Любить вампира – сплошной хаос - Аура Хейс

Завьер больше ничего не говорит и просто обнимает меня. Мы сидим в полной тишине, изредка нарушаемой лишь звуками нашего дыхания, тиканьем часов и потрескиванием, доносящимся из духовки, где готовится ужин.

Я внезапно замечаю, как мы прижаты друг к другу и чувствую, как затвердели мои соски под рубашкой. Его нос скользит вдоль моей шеи, а губы находятся в опасной близости от сонной артерии. Я знаю, что должна испугаться. В объятиях хищника, что стоит на вершине пищевой цепочки, я беззащитная мишень, у которой нет шансов вырваться, и все же у меня даже не возникает подобного желания.

Мы мало говорили о том, что значит его вампирская природа для наших отношений, но, думаю, скоро мне захочется это обсудить. Но он все тот же Зав, которого я знала с самого начала.

Мои руки, будто живущие своей жизнью, скользят в его волнистые огненные волосы. Дыхание Зава сбивается, когда я массирую ему кожу головы и оставляю легкий поцелуй на шее. Осознание того, что я влияю на него так же сильно, как и он на меня, дарит странное чувство власти.

Есть что-то невероятно притягательное в той мужской силе и уверенности, которые от него исходят. После такого дерьмового дня мне нужно почувствовать себя хорошо и ощутить заботу. Мне все еще непривычно возвращаться домой к тому, кто будет обнимать меня.

Отстранившись, я встречаю его взгляд, скрытый за очками. В этих бездонных глазах тлеет жар, и наши носы соприкасаются в легком, словно бабочка, поцелуе.

Мы просто сидим, наслаждаясь близостью друг друга, не спеша делать что-либо еще. Его руки легко скользят вдоль моего тела и ныряют под рубашку у самых бедер. Кожа к коже — кончики его пальцев оставляют за собой обжигающий след, пробираясь под мой лифчик. А его мягкие губы осыпают поцелуями все мое лицо.

Щеки. Лоб. Подбородок. Нос.

— Да поцелуй ты меня уже, — рычу я, когда всякое терпение наконец покидает меня.

— Какая требовательная, — шепчет Зав мне в щеку.

Он сводит меня с ума, целуя уголки моих губ, почти касаясь их центра, и вдруг останавливается. Устав от игр, я беру дело в свои руки и, придерживая его голову, впиваюсь в его губы. Мы соединяемся в поцелуе слишком поспешно, и вскоре наши языки сплетаются, выплескивая все накопившееся между нами напряжение. Мы не целовались с того самого свидания, и сейчас это ощущается как возвращение домой, как бы странно это ни звучало.

— Осторожнее с клыками, — шепчет он, слегка шепелявя из-за удлинившихся резцов.

Улыбаясь ему в губы, я отвечаю:

— Мне не привыкать к крови. — Вернувшись к поцелую, я срываюсь на стон, а из его груди раздается удовлетворенное рычание.

Моя рубашка быстро оказывается на полу, и я торопливо стягиваю с него футболку через голову, желая чувствовать как можно больше его кожи. Его твердый член упирается мне в задницу, и сейчас я больше всего на свете хочу освободить его из тесных джинсов. Он дразняще проводит пальцами вниз по моему телу и забирается под пояс моих брюк.

— Зав, — выдыхаю я, когда один из его длинных пальцев медленно проходит вдоль шва моих трусиков.

— Чего хочет моя девочка? — Еще одно дразнящее прикосновение. — Скажи мне. Я весь твой.

Он глубоко вдыхает, прижавшись к моей шее, и меня переполняет потребность, о силе которой я даже не подозревала.

— Укуси меня, — шепчу я.

Зав замирает, и я тихо стону, прижимаясь к нему сильнее, отчаянно желая большего.

— Ты не понимаешь, о чем просишь. — Хрипло произносит он, и я чувствую, как Завьер медленно теряет контроль. Именно так, как я хочу.

— Это же не превратит меня в вампира, правда?

— Ну, нет, но… — Он замолкает, не сводя взгляда с моей шеи, и в его глазах ясно читается желание.

— Я доверяю тебе. — я прижимаю его голову к своей шее, где под кожей отчаянно бьется пульс и подталкиваю к тому, чего мы оба так отчаянно жаждем. — Укуси меня, Завьер.

Глава тридцать вторая

Я держусь из последних сил. Мой контроль — мерцающее пламя, что может погаснуть в любую секунду, погрузив меня во тьму. Я бы никогда не причинил боль Селин, но я боюсь того, что могут сделать мои инстинкты с моей парой, которая извивается и умоляет подо мной.

— Подожди.

Как бы мне ни хотелось продолжить, и хоть мой член явно не в восторге от этой идеи, я должен рассказать ей правду, прежде чем решиться на этот шаг. Я не хотел ее расстраивать, ведь того, что я вампир, уже достаточно, чтобы любой здравомыслящий человек завопил от ужаса, поэтому планировал особенно осторожно подойти к этой теме.

— М? — Растерянный взгляд Селин кажется очень милым.

В ее глазах горит желание, и я не могу удержаться от того, чтобы не убрать выбившуюся прядь волос с ее лица.

— Я был не до конца честен с тобой, — тяну я время.

— Ты не вампир, а на самом деле превращаешься в хомяка? — сухо предполагает она.

Прежде, чем она успевает среагировать, я перегибаю ее через колено и шлепаю по заднице. Она вскрикивает, но по запаху ее возбуждения я понимаю: этим я лишь подлил масла в огонь.

Отлично.

— Нет, дерзкая ты моя. Я действительно очень сексуальный и очень скромный вампир. — Я глажу ее ягодицу по тому месту, куда только что шлепнул. — Дело кое в чем другом, — медленно продолжаю я.

Не будь тряпкой, Завьер. Признайся ей.

Я помогаю ей подняться, чтобы она встала ко мне лицом. Мне нужно понять, что она чувствует по этому поводу.

Я выдыхаю и поправляю очки, съехавшие с носа.

«Давай же», — приказываю я себе. — «Просто скажи это».

Слова вылетают из меня смазанной скороговоркой:

— Ты моя пара. Мы истинная пара.

Наступает неловкая тишина, которую Селин решается нарушить первой.

— Что ты сказал? — переспрашивает она, сморщив нос в недоумении. — Ты протараторил так быстро, что я не разобрала ни слова.

Я опускаю голову.

— Пары… у вампиров есть истинные пары, и моей истинной парой являешься ты.

— Истинная пара? — переспрашивает она медленно, словно пробуя слова на вкус.

На этот раз она устраивается рядом со мной на диване, и я уже скучаю по ее теплу. Глядя ей в глаза, я пытаюсь понять, что она чувствует, но раскусить мою девочку не так-то просто. Уверен, детективная