Слишком близко - Ребекка Яррос

— Конечно, — пообещала она.

Я уставилась в телефон. Он не мог действительно уйти, правда? Я набрала номер ангара.

Два гудка.

— Маунтин-Мэдиган, хелиски, это Саймон. Чем могу помочь?

Новый сотрудник.

— Привет. Я просто хотела узнать про Уэстона.

— О, он ушёл, но если вам нужна поездка на лыжах, я могу помочь с бронированием.

Я проглотила комок.

— Нет. Спасибо. — Я положила трубку.

Он ушёл.

Я поднялась наверх, чтобы помочь Саттон закончить последние коробки, её ярко-оранжевый гипс выделялся на странно бесцветной комнате. Мы упаковали её красивые занавески, сняли картины, запаковали последние одиннадцать лет нашей жизни, оставив только самое необходимое для рюкзаков.

Мы станем кочевниками на следующий год.

— Ты уверена, что хочешь это сделать, дорогая? — спросила я. — Мы всё ещё можем остаться.

Она обняла меня и крепко сжала. — Ни за что. Мы поедем. И не грусти, мама. Это всего лишь год. Всё будет здесь, когда мы вернёмся.

Всё, кроме Уэстона.

— А как насчёт того, чтобы уехать чуть раньше? — спросила я, положив подбородок ей на голову.

— Серьёзно? — Она улыбнулась.

— Серьёзно.

Я сделала звонок.

Глава девятнадцатая

Уэстон

Я вошёл в ангар в понедельник в два часа дня и обнаружил какого-то сопляка лет двадцати, который закинул ноги на мой стол.

— Ты ещё кто такой, чёрт возьми? — спросил я.

— Саймон Мэтьюз, — ухмыльнулся парень. — А ты кто, мать твою, такой?

— Уэстон-грёбаный-Мэдиган.

Глаза парня расширились до размеров блюдец.

— А теперь убери свои грёбаные ноги с моего стола.

Он дёрнулся так быстро, что стул вылетел из-под него, и он грохнулся на пол.

Вот этот вот «эксперт» по бэккантри-турам — тот, кого нанял Рид, чтобы подменить меня, пока я четыре дня был на конференции Армейской авиации. Когда мне позвонили и попросили в последний момент заменить спикера, я почти отказался. Но тема была о переходе из военной авиации в гражданскую, да и, честно говоря, мне просто нужно было выбраться из Пенни-Ридж хотя бы на пару дней.

Что угодно, лишь бы не сорваться и не броситься к двери Кэлли, умоляя её простить меня за ложь, за то, что не сказал, как сильно она мне нужна, за то, что позволил ей думать, будто я её не хочу. Прошло чуть больше недели с тех пор, как Саттон получила травму, с тех пор, как я сказал Кэлли принять ту стажировку… и я жил в аду.

Но я ведь никогда не говорил, что люблю тебя, верно?

Чёрт. Эти слова никогда не выйдут у меня из головы.

Саймон вскочил на ноги.

— Извините, я не знал, что это вы.

— Очевидно, — буркнул я, скидывая куртку и вешая её. — Как прошёл сегодняшний тур?

— Нормально. Толпа клерков из Канзаса, которым не помешало бы ещё пару дней на подготовленных склонах, если вы понимаете, о чём я. — Он закатил глаза.

— К сожалению, прекрасно понимаю, — я обошёл его и сел на своё место, включая компьютер. — Сколько тебе лет вообще?

— Двадцать один, — ответил он. — Переехал сюда три года назад. Вы тут типа легенда.

— Спасибо, но ты, наверное, про моего брата, Крю. — Двадцать один? Да он выглядел как ребёнок. Старею, блин. Я вошёл в систему и сразу проверил бронирования. Всё плотно забито до третьей недели мая. После — бронь только если «мы всё ещё открыты». Обычно мы закрывались ко Дню Поминовения, но новая зона была выше, значит, шанс продлить сезон был.

— Нет, Крю классный, — поправил Саймон. — Я даже видел его вживую один раз. Но я о ваших фрирайд-навыках. Говорят, вы спустились практически со всех частей этих гор.

— Почти, — честно ответил я.

Дверь со стороны административных помещений распахнулась, и Тео вошёл, раскинув руки: — Наш великий оратор вернулся!

Я фыркнул.

— Моя любимая часть, когда ты пытался провести аналогию между доставкой войск в бой и перевозкой избалованных богачей на склон, — ухмыльнулся он, сверкая белыми зубами.

— Ты смотрел? — Я кликнул на вкладку с финансами. О да, у нас всё отлично.

— Конечно онлайн. Как будто я бы это пропустил, — он откинулся в кресле и закинул ноги на мой стол. — И ещё мне понравилось, как ты чуть не опрокинул стакан воды.

— Публичные выступления не моя сильная сторона.

— А почему ему можно ноги на стол класть? — скис Саймон.

— Потому что он мой партнёр и лучший друг.

— Мы оба знаем, что ты ездил туда не выступать, — сказал Тео, подкидывая теннисный мяч. — Ты сбежал.

— Что? — переспросил Саймон.

Я зарычал на лучшего друга взглядом: провались ты со своими разговорами.

— Ну что, парень справился?

Тео мельком глянул на Саймона. — Был не так уж плох.

Я одобрительно хмыкнул.

— Можешь идти домой, Саймон. Позвоним, если понадобишься. Если хочешь остаться.

— Конечно хочу! — Он схватил свою куртку, уронив мою. — Ой, извините. — Повесил её обратно. — Спасибо за шанс!

— Ты серьёзно считаешь, что этот неуклюжий олух справился? — спросил я Тео.

— Твёрдая восьмёрка, — Тео поймал мяч. — А теперь скажи, удалось сбежать от своих чувств?

Я бросил на него убийственный взгляд.

Он выпрямился и посмотрел мне прямо в глаза. — Потому что, по-моему, ни хрена не удалось.

— Я не мог здесь находиться, — провёл я руками по лицу. Чёрт, как же я устал. Оказалось, я разучился спать без Кэлли. — После того как сказал ей ехать. Стоило мне увидеть её и я бы сдался. Умолял бы остаться. А я, чёрт побери, не стану причиной, по которой она упустит мечту.

Я слишком хорошо знал, каково это, потеряв свою.

Поэтому я разорвал канат между нами. Боже, надеюсь она уехала, иначе весь этот ад зря.

Рид сказал перед моим отъездом, что Кэлли должна уехать через неделю, значит, мне нужно было избежать встречи всего три дня.

— Серьёзно, Уэст? — Тео приподнял брови. — Ты правда хочешь оставить всё так? Заставить её делать выбор, даже не дав ей полной картины? — он покачал головой. — Ты лучше этого.

— И что мне сделать, Тео? Сказать ей не ехать?

Он фыркнул.

— Делай, как Джанин делает в каждое моё чёртово увольнение: скажи, что будешь ждать. Что будешь здесь, когда она вернётся. Год — отстой, но в масштабах жизни это ничто.

— Даже если бы она никуда не уезжала, я не могу дать ей то, чего она хочет. Не потому, что не стал бы ждать год — я бы ждал сколько угодно. Но я не могу дать ей то, о чём она мечтает. — Чем раньше она это поймёт, тем лучше.

— И чего она хочет?