Любить вампира – сплошной хаос - Аура Хейс

В зеркале отражаются мои широко раскрытые глаза и побледневшее лицо. Я должна собраться с мыслями, прежде чем снова выйду в зал. Пусть я и пришла сюда, чтобы, в том числе, проверить клуб на предмет каких-либо странностей, я не хочу подвергать Аву еще бо́льшей опасности. Она, конечно, понимает, во что ввязалась, но она не коп, и я не позволю своей лучшей подруге пострадать.

Соберись, Селин. Разложи все по полочкам. Ты же в этом профи.

Пытаться сосредоточиться в шумной уборной среди постоянного потока пьяных женщин — нелегкая задача, но я справляюсь. Поправив волосы и обновив блеск на губах, я последний раз оцениваю свое отражение в зеркале. Так-то лучше. Неподалеку от меня кто-то распыляет излишне много цветочного парфюма, и я выскакиваю за дверь прежде, чем задохнусь от этого запаха.

Оказавшись в зале, я замедляю шаг, чтобы не привлекать внимания, и мысленно приказываю себе вести себя естественно, когда возвращаюсь к нашей кабинке.

Ава бросает на меня испытующий взгляд, и я отвечаю ей натянутой улыбкой. Слава богу, она, кажется, не заметила ничего странного.

— Я собираюсь за добавкой. Вам что-нибудь взять? — интересуется Ава, выбираясь из-за стола.

— Мне ром с колой, пожалуйста, — выдавливаю я, надеясь, что никто не заметит проскользнувшего в моем голосе волнения.

Зав заказывает то же самое, поэтому я достаю из кармана двадцатку и протягиваю Аве. Она хватает ее и засовывает в лифчик, прежде чем отчалить за нашими напитками.

Я поворачиваюсь к Завьеру и, наткнувшись на его пристальный взгляд, поспешно отвожу глаза. Нехарактерная для него серьезность пугает меня, потому что я привыкла к его шутливой манере поведения. Он сверлит меня взглядом, отчего я начинают ерзать на сиденье.

Блять, да он меня насквозь видит.

В попытке отвлечь его, я провожу рукой по его бедру. Он вздрагивает от прикосновения, и вдруг мне в голову приходит дерзкая мысль. Мы сидим в самом дальнем углу, где любые грехи тонут в тенях. Моя рука оказывается в опасной близости от его паха, и я понимаю, что играю с огнем, когда он крепко хватает меня за запястье.

Завьер не отпускает мою руку, а, скорее наоборот, удерживает в плену, прижав к своему твердеющему члену. Внезапно нахлынувшая смелость заставляет меня сжать его, и я невольно замираю, пораженная его размерами. Он огромен. Его стальная хватка почти не дает моей руке двигаться, но я все же стараюсь ласкать его в этих тисках. Из его горла вырывается такой тихий стон, что я едва его слышу.

Черт, как это заводит.

До сих пор я избегала смотреть ему в глаза, потому как боялась, что, если сделаю это, вся моя храбрость испарится. Но теперь это уже не столько попытка его отвлечь, сколько мое собственное желание прикасаться к нему.

Мои глаза словно магнитом тянет к его лицу, и в награду мне достается самое сексуальное зрелище в моей жизни: голова откинута на спинку дивана, рыжие волны волос рассыпались по лбу, губы слегка приоткрыты, а глаза закрыты.

— Ну и что же ты собираешься со мной делать? — рычит он с хрипотцой.

Завьер выглядит так, будто испытывает сладостную пытку, и виной всему — моя рука. Я сжимаю его сильнее, и его резкий выдох перерастает в рычание

— Селин. — Стиснув зубы, Завьер демонстрирует свой «клыкостояк», как он сам это называет. — Сильнее, — умоляет он.

Игнорируя его мольбы, я меняю позу, закидывая ногу на ногу, после чего оглядываю толпу с самым скучающим видом, стараясь выглядеть как ни в чем не бывало, а не так, будто ублажаю своего соседа по кабинке. В этом клубе творятся вещи и похуже, так что на общем фоне мы выглядим вполне безобидно. Но я предпочла бы избежать разбора полетов от Авы, а она как раз время от времени поглядывает на нас из-за барной стойки. Я киваю ей, и она снова переключает внимание на бармена, который готовит ром с колой.

— Как думаешь? — соблазнительно шепчу я. — Смогу ли заставить тебя кончить до того, как она вернется?

С его губ снова срывается приглушенный стон.

— Ты сама напросилась, — выдыхает он, но даже не пытается меня останавливать. Вместо этого, он накрывает мою руку своей, заставляя ускориться. По тому, как натягиваются его штаны и напрягаются мышцы пресса, я могу догадаться, что он близок к разрядке.

Я замираю, просто чтобы поддразнить его. Он растерянно убирает руку, и с его губ срывается мучительный стон, полный разочарования. Однако это лишь начало. Я расстегиваю молнию на его джинсах и запускаю руку внутрь, освобождая его член.

Я не вижу его, но судя по размеру и толщине, он превосходит все, что мне раньше доводилось держать в руках.

И вот, я сжимаю его член в своей руке у всех на виду, хотя мы с этим мужчиной лишь несколько раз целовались. Я ощущаю прилив энергии, пока приближаю его к оргазму.

Я вполне могла бы привыкнуть к тому, что одно мое прикосновение способно поставить этого вампира на колени.

Внутри меня все сжимается от ощущения его бархатистой твердости в моей ладони. Его кожа приятна на ощупь, и я провожу большим пальцем по его головке. Завьер извивается под моими ласками и сжимает мою руку, поощряя меня двигаться быстрее.

Тихие звуки, которые он издает, заставляют меня прикусить губу.

Любой, кто обратил бы на нас внимание, точно понял бы, чем мы занимаемся. Движения наших рук ни с чем не спутаешь. Бросив быстрый взгляд на Аву, я вижу, как она забирает у бармена последний коктейль из заказа, и понимаю, что наше время почти вышло.

— Ава вот-вот будет здесь, — шепчу я, начиная слегка паниковать.

— Если ты думаешь, что перспектива попасться Аве заставит меня поторопиться, то глубоко заблуждаешься. — Он поворачивает голову и зарывается носом в мои волосы, скрывая страдальческое выражение лица. — Но я знаю, что тебя это нервирует, поэтому буду хорошим мальчиком и кончу, — шепчет он мне на ухо. Я сильнее сжимаю бедра, пытаясь получить хоть немного больше трения. Мой клитор пульсирует от желания.

Наши с ним руки сжимают его член, растирают, а у самой головки мягко проворачиваются. Кажется, мое учащенное сердцебиение совпадает с тиканьем часов и шагами Авы, которая уже почти рядом.

После последнего рывка Завьер издает долгий стон с придыханием, и горячая сперма выплескивается нам на руки. Он поправляет штаны, а я заглядываю ему в глаза, опасаясь, что этого могло оказаться недостаточно.

Он наклоняется и мягко целует меня в лоб.

— Я знаю, о чем