Доктор, отданная в жены калеке-дракону - Полина Краншевская

Правда, оба оказались не в восторге от внезапного единодушия. Но кого волнуют такие мелочи. Уж точно не меня.

— Да, и я не стыжусь в этом признаться. Мы же с вами теперь одна семья. А от семьи скрывать нечего.

Я шагнула к синеглазому и понизила голос, яко бы говоря только для него:

— Понимаете, нам нравится использовать всякие игрушки и приспособления во время близости.

Дракон переменился в лице и вытаращился на меня, как на невидаль.

— И-игрушки?

— Ну да. Такие вот штучки. — Я развела руки и изобразила нечто вроде длинной палки. — А еще ремни. А еще…

— Хватит! — выпалил дракон и отшатнулся. — Это же срам-то какой!

Я снова изобразила смущение, но пожала плечами.

— Вот поэтому мы и уединяемся. Не все поймут наши пристрастия. К чему шокировать окружающих?

— Это… Это… — Рафаэль не находил слов и лишь хватал раскрытым ртом воздух. — Отвратительно!

— Вы не пробовали, так что не вам судить. Но я вас понимаю. Нечто настолько особенное не всем подходит. — Я зажмурилась и прижала руки к груди, издав мечтательный вздох. — Поэтому мы стараемся никого не обременять своими играми.

— Играми? — вконец растерялся дракон.

— Конечно. Мы очень любим поиграть в разное. Особенно в купальне. Правда, дорогой? — Я обернулась к Эмилиану.

У того в глазах горели такие лукавые искорки, что я внутренне подобралась. Что он там себе нафантазировал?

— Конечно, любимая. — Он скользнул ко мне, обнял со спины и скрестил руки под грудью, уложив подбородок на плечо. — Жду не дождусь, когда мы уже продолжим. Ты мне кое-что обещала.

Я захихикала и чмокнула его в щеку.

— Ну не здесь же. Не стоит смущать твоего кузена. Это зрелище не для всех.

Эмилиан начал целовать мою шею, шепча:

— Я требую немедленного продолжения. Пойдем скорее.

— С удовольствием.

Мы так увлеклись друг другом, что рык разъяренного дракона заставил вздрогнуть:

— Позорище! И это наследник древнего рода. Когда глава узнает…

— И что? — бросил ему Эмилиан. — Побежишь к дяде жаловаться на то, что я люблю свою жену так, как тебе и не снилось?

Рафаэль задохнулся и умолк, лишь сверля нас злобным взглядом.

— Уйди отсюда и не мешай. Супружеские отношения не для таких сопляков, которые понятия не имеют о любви. Вот когда женишься на любимой женщине, тогда и поговорим.

Синеглазый криво ухмыльнулся и прошипел:

— Да никогда в жизни баба не лишит меня рассудка, чтоб я плясал под ее дудку и пользовался… игрушками. Ты недостоин быть наследником. — Он резко развернулся и направился в сторону особняка.

Мы, не сговариваясь, скрылись в казарме и, только заперев дверь изнутри, смогли выдохнуть. А потом наши взгляды встретились, и мы от души расхохотались. У меня даже слезы на глаза выступили. Я утерла лицо и выдавила:

— Ну и ситуация. Врагу не пожелаешь. Прости, что пришлось выставить нас извращенцами. Но по-другому он бы вряд ли отвязался. Притащил бы еще сюда твоего дядю. При желании легко можно понять, чем мы тут на самом деле занимаемся.

Эмилиан приблизился, положил горячие ладони на плечи и хрипловатым голосом проговорил:

— Цветик, вместе с тобой я готов на любые эксперименты. Только скажи, и я весь твой.

Прилив жара заставил щеки заполыхать. Дыхание сбилось, но я не отвела взгляд. Смотрела в золотистые глаза мужа и видела в них обещание доставить мне столько удовольствия, сколько я в жизни не испытывала. Мне так хотелось отбросить сомнения и отдаться на волю чувств. Но Эмилиан — преемник главы рода. Ему требуется сильная драконица, чтобы появились достойные дети. А я смогу быть для него лишь утешением в постели. Это невыносимо — делить дорогого сердцу мужчину с другой женщиной.

К горлу подкатил ком. Я поскорее сглотнула, прильнула к мужу и крепко его обняла, прижимаясь всем телом. Пока что он рядом. Пока что я могу чувствовать и впитывать его тепло, принадлежащее только мне.

— Испугалась? — по-своему понял мой порыв Эмилиан. Он принялся гладить меня по спине, успокаивая. — Тебе нечего бояться. Я сумею тебя защитить от Рафаэля или любого другого. Никто тебе не причинит вреда. Обещаю.

Я кивнула, хоть муж и не мог это увидеть, разве что ощутить. Мы стояли, обнимая друг друга, и наслаждались мгновениями одной на двоих тишины. Я слушала, как бьется сердце мужа, и мечтала растянуть момент душевной близости. Но всему приходит конец. Так и мы не могли себе позволить остаться в нашем уютном уголке. Слишком многое еще нужно сделать. Я поднялась голову, посмотрела Эмилиану в глаза и безапелляционным тоном сказала:

— Я поеду с тобой на тот остров.

Муж нахмурился и вскинулся, чтобы возразить. Но я его опередила:

— Даже не спорь. Иначе о Коше можешь забыть. Или мы отправляемся все вместе, или никто не поедет, и даже ты. Поверь, я найду способ расстроить твои планы.

Эмилиан вдруг тепло улыбнулся и поцеловал меня в лоб.

— Моя жена — опасная женщина. Ради достижения цели она даже готова пожертвовать своей репутацией в глазах моих родственников. Это дорогого стоит. Хорошо, поедем все вместе. Но учти, меры безопасности я сам определю. Ты не должна пострадать. Отправляемся сразу после приема.

— Договорились, — с улыбкой отозвалась я и первой поцеловала мужа.

Глава 60

Экипажи самых богатых и знатных жителей острова стягивались к поместью и медленно двигались к главному вдоху. Приглашенные на прием красовались в роскошных нарядах и неспешно заходили в особняк. Густав в парадной форме встречал гостей. Лакеи провожали их в большую гостиную. Вечер обещал всех порадовать светскими развлечениями.

Эмилиан стоял со мной под руку в одном конце огромной комнаты, а сьер Карлос с Рафаэлем и Диего расположились в противоположном. Нам с супругом полагалось приветствовать гостей и направлять на поклон к главе рода Моралис. Пожилого сьера окружали всеобщим вниманием, и он с покровительственной усмешкой его принимал.

Музыканты играли легкую мелодию. Горничные разносили прохладительные напитки. Многих интересовала юная жена губернатора, и они, не стесняясь, терзали меня любопытными взглядами. Эмилиан казался невозмутимым и всем своим видом давал понять, что высоко ценит супругу. Он не отходил от меня ни на шаг.

К сожалению, Вольф не успел закончить мой наряд к началу вечера. Платье должны