Проклятие судьбы - Джеймин Ив

Мне потребовалось пять попыток, чтобы ровно нанести подводку и тушь, но, закончив, я осталась довольна результатом. Темная подводка, красные губы и немного пудры на носу. Она скрыла мои веснушки, сделав их не такими заметными, ведь образ «Землянички» нравился не всем, а мне нужно было собрать максимум чаевых.

Я собрала волосы в высокий хвост, чтобы они не лезли в лицо, а затем оделась во все черное. До ухода Слэйда оставался еще час, так что я потратила это время на то, чтобы погуглить клуб и изучить их меню для ознакомления.

Я никогда не ходила в обычную школу, зная лишь то, чему мама удосужилась меня научить до встречи со своей стаей. После этого она совсем забросила мое обучение, хотя это была не только ее вина.

Каждый раз, когда я пыталась читать, буквы в словах путались. В половине случаев они не имели никакого смысла, но да и ладно. Я давно смирилась с тем, что я тупица с уровнем чтения детсадовца.

К счастью, я провела годы в барах, так что большинство напитков в «Луксурии» были мне уже знакомы, а из закусок у них был лишь ограниченный выбор — в основном крылышки и тако, — что не создало бы мне тех проблем, которые возникли в «Голден Фин».

Мне нужно было спросить Хантера, что случилось с Брэдли и были ли какие-то последствия его мудачества, но это могло подождать. Может, если мне понравится работать в их баре, я смогу на какое-то время сделать это своей основной работой.

Без десяти четыре я спустилась вниз, одетая и уже вспотевшая. Не потому, что было жарко или я особенно нервничала из-за работы, а потому, что мне предстояло провести время в замкнутом пространстве с оборотнем-драконом. С гребаным оборотнем-драконом.

Слэйда нигде не было видно, пока я ждала у входной двери, теребя в руках немногочисленные вещи, что были при мне: телефон, оставшуюся после обеда наличку и помаду, чтобы подправлять макияж в течение смены.

Сначала меня окутал аромат поджаренного зефира, а затем появился он — так бесшумно, что я не была уверена, не расправил ли он крылья и не спикировал ли вниз.

Мог ли он частично обращаться, как волки?

Лавина вопросов в моей голове оборвалась, когда Слэйд, одетый в ботинки, черные тактические штаны и черную рубашку, натянутую до предела на его массивном мускулистом теле, прошел мимо меня, не сказав ни слова. Я обнаружила, что семеню за ним, словно потерявшийся утенок.

Он провел меня через ту часть дома, где я еще не была. Мы миновали прачечную и сушильную, а затем он открыл дверь, за которой оказалась лестница.

Он ни разу не обернулся, и у меня возникло ощущение, что это какая-то проверка. Никто из нас не хотел здесь находиться, а он в особенности не хотел этим заниматься и не собирался облегчать мне задачу.

— Пара. — На этот раз в скулеже моей волчицы прозвучала нотка неуверенности, словно даже она сомневалась, что мы сможем справиться с таким партнером, как Слэйд. Не поймите меня неправильно, она его хотела, но эта потребность была разбавлена страхом. — И я тоже, сестренка. И я тоже.

Понимая, что нельзя выдавать свое волнение, я безропотно последовала за ним, все это время надеясь, что он не решил завести меня в их жуткий подвал для убийств. Дойдя до большой металлической двери, я толкнула ее; тяжелый материал поддался лишь через несколько секунд.

Я шагнула внутрь и оказалась в раю на земле.

В раю, построенном из машин и мотоциклов. Из множества прекрасных, прекрасных мотоциклов.

Пошатываясь, я побрела вдоль рядов Honda и Yamaha и замерла, дойдя до самого последнего байка.

Так, теперь я надеялась, что моя новая тушь действительно водостойкая, потому что я вот-вот расплачусь. С самого моего приезда в Голден-Кло маятник моих эмоций раскачивался как сумасшедший, постоянно держа меня на грани слез, но, черт возьми… это же был мотоцикл моей мечты.

— Привет, милый, — прошептала я, влюбленно глядя на Ducati Panigale V4R.

Моя рука зависла над блестящим черным баком, и я задумалась, насколько сильно меня волнует, убьют ли меня альфы после скрепления уз, если мне сперва доведется прокатиться на этой крошке.

— Что ты делаешь? — я подпрыгнула от его низкого, рокочущего голоса.

Слэйд заговорил со мной впервые, и я с удивлением уловила легчайший намек на акцент, который, казалось, был европейского происхождения. Впрочем, он ему шел, напоминая, что передо мной древний, ужасающий зверь.

— Любуюсь мотоциклом своей мечты.

За моим заявлением последовало молчание, и я с удивлением обнаружила, что хочу смотреть на дракона даже больше, чем на мотоцикл. Выражение его лица было нейтральным, а его прекрасные, неземные глаза были прикованы к ряду байков.

— Который из них — мотоцикл твоей мечты?

Моя рука дрогнула, когда я указала на него.

— Panigale. Я бы продала все нежизненно важные органы за такой.

Снова тишина, нарушаемая лишь низким рокотом. Это был не злой звук… скорее, любопытный.

— Этот — мой. — Его тон ничего не выдавал, не давая мне понять, доволен он или нет моей любовью к этому байку.

— Мы сегодня на нем поедем? — пискнула я, едва осмеливаясь дышать при одной только мысли.

— Нет.

Ауч. Вот так просто он разбил мою крошечную надежду, снова превратившись в страшного оборотня. Он отошел от ряда мотоциклов, и я бросила на них прощальный тоскливый взгляд. Скоро, мои драгоценные.

Когда представится возможность, надо будет спросить у Келлана, нет ли среди них его мотоцикла. Наверняка найдется один, который можно будет одолжить для быстрой поездки.

Пока Слэйд шел вглубь гаража, я увидела остальную часть невероятной коллекции, едва сдерживая вздохи при каждом новом открытии.

— Range Rover P615, Bugatti Chiron, Ferrari SF90, Bentley Continental GT, Rolls Royce Cullinan… в чертовой комплектации Black Badge, — продолжала я перечислять, потому что это было почти так же невероятно, как и существование драконов. — Rolls Royce Ghost, Lamborghini