Блондинка и Серый волк - Марианна Красовская

— Спасибо, дражайший. Бабуле передай мой привет.

И безо всяких церемоний посыльный был выпихнут за дверь.

— У нас свой агент в тылу врага? Вот видишь, как было полезно задобрить бабулю. А ты сомневался, мальчишка!

— Даже не знаю, радоваться нам или нет, но ты молодец, моя прозорливая госпожа. Нам пора собираться. Я покину тебя, встретимся перед балом.

— Рудольф! Погоди, а почему ты не носишь кольцо?

Он задумался, одеваясь.

— Наверное потому, что мне его никто не надел. Не знаю, как это тебе объяснить, но…

Агата молча подошла к простой прикроватной тумбочке, взяла сундучок. Открыла, полюбовавшись еще раз на мастерскую работу древнего ювелира. Каждая шерстинка головы волка сплеталась в причудливый темный орнамент. Казалось, что в нем были зашифрованы послания для потомков. И черные глаза будто в душу смотрели.

Она была наследницей величайших родов. Вполне могла позволить себе провести кольценатягивательный ритуал.

— Иди сюда, Руд. Штаны надень только и вид прими соответствующий. Герцог, не кривляйтесь. Дай левую руку.

— Почему левую?

— По древней традиции. Пока ты не стал полноценным Ашеном, пока под твоей рукой не соединились все кланы волков, кольцо будет вести тебя. Когда достигнешь искомого — наденешь на правую.

— Только что сочинила? Ты хоть запиши, а то я забуду, что врать.

Никакой высокой патетики. Стоит и скалится во все свои волчьи зубы. Еще и в декольте ей заглядывает, засранец. Молча надела ему кольцо на средний палец, чмокнула в щеку и обиженно поджала губы.

— Не обижайся, моя великая госпожа. Можно, я хоть с тобой буду просто мальчишкой? Мне ведь всего девятнадцать.

— Зачем тогда лезешь на трон?

— У меня есть причина. Очень важная. Все, котенок, я убегаю. До вечера. В четыре часа приедет родовая карета с гербами, уж будь любезна, не сбеги с магом до этого.

Хм, а она и забыла о Жорже. Надо же, как быстро все перевернулось с ног на голову! Или с головы на ноги, это как посмотреть…

36. Королевский бал

Обязательным условием дресс-кода королевского бала был цвет туалетов, обуви и украшений. Зеленый, конечно же. Но и Агата была непроста. Аквамариновый цвет был вполне так зеленым. Особенно в окружении этой вселенской зелени на каждом углу. Роскошное платье цвета южного моря, серьги, ожерелье. Прозрачные камни, красиво подчеркивающие цвет ее глаз. Королевский браслет, так удачно вписавшийся в образ.

Девушка из цирюльни, вскоре прибежавшая прямо в гостиницу (за соответствующую плату, разумеется), сотворила настоящее чудо с ее волосами. Мыла какими-то травками, чесала гребнями-артефактами, завивала щипцами — и очень скоро вместо порядком отросшего хаоса на голове у Агата красовалась прическа, элегантно оттеняющая северную красоту. Длинная шея, овал лица, аппетитный губы, гладкие, отливающие серебром локоны.

Агата смотрела на себя в зеркало и не могла насмотреться: перламутровая пудра сделала ее похожей на Снежную королеву. Взгляд русалочьих глаз, чуть раскосых, как у всех кошек, льдистый и загадочный. Никогда в своей жизни она не была еще так хороша.

И громкий вздох за спиной лишь подтвердил это.

— Может, ну его, этот бал? — Руд подкрался сзади, осторожно положив руки на плечи и целуя тигрицу в висок. — Сеновал? Избушка в лесу с чайником и очагом? Может, мельница? А, ту ты спалила уже. Есть еще масса мест, где мы не были.

— А кто-то у нас хотел корону? Не подскажешь, кто? Точно не я, терпеть не могу тяжелые и вычурные головные уборы.

Руд очень тяжко вздохнул, присаживаясь на корточки рядом и кладя голову ей на колени.

— Мне хочется обратно в лес. Ловить зайцев зубами, купаться с русалками голышом, прятаться в кустах, подглядывая за прекраснейшей из тигриц. Не хочу быть наследником. Кстати…

Он быстро встал, доставая из стопки ее вещей нож. Тот самый, верный спутник Агаты, наточенный, темный. Древний.

— Возьми это с собой. Погоди-ка…

Быстрым движением вдвинул его в ножны из тонкой кожи, надетые на узкий ремень, задрал подол платья на ахнувшей было Агате и подвесил на бедра под юбкой этот нож.

— Думаю, если вдруг что случится, ты не очень смутишь нападающих голыми ножками, тем более, такими очаровательными.

— Зачем, Руд? У меня есть моя магия…

— Это не просто оружие. Ты ковырялась в зубах и отрубала головы курицам одним из могущественных артефактов. Я потом расскажу тебе. Ладно? Он твой. Все, моя прекраснейшая госпожа, нам пора, разрешите верному оруженосцу проводить вас на бал тысячелетия?

Руку подала молча, ощутив вдруг, как дрогнули мужские пальцы под ее ладонью. Волчье кольцо смотрелось отлично и придавало Руду солидности. Хотя он и так был прекрасен. Широкий, рослый, гибкий. Породистое лицо, внимательные серые глаза, нос с легкой горбинкой. И губы эти… ее тайный фетиш. Отхватила-таки себе Агата мужика всем на зависть, похоже.

Уже на пороге кареты быстро притянула его к себе, ухватила за расшитый золотом лацкан камзола (зеленый!) и, рыкнув прямо в рот волку сиплое «Мой!», вцепилась хищным поцелуем, больно прикусив губу. Пометила.

Большая площадь у королевского дворца сияла огнями, приглашенные прибывали строго по расписанию, официальные родовые кареты делали круг, под громкое представление прибывшие выходили из экипажей и поднимались по невообразимо длинной лестнице (не «Потемкинская», конечно, но почти Сан-Суси) к очень красивому дворцу. К облегчению Агаты — совсем не зеленому. А то она уже представила себе Гудвина, Страшилу и Железного дровосека.

На первой же лестничной площадке, обрамленной густым виноградником, стояли удобные лавочки для уставших гостей. А на лавочках восседали… Агата с трудом успела прикусить язык, чтобы не ляпнуть чего лишнего. Подруга герцога, чай, не девица с сеновала! Ну почти. Одно другому не мешает, верно?

Колоритное трио из роскошно одетых, весьма пожилых и, судя по обилию драгоценностей, знатных гостей о чем-то яростно спорило.

Две матроны, усыпанные изумрудами в золоте, одна в малахитово-зеленом бархате, вторая в нежном шелке цвета нефрита яростно размахивали веерами и фыркали раздраженно на своего спутника. Травянисто-зеленый старик вяло отмахивался от них и воздевал руки к небу, словно призывая в свидетели всех Создателей этого мира.

Эта сцена была бы просто забавной, если бы Агата не узнала всю троицу разом. «Бабки» блистали: толстый слой макияжа обсыпал тонким налетом наряды. Высокие прически из искусно уложенных в изрядную башню седых волос, казалось, перегружали дрожащие шеи. Василиса шуршала шелками и блестела лукавыми глазками. Алена свирепо стучала богато расшитым веером по плечу бедного лавочника (а это был он) и шипела.

— Какая чудесная встреча! Сьерры маги!

Вся троица развернулась как