Королева Всего - Валентина Зайцева

в тридцати метрах от меня, в своём куда более подходящем волчьем облике. Человеческая плоть, что он носил прежде, была оскорблением для такого воина, и я была рада видеть его теперь в пёстрой шкуре, которая так лучше подобала моему повелителю.

Разделившись таким образом, мы вынуждали Короля Всего выбирать, кого атаковать первым. Ему придётся решить, кто из нас представляет большую угрозу, и это даст второму шанс зайти с фланга и нанести удар.

— Элисара.

Меня польстило, что он обратился ко мне первой! Повернувшись к мужчине в развевающихся чёрных одеждах, я презрительно скривила губы.

— Привет, Самир.

— Я не тот, кого ты знала.

— О, я знаю. Я говорила привет твоей второй половине.

Король жестоко рассмеялся.

— Моей второй половине? Он был осколком. Фрагментом, жалкой, сломанной, ничтожной растратой силы. Не оскорбляй меня, дворняга.

— Как скажешь.

— Прежде чем мы начнём, у меня к тебе вопрос. Кое-что меня беспокоит.

Я оскалилась в ухмылке и саркастически склонила голову.

— О, прошу, мой повелитель, позволь мне помочь.

— Зачем ты здесь? Ты увела Малахара, чтобы бежать в горы. Но ты здесь, почему? Тот идиот, Старейшина Слов, действует назло из-за казни жены. Но ты стоишь здесь вместо него.

Я фыркнула.

— Он был прав. Ты слишком эгоцентричен, чтобы предугадать что-либо. Твоё высокомерие станет твоей погибелью.

Чёрные глаза мужчины сузились от ярости из-за моих непрекращающихся оскорблений. Отлично. Пусть злится. Гнев делает людей небрежными. Управлять им умеют лишь оборотни. А он определённо не из их числа.

— Кто? Кто это сказал?

— Ты сам.

— Что?

О, это было забавно. Неудивительно, что Самир любил поиграть словами и доминировать над другими. Контролировать кого-то таким образом действительно увлекательно. Надо будет отдать ему должное за это где-нибудь в загробной жизни, когда мы все будем мертвы.

— Прости. Твой фрагмент. Твоя жалкая, сломанная, никчемная часть с той стороны. Это он мне о тебе сказал.

— Как это вообще… — Король Всего взвыл от ярости, его металлическая рука сжалась в кулак, когда он сам пришёл к очевидному выводу. — Мои сны.

— Твоё же собственное подсознание пытается тебя убить! — Я залилась гордым, звонким смехом. — Твой разум втайне строил заговор против тебя, работал за кулисами, чтобы всё это спланировать. Если это не знак того, что ты недостоин быть правителем, то я не знаю, что им является.

Я снова рассмеялась, глядя на исступлённую ярость, исказившую его лицо. Он дрожал от гнева, и, хотя это должно было ужасать меня, я знала, как обратить это против него. Слишком много веков я спарринговала с Малахаром, чтобы не уметь использовать вспыльчивость противника в свою пользу в схватке.

— Тогда есть лишь одно решение для моего непокорного разума. — Его рука вспыхнула чёрным пламенем. Малахар издал протяжный вой с соседнего здания, и Король Всего оскалился. — Я должен убить вас всех.

— Ты лишь попробуешь.

Глава 26

Сайлас

Я прибыл в самый эпицентр хаоса.

Малахар и Элисара сражались с Королём Всего. Он истекал кровью, но они находились в ещё более плачевном состоянии. Оба действовали «грязно», уворачиваясь и петляя вокруг противника, полагаясь на свою скорость и ловкость. Они не задерживались подолгу на открытом пространстве, словно понимая, что любая секунда промедления может стать последней. Они проигрывали, и прекрасно знали это с самого начала. Дело было вовсе не в победе, а в том, чтобы выиграть драгоценное время.

Слова Келдрика отдавались эхом в моей голове, его вопрос о моих актёрских способностях звучал всё настойчивее. Теперь я всё понял. Я тяжело вздохнул, осознавая, что именно мне предстоит сделать и какую роль придётся сыграть.

Элисара пребывала в облике тигрицы, который так любила и к которому привыкла. Она была в самой середине прыжка, когда я рванул к ней, собрав всю свою силу воедино, чтобы врезаться в неё на полной скорости. Удар получился мощным. Это резко изменило её траекторию и отправило в стремительный полёт — прямиком сквозь стену ближайшего здания, подняв облако пыли и осколков.

Король Всего обернулся и взглянул на меня прищуренными глазами, в которых читалось недоумение. Его голос прокатился над полем боя, гремя, как далёкий раскат грома:

— Я приказывал тебе оставаться рядом с Ниной! Я велел охранять её и не отходить ни на шаг!

— Другие пришли за ней. Они уже… — начал я, но в тот же миг тень легла на меня, накрыв с головой.

Элисара, уже выбравшись из-под обломков и стряхнув с себя каменную крошку, ударила меня с такой яростной силой, что я отлетел в противоположную сторону и врезался в другую развалину. Острая боль пронзила всё тело, но я ожидал этого и был готов. Более того, я был по-настоящему благодарен ей за этот удар. Она не только отбросила меня подальше от Короля Всего, но и прервала ту ложь, которую мне так не хотелось произносить вслух.

Элисара стремительно возникла надо мной, и её низкое рычание обещало самую скорую и жестокую расправу. Я с трудом поднял взгляд и слабо улыбнулся сквозь боль:

— Привет, любовь моя.

Её звериный облик дрогнул, начав меняться. Звук ломающихся и перестраивающихся костей уже не казался мне таким ужасным и пугающим после стольких прожитых лет. Процесс смены формы для неё, как и для всех оборотней без исключения, был невыносимо мучителен. Но это была их личная ноша, как у каждого из нас имелась своя собственная. Теперь она смотрела на меня сверху вниз уже человеческими глазами, а её длинный хвост всё ещё гневно бил по ногам:

— Одумался наконец?

— Да.

Она молча протянула руку, чтобы помочь мне подняться на ноги. Я принял помощь без колебаний, поднялся и принялся отряхивать въевшуюся пыль и мелкие острые камушки с груди и плеч.

— Ты предсказуем, как восход солнца на востоке, — сказала она с лёгкой усмешкой.

— Самир тоже это предвидел заранее?

— Да. Он знает каждого из нас до пугающей, почти невероятной глубины, — медленно покачала головой Элисара, и в её голосе прозвучало нечто похожее на восхищение. — Включая самого себя, разумеется.

— Что нам теперь делать?

— Ты будешь драться со мной, и ты приложишь все усилия, чтобы это выглядело по-настоящему всерьёз. А когда мы с Малахаром наконец падём, ты попытаешься изо всех сил не дать ему добить нас окончательно, — Элисара размяла плечо