Бессердечные мальчики никогда не целуются - С. Дж. Сильвис

— Ты знаешь почему, Слоан.

— Прекрасно. — Его слова обожгли так, что я перестала чувствовать собственное тело.

Он зарычал и ударил кулаком по стене над моей головой, а я стояла, скрестив руки на груди. — Ты мне нужна, даже когда ведёшь себя как упрямый ребёнок. Ты меня бесишь.

— Это ты меня бесишь! — огрызнулась я. — Мне даже нравится с тобой спорить. Это же полный бред, да?

— Почти такой же бред, как мое желание целовать тебя каждую секунду. — Его пальцы впились в каменную кладку. — Ты представляешь, каково сидеть рядом в классе и не смотреть на тебя? Я не могу держаться подальше. Это бесит. Меня знают как человека с железной выдержкой. Я годами сдерживался в Ковене, дожидаясь момента, когда можно будет сбежать. Но стоит мне поймать твой взгляд — и я готов спалить всю эту школу, лишь бы никто не мешал прикасаться к тебе.

— Никто не мешает, кроме тебя самого.

— Хотел бы я, чтобы это было так.

Дальше спорить было бессмысленно, Тобиас оставался таким же загадочным упрямцем. Его решение звучало окончательным, и, хотя мне хотелось копать глубже, пока он не откроется мне, как я ему той ночью, я не стала. Вместо этого я притянула его к себе и поцеловала первой.

Он замер на мгновение, но затем его тело расслабилось, сливаясь с моим, а его губы вытянули из меня воздух, будто пытаясь вдохнуть саму мою суть. Его зубы слегка задели мои, а руки бродили по спине, словно искали точку опоры в этом безумии.

— Я не могу остановиться, — прошептал он, отстраняясь ровно настолько, чтобы приподнять мою юбку и обхватить ладонями голую кожу. Сжав пальцы, он сквозь зубы процедил: — Обожаю это. Обожаю трогать тебя. Обожаю то, что чувствую рядом с тобой. Это что — то совершенно новое... и я не знаю, что с этим делать.

— Просто пойти на всё, а на последствия наплевать? — Я фыркнула, но смешок превратился в прерывистый вздох, когда он подхватил меня, заставив обвить его талию ногами.

— Легко говорить, когда ты и есть последствие, детка. — Его губы вновь нашли мои, и мир поплыл перед глазами. — Но в свою комнату я тебя всё равно тащу. Пошли.

Он опустил меня на пол, пальцы сплелись с моими, а затем он наклонился, подбирая плюшевого зайца. Лёгкая улыбка, мелькнувшая на его губах, заставила сердце ёкнуть, прежде чем он втянул меня в комнату, захлопнул дверь и повернул ключ.

— Прости за то, что сейчас сделаю.

Я замерла, когда он прижал меня к кровати, швырнув мой рюкзак на стол, заваленный его книгами.

— И что же ты собрался делать? — спросила я, наблюдая, как он заглушает вибрацию телефона.

— Трахнуть тебя. И пожалеть, что не испытываю раскаяния после.

Глава 30

Тобиас

Нога нервно подрагивала, пока мистер Рейк раздавал тесты. Я видел, как Слоан прикусывает губу в ожидании, когда он положит мой экзамен на парту. Благодаря ей я теперь успевал по всем предметам, но всё это казалось таким бессмысленным на фоне того, что я всё ещё пытался понять, что с ней происходит. Тони пропал с радаров — ещё одна проблема, осевшая у меня в заднем кармане.

Когда я ушёл из Ковена, то знал: технически, моя работа не закончена. Могу ли я вообще когда — нибудь освободиться от прошлого? Оно следовало за мной как чёрная туча, нависая над всем хорошим, что со мной случалось.

Но со Слоан было не так темно.

Я не исцелился. Не стал той версией себя, на которую она, возможно, надеется. Но с ней всё не казалось таким уж плохим.

Хотя я достаточно умен, чтобы понимать: даже если Слоан вызывает во мне нечто большее, чем гнев, это ещё не значит, что со мной всё в порядке.

Звонок прозвенел в тот момент, когда мистер Рейк положил мой тест на парту. Он наклонился к Слоан и прошептал:

— Прости, дорогая. Теперь я не могу раздавать леденцы.

Его взгляд скользнул в мою сторону, и я замер, стирая из головы картинку, как хватаю его за глотку и припечатываю к учительскому столу за то, что он слишком близко.

Видите? Не в порядке.

— Всё в порядке, — Слоан улыбнулась ему, а затем бросила мне грязный взгляд, будто спрашивая: это твоих рук дело?

— Благодари директора, а не меня, — я усмехнулся.

Видимо, старина папаша не так уж плох. Хотя мысли о наших с отцом проблемах тут же всплыли на поверхность. Слишком много груза в моих карманах.

Она фыркнула, собирая вещи. Класс опустел — даже мистер Рейк исчез.

— Директор Эллисон ничего не делает без причины. Подозреваю, причина — ты.

Её полунасмешливый взгляд заставил меня осклабиться. Мы одновременно посмотрели на мой тест, лежащий лицом вниз.

Её хитрая ухмылка застала меня врасплох — ровно настолько, чтобы она успела схватить его раньше меня. Я отступил, скрестив руки, чувствуя, как учащённо бьётся сердце.

Я знал, почему нервничал. Дело было не в оценке.

А в том, что я хотел, чтобы она мной гордилась.

— Ну? — спросил я неуверенно, напрягая бицепсы в ожидании. Почему я вообще нервничаю?

Её лицо озарила улыбка. Она приподнялась на цыпочках, перегнувшись через парту, и схватила меня за лицо, всё ещё сжимая мой тест.

— Ты сдал на отлично.

— Что? — я остолбенел, а когда она в порыве страсти поцеловала меня прямо посреди класса, и вовсе впал в ступор. Она отстранилась, её лицо озарила такая ослепительная улыбка, что у меня в голове будто вырубило все мысли.

За дверью послышались голоса. Улыбка Слоан мгновенно исчезла. Она прижала тест к моей груди, отпустила его и отступила, торопливо собирая вещи.

— Я горжусь тобой. — Она мельком взглянула на меня, задержалась взглядом на моих губах, а затем бросила ещё одну печальную улыбку. — Увидимся позже у тебя в комнате. Будем заниматься.

Я усмехнулся, прекрасно зная, что заниматься мы будем далеко не весь вечер.

Так теперь было заведено. Я перестал отталкивать её и начал притягивать ближе.

Я убеждал себя, что чем теснее она со мной, тем проще будет разобраться с её сталкером. Но это была лишь полуправда.

После случая с мёртвым кроликом на её кровати наступило затишье, но я знал — это лишь затишье перед бурей. Так всегда и бывает.

Навязчивые увлечения и застарелые обиды просто так не исчезают. Кто — то либо одержим Слоан, либо что — то от неё хочет.

А может, и то, и другое.

— Ага, —