Грязное белье - Хайди Каллинан

- Никому не говори. Особенно Элу. Он умирал от желания узнать, а я не говорил.

Грудь Адама раздулась от гордости за то, что ему доверили такой секрет, который Денвер хранил даже от своего лучшего друга. Он был так потрясен, что ему пришлось наклониться и поцеловать Денвера в щеку.

- Я никому не скажу.

Денвер ответил на грубый поцелуй, затем кивнул на тарелку Адама.

- Твои яйца скоро превратятся в каучук.

Улыбнувшись начальственному тону, Адам принялся за еду.

ПРИШЛОСЬ немного поспорить, чтобы Денвер разрешил ему пойти на занятия после того, как он уберет посуду, и, в конце концов, Адаму удалось уговорить его только на то, что он пообещал позволить Денверу пойти с ним, по крайней мере, проводить в лабораторию и вселить страх Божий в Брэда.

- Ты не можешь ударить его, - настаивал Адам.

- Только не при свидетелях, - согласился Денвер. Прежде чем Адам успел возразить, Денвер нетерпеливо взглянул на дисплей телефона. - Дело в том, что нам нужно поторопиться, потому что я начинаю беспокоиться, что Луиза доберется до него первой. Я написал ей, что собираюсь пойти с тобой, и она назначила встречу с нами в лаборатории.

Господи, у него теперь есть телохранители?

- Это Брэд, Денвер. Не русская мафия.

Денвер выглядел грозно.

- Да. Это Брэд, придурок, отправивший тебя в больницу. Ты готов ехать, парень, или как?

Адам скрестил руки на груди, обхватив себя, когда понял, в чем проблема.

- Мне нужно зайти к себе домой. Мне нужно переодеться и взять кое-какие вещи со стола. - Он не мог надеть старое нижнее белье. Даже ради Денвера.

Денвер потер подбородок, затем кивнул.

- Ладно. Мы заедем к тебе по дороге. Я подожду в машине, но недолго. Я не буду бить Брэда на людях, но не могу ничего обещать насчет Луизы.

Адам с минуту сидел, подавленный своим беспокойством, затем сказал:

- Вообще-то, я был бы рад, если бы ты зашел.

Денвер долго смотрел на него. Адам так крепко обхватил себя руками, что начал терять чувствительность в локтях. Наконец, Денвер кивнул.

- Тогда пошли.

Было нелегко впустить Денвера в свое личное пространство. Адаму пришлось всю дорогу следить за дыханием, а дикие лошади вернулись, готовые сойти с ума. Он продолжал мысленно успокаивать животных, попеременно будучи строгим и ласковым с ними. Это Денвер. Он принадлежит этому месту так же, как и я.

Это неправильно, сказали ему лошади и попытались встать на дыбы.

Адам держал себя в руках. Мы найдем способ все исправить, пообещал он им, и впервые за долгое время почувствовал себя победителем в споре со своим психическим заболеванием.

Он поклялся, что этот спор не будет последним, особенно по этой теме.

В самой квартире он нервничал. Он всегда был в курсе того, где находится Денвер, хотя ему также приходилось признать, что Денвер более уважительно относился к его проблеме с посторонними, даже лучше, чем Луиза. Он спрашивал разрешения на все, даже на то, чтобы войти в комнату. Когда Адам натягивал футболку через голову, до него дошло, что Денвер ведет себя так же, как и он, когда они разыгрывали сцены. Всегда спрашивал разрешения, всегда проверял, все ли в порядке с Адамом, в безопасности ли он.

Осознание этого настолько ошеломило Адама, что он вернулся в гостиную в одной рубашке и нижнем белье «Зеленый фонарь». Он остановился в дверях комнаты, мгновение смотрел на Денвера с благоговением и любовью, а затем сказал:

- Я хочу переехать к тебе.

Хотя он и дал проблеск одобрения и тоски, в основном Денвер сохранял тот же вид контроля и бдительности, который принял с тех пор, как Адам сказал, что хочет, чтобы Денвер приехал.

- Я тоже этого хочу. Но, думаю, нам следует действовать обдуманно и не торопясь, чтобы все сделать правильно. Для начала, это будет твой дом или мой?

- Ни то, ни другое. - Пальцы Адама впились в стену, когда он подумал о том, чтобы снова переехать, но успокоил себя мыслью, что на этот раз Денвер будет там. - Мы должны найти что-то новое. Что-то, что принадлежит нам. - Его плечи слегка опустились, когда он добавил: - Я думаю, это должен быть дом, а не квартира. Слишком тяжело находиться в чужом пространстве. Я всегда беспокоюсь, что кто-нибудь устроит пожар в соседнем помещении.

Денвер кивнул.

- Это еще одна причина не торопиться. Было бы неплохо построить что-нибудь в районе к северу от города, что-то, что мы могли бы контролировать. Ты мог бы рассказать, как установить розетки, расставить шкафы и все остальное, что тебе нужно. Для этого мне определенно понадобится новая работа, хотя Тайни обещал мне аванс.

- У меня есть деньги...

Денвер поднял руку.

- Мы не можем использовать только твои деньги. Это должны быть наши деньги. Понимаешь?

Адам понимал, и это заставило его полюбить Денвера еще больше.

- Да. Я понимаю.

- Я думаю, нам нужно поговорить об этом, и как можно больше. Мы только что снова встретились после того, что, я думаю, можно назвать ссорой. Я хочу убедиться, что между нами все в порядке. Может быть, Луиза поможет нам разобраться или кто-то еще.

- Я хожу к новому психотерапевту, - сияя, сообщил Адам. - Он толерантен к извращениям. Луиза нашла его. Он мне нравится, и, может, ты как-нибудь составишь мне компанию? Для меня, - быстро добавил он, опасаясь, что Денвер подумает, будто Адам намекает на то, что ему нужна терапия.

Денвер осторожно сократил дистанцию между ними и не прикоснулся к Адаму, но улыбнулся.

- Может, и для меня тоже, хорошо?

Адам обнял Денвера и крепко прижал к себе.

Глава 25

ДЕНВЕРУ не терпелось сразиться с этим ублюдком Брэдом или, по крайней мере, напугать его до смерти, вот почему, когда они появились в лаборатории, прихватив по дороге Луизу со стальными челюстями, и увидели бледного Брэда, бормочущего извинения, это выбило ветер из парусов Денвера.

Ему не понравилось, с какой легкостью Адам простил его, и, насколько он мог судить, Луиза тоже была недовольна. Но что он мог сказать? Брэд практически плакал, а остальные парни-жуки Адама толпились вокруг и выглядели так, словно они все это подстроили, чтобы убедиться, что Брэд явится для признания вины. Для Денвера это прозвучало как обычная матерная чушь: я был козлом, больше