Невеста с гаечным ключом - Лея Кейн

массово подавать апелляции. Уставшие от беспредела простые жители начали нападать на патрульных солдат. Сбивались дроны. Поджигались военные бараки и склады. Все дороги захватили картели.

В Валгалле впервые за долгие годы запахло жареным. Еще вчера уверенные в своей неприкосновенности граждане столицы вдруг ощутили зыбкость почвы под ногами. Слухи множились, обрастая жуткими подробностями о разгуле преступности, о безнаказанных нападениях на защитников правопорядка, о дерзких налетах на конвои. Элита, привыкшая к комфорту, наконец, задумалась о том, что ее благополучие не вечно.

Этот страх загнал людей в дома. На улицах стало тише. Мало кто решался покидать свои роскошные убежища без сопровождения вооруженной охраны. Рестораны, клубы и театры закрылись. Атмосфера всеобщей паранойи сгущалась с каждым часом. Город буквально замер в ожидании урагана.

Официально Владыкой Кассандры все еще считался Эмрис Второй, хотя советники уже собирались без него. Зато мне пришлось участвовать в их дебатах, пока только в качестве слушателя, так как всем руководил Арриан, но он едва ли не в приказном порядке заявил, чтобы я наблюдала, помалкивала и училась.

— Но я не хочу вставать у власти, — ответила я. — Пусть Владыкой назначат кого-то более подходящего.

— Кластер назначит Владыкой кого-то более удобного, — сказал он. — Пару дней назад ты убеждала меня, что я в себя не верю. Так покажи своим примером, как нужно верить.

— Это другое. Вы родились принцем и с пеленок готовились к трону. А я всего лишь орудовала гаечным ключом.

— Это не означает, что ты была на своем месте. Успокойся, Невия. Ты всему научишься. Тебе повезло с наставниками. Райнер Нокс научил тебя ремонтам, а я научу править.

— Зачем вам возиться со мной? — нахмурилась я.

— Может, я боюсь в одиночку реформировать Кластер.

— Вы? Боитесь? По-моему, боитесь вы только скалолазов.

— Просто я еще не встречался с вашими болотными пиявками. Вдруг визжать буду как девчонка.

Я улыбнулась. Предложение принца поддерживать друг друга на каждом этапе вселяло в меня уверенность. Да и Райнер каждую ночь нашептывал, что в будущем я могу пожалеть, если сейчас упущу шанс в корне изменить жизнь.

На собраниях, которые проводились ежедневно, обсуждалось одно — как остановить расползающийся хаос. Предложения сыпались, как искры из-под наковальни. Кто-то предлагал немедленно ввести комендантский час и бросить на подавление бунтов все имеющиеся силы, включая имперских миротворцев. Другие призывали к умеренности, настаивая на переговорах с лидерами протестующих. Лира Ветор и вовсе предложила нейтрализовать глав преступных группировок.

— Все эти меры хороши, — говорил Арриан, — но они не решают проблему в корне. Мы тушим пожар, не устраняя причину возгорания. Комендантский час лишь усилит озлобление, а переговоры с картелями — это игра с огнем. Мы должны показать народу, что перемены действительно возможны. Что Валгалла готова признать свои ошибки и исправиться. Можно начать с пропагандистских роликов.

— Покажем народу истинную Владычицу?

— Ни в коем случае. Генерал-Протектор сделал из нее преступницу. Народу будет нелегко так резко признать в ней Владычицу. Люди решат, что в Валгалле творится лютый бардак.

— Тогда к народу должны обратиться вы, — предложила Лира Ветор.

— Тоже не самая лучшая идея. Жители столицы уважают Кластер, но простой народ, как бы мягко выразиться, его презирает. Мой голос лишь усугубит ситуацию. Как бы мы того ни желали, но прекратить бунты сейчас способен только Эмрис Второй.

— Ваше высочество, но что он может сказать?

— Признать ошибки, извиниться перед народом, что был обманут Генералом-Протектором, пообещать в ближайшее время компенсации всем пострадавшим и назначение новых лиц на высшие должности, в том числе главного советника.

— Вряд ли у него получится. Вы видели, как он трясется и заикается? Он живет на успокоительных.

— Его испуганный и растерянный вид, наоборот, усилит эффект, — сказал Арриан. — Все решат, что он в самом деле чувствует вину и сильно переживает. Некоторое время он будет на ежедневной связи с народом. Нужно организовать горячую линию для звонков и гуманитарные коридоры для доставки продовольствия. Благотворительность подарит людям надежду. Тем временем мы будем плавно готовить население к новым лицам у власти.

— Какая замечательная мысль, — похвалила его Лира Ветор. — А как мы представим всем Владычицу?

Мне хотелось запротестовать, но Арриан, будто почуяв это, стрельнул в меня глазами, и я уткнулась в блокнот, куда для себя протоколировала собрание.

— Эмрису придется честно рассказать, что Владыка Райлин Шторм на самом деле была Владычицей Астреей, — пояснил он. — К сожалению, об ее отравлении придется умолчать.

— Почему? — все-таки возмутилась я.

— Люди не поймут, как после такого жестокого преступления Генерал-Протектор не был разоблачен и наказан. Вера в силу власти окончательно пропадет, а Кластер будет восприниматься монстром, и тогда все наши усилия что-то изменить будут напрасны. Астрея написала о себе легенду, так пусть эта легенда продолжится. Эмрис объявит, что его сестра скончалась во время родов. Новорожденная родилась недоношенной и слабой, и он принял решение отправить ее на воспитание в Кластер, а правление Кассандрой взвалил на себя.

— Я похожа на ту, кто выросла в Кластере?

— Будешь похожа.

— Но меня знает куча людей.

— Им никто не поверит. Поболтают и замолчат. Зато у нас будет возможность очистить твою репутацию. Якобы Генерал-Протектор специально объявил тебя в розыск, как преступницу, потому что боялся, что, придя к власти, ты его разоблачишь.

— Гениально! — поразился кто-то из советников находчивости принца.

— Я не хочу принимать участие в подобных игрищах! — заявила я, встал и бросила ручку на стол. — Спасибо, дамы и господа, за веру в меня, но все эти политические интриги не для меня.

В зале повисла тишина. Все ждали реакции Арриана, а он лишь сказал:

— Иди отдохни. Хватит с тебя на сегодня.

Но я не просто пошла, а побежала. Выскочила в коридор и попала прямиком в объятиях Райнера. Каждое наше собрание заканчивалось одним и тем же — моим категорическим протестом.

— Я не могу… Не могу… — повторяла я, уткнувшись носом в его грудь. — Все это очень жестоко и цинично.

— Тс-с-с… — Он погладил меня по голове, поцеловал в макушку и прошептал: — Твой отец здесь, Невия…

Я замерла, вжавшись в Райнера.

Всю свою жизнь я жила с ощущением брошенности и с горьким привкусом предательства. Всю жизнь гадала, кто они — мои родители? Не тот ли булочник