.

Нет, это неправда.

Ей просто было все равно.

Более того, она боялась, что если будет говорить слишком много, то скажет что-нибудь безрассудное и все станет еще невыносимее.

Она пыталась читать книгу, но не могла сосредоточиться на страницах больше чем на несколько минут. Не то чтобы она была против чтения. Она просто не могла усидеть на месте достаточно долго, чтобы сосредоточиться на книге. Ее мысли постоянно блуждали. Даже прочитав пять страниц, она понятия не имела, о чем там говорилось.

В данный момент она лежит в постели без сна. Впервые за все время она проснулась раньше Теона. Его рука лежала на ее талии, черты его лица во сне выглядели мягче. Мышцы, которые всегда подергивались на его челюсти, на этот раз расслабились. Как можно осторожнее она выскользнула из-под его руки, надеясь не разбудить его.

За последние три дня она не могла побыть наедине с собой дольше пяти минут. Чашка кофе в тихие утренние часы казалась божественной.

Не нужно взвешивать каждое действие и слово.

Никто не следит за ней постоянно.

Несколько минут единения, когда она могла бы попытаться почувствовать что-то, кроме оцепенения, охватившего ее душу.

Несколько минут, чтобы отдышаться.

Тесса надела терморубашку Теона. Он взял за правило оставлять одну для нее на кресле у камина. Тепло его тела согревало ее по ночам, но по утрам она всегда мерзла.

Затем она на цыпочках, босиком, вышла в гостиную и закрыла за собой дверь спальни, чтобы не разбудить его, пока будет варить кофе. Несколько минут спустя она устроилась на подоконнике у эркерного окна, согревая руки кружкой горячего кофе.

Она любит рассвет. Наблюдать, как восходит солнце. Это давало надежду на то, что может случиться что угодно. Для нее никогда ничего не менялось, но ей нравилась мысль о том, что что-то может произойти. Глупые идеалистические представления, если задуматься. Надежда никогда