Когда ты проснешься… - Андрей Эмдин

— Погружение.

Холодный неспокойный воздух, фиолетово-розовый калейдоскоп в небе. Кота нет на привычном месте. Ветер завывает в ушах, вызывая беспочвенные опасения, что могу не расслышать Гришиного запроса на вход. Но это невозможно: сервисные команды звучат громче любого ветра, даже громче внутреннего голоса.

Минуты тягостного ожидания. Гриша не появляется. Стрелка на часах, показывающих реальное время, минует пять минут десятого. Десять. Пятнадцать минут. Чувствуя, как замерзают от неподвижного положения ноги, начинаю ходить кругами. Густая влажная трава хлещет по голым коленям, края джинсов темнеют от влаги. Вода просачивается сквозь ботинки, и носки моментально намокают. Хожу по периметру маленькой плоской горной вершины, приминая синий океан и не сводя глаз с того места, на котором в первую нашу встречу возник программист.

Часы показывают половину десятого, когда я, уже окончательно продрогший, подумываю покинуть свой мир, как вдруг в воздухе раздается электрический треск. И через секунду в прозрачном воздушном пространстве начинает проявляться нечеткий силуэт старшего программиста. Силуэт, казалось, борется с атмосферой, исходит помехами, по нему то и дело с электрическим скрежетом пробегают всполохи. Помехи через несколько секунд стихают, но Гришин силуэт так и не обретает полную четкость, оставшись полупрозрачным, будто подернутым пеленой.

— Александр, привет! — глядя куда-то в сторону, мимо меня, произносит Гриша трескучим, искаженным помехами голосом. — Я не смог подключиться лично, поэтому пришлось взломать твою Швейцарию, чтобы доставить тебе сообщение.

Слушаю, не отрывая взгляда от нечеткого, похожего на голограмму изображения коллеги.

— Наша затея, как я и предсказывал, провалилась, — говорит призрак старшего программиста. — Твою программу… Кота перехватили системы защиты корпорации. Он стерт, мне пришлось его уничтожить, иначе бы меня могли отследить.

Сердце неприятно покалывает сразу от двух плохих вестей.

— Мы не добрались до клиентской службы, — с грустью сообщает призрак, — и у меня нет нужных тебе данных об Ольге. Однако…

Силуэт Гриши опять искажается, и голос на некоторое время пропадает.

— Что однако? — перекрикивая шум ветра, кричу я.

— Однако, — продолжает вновь обретший четкость силуэт, — мне удалось кое-что узнать. И это делает наши дальнейшие поиски Оли в реальности… необязательными.

— Необязательными?! Почему? — Я отчаянно швыряю вопросы в лицо Гришиного изображения, не отдавая себе отчет в бесполезности этой затеи. Диалоги закончились, уступив место неприятному, бьющему меня каждым словом, как плетью, монологу старшего программиста.

— Я не смог пробиться в клиентскую службу компании, но мне удалось разузнать игровой номер второго игрока. Потом я добрался до серверов технической службы, обслуживающей капсульный зал, через который второй игрок погружался — это оказалось несложно. Но то, что я увидел потом, настолько поразило меня, что я решил, что ты захочешь это увидеть сам.

Рядом с Гришей в воздухе материализуется экран, такой же полупрозрачный, нечеткий, непрерывно сотрясаемый трескучими голубыми помехами. На экране светятся зеленые индикаторы, похожие на те, что я видел по пути из капсулы в душ, когда вернулся из своего первого погружения. Вверху светится крупная зеленая надпись F-73341, а под ней всего одно слово: «Погружение».

— Что это значит? — глядя на экран, глупо спрашиваю я у призрака Гриши. Остается молиться, чтобы программист снизошел до объяснений, не оставив меня в неведении.

— Твой второй игрок, Оля, — словно прочитав мои мысли, скрипучим голосом трещит призрак после паузы, — или как бы ее там ни звали, все еще находится в игре. Я проследил историю этого игрового номера — сессия не разрывалась с того самого момента, как вы с ней совпали в игровом мире.

Я сажусь на траву, уставившись на висящий в воздухе бесплотный экран с беспощадно бьющим в глаза кислотно-зеленым статусом «Погружение». Это невозможно. Невозможно. Невозможно.

— Что бы это ни было, — неожиданно чистым от помех голосом произносит Гриша, — тебе нужно искать Олю внутри системы. Творится полная чертовщина, все детали по игроку с этим номером заблокированы, и я не могу ничего понять. В любом случае больше я ничем не могу тебе помочь. Факт нашего знакомства буду отрицать.

Глупо продолжаю смотреть на экран, а Гриша, немного помолчав, добавляет, уже растворяясь в воздухе:

— Удачи тебе, Саш. Конец сообщения.

Я снова остаюсь один среди неспешно кружащих над головой сияющих переливов и далеких созвездий. Увиденное и услышанное оглушает. Оля все еще находится в виртуальности. Как такое может быть? Почему она не вынырнула вместе со мной?

Содрогаюсь, вспомнив, что с момента нашей последней встречи прошло больше месяца. Сколько ты уже на острове, милая? Полгода? Год?

Роняю голову на руки, не в силах совладать с обрушившейся на меня страшной разгадкой.

— Я думал, ты меня бросила, — с горечью цежу сквозь стучащие от холода зубы. Тело окончательно сдалось ледяному пронизывающему ветру. — Думал, что ты растоптала ростки зародившегося между нами волшебства. А ты… Ты не отправляла «ноль» в ответ на автоматический запрос системы. Ты вообще ничего не отправляла! Твой телефон лежит разряженный где-то в камерах хранения Дайв-спота! Где же ты?! Как мне теперь отыскать тебя, когда оказалось, что виртуальная вселенная полностью поглотила тебя? Спрятала, растворила среди таких же погруженных в цифровой сон игроков! Во сне ты просила, чтобы я остался на острове. Я не смог. Реальность манила меня сильнее сладких обещаний тропического рая. Но что делать теперь, когда реальность стала такой же чужой, как виртуальность? Как просыпаться, зная, что ты до сих пор ждешь меня, стоя на берегу? Или ты уже не ждешь? Не веришь в то, что я приду? Я думал, что ты отказала мне, думал, что, как и я, испугалась, что наше волшебство не выдержит проверку некрасивой, неидеальной реальностью. Чертов эгоист, я и подумать не мог, что это не ты отказала реальности! Это реальность отказала тебе в возвращении!

Нахлынувшее отчаяние внезапно сменяется глухой, зарождающейся где-то внутри моего виртуального тела, но от этого не менее реальной, злобой.

— Громов… — зло шепчу я, прорываясь сквозь бушующее воздушное пространство. — Громов, хитрый сукин сын, ты должен знать, что происходит в твоей компании. Ты должен знать, что среди твоих клиентов находится утонувший игрок. Ты знаешь! И в отличие от виртуальной копии спрятанных тобой коллег, ты состоишь из вполне осязаемых плоти и крови. Мне придется до тебя добраться!

Разбегаюсь и прыгаю с края обрыва, вкладывая в этот прыжок всю клокотавшую во мне ярость.

Шум. Ветер в лицо.

«Выход».

Прихожу в себя в помещении офисного Дайв-спота и на ощупь, еще не привыкнув к полумраку комнаты, снимаю и накидываю теплый ободок трансивера на расположенный над головой крючок. После чего, резко подавшись вперед, вдруг чувствую, как две сильные руки, схватив за