Избранная в Академии. По шагу за раз - Лиззи Голден

ране. Он светится и разгорается еще сильнее, из него летят искры… все вокруг словно наполняется магией. Мой дом оживает: столик дребезжит, лампады на стенах зажигаются и тухнут, будто приветствуя меня. Сильная магия, которую использовала Мальфас, словно сошла на нет, когда я отобрала у нее ее талисман.

Рана на плече Лори исчезает на моих глазах. На этом месте лишь чистая кожа, даже без шрама, как у младенца.

Лорен вдруг дергает меня к себе:

― Эйлин, сзади!

Дым рассеялся, и драконица несется прямо на нас. Лорен посылает в нее сгусток огня, который попадает в цель ― сразу видно, что это его сильная сторона. Крылья загораются чудовища. Драконица визжит от боли, мечась и ударяясь о стены. Ей удается сбить огонь, который сразу же тухнет ― его блокирует магия моего ожившего дома, ― но ее крылья знатно обгорели и повисли тряпочками.

Драконица вдруг оборачивается в Мальфас. Зачем она, интересно, это сделала? В надежде, что мы не будем бросаться в нее боевыми заклинаниями и огнем, когда она в таком виде?

Ректорша выглядит очень плохо, посерела и подурнела, ее волосы, собранные в высокий пучок, растрепались, а на лице добавилось морщин.

― Все кончено, я знаю, ― обреченно произносит она, делая осторожный шаг в нашу сторону. Лорен выставляет руку вперед, готовый в любую секунду защитить нас, но та останавливается, видимо, понимая, что лучше не играть с огнем. Оно и верно.

― Просто отдай мне это. ― Она указывает на кристалл, который я крепко держу в руках. ― Это все, что мне нужно. И я уйду. Исчезну из Эсхалиона.

Ага, так и поверили. Глупая драконица думает, что нас можно легко развести. Ни за что ни отдам кристалл!

― Вы не с тем врагом боретесь, ― продолжает она, глядя словно сквозь нас. ― Да, я убивала драконов… именно драконов… про приказу. Чтобы ослабить королевство… но у меня не было выхода. Уничтожьте Эйдралис, и больше никогда не будете знать бед.

Эйдралис? Что это за место? Насколько я знаю, ни один из наших городов не носит это название.

Пока я в непонятках, ректорша глубоко вздыхает и снова превращается в черного дракона. Лорен вздрагивает и выпускает огненный шар, который на этот раз промазывает. При этом он случайно задевает меня плечом. Я пошатываюсь, едва удержавшись на ногах, и от неожиданности выпускаю из рук скользкий кристалл.

Сверкающий лазурный камень ударяется о деревянный пол и катится. Драконица ― туда, наплевав на то, что ее крылья снова могут поджарить. Я тоже бегу за ним, желая успеть раньше нее: не могу допустить, чтобы она его заполучила. Иначе она снова обретет былую мощь, и все может закончиться весьма плачевно.

Будет очень глупо проиграть, когда мы уже победили.

Но… что это? Кристалл поднимается в воздух и летит, как будто у него отрасли крылья. Он вылетает прямо в раскрытое окно. Драконица ломится следом, но не пролазит ― надо было меньше есть пирожков на ужин. Шучу, конечно, хотя… какие тут шуточки. Ведь драконица не дура, бежит теперь в обратную сторону, где выход, а я… я не знаю, как ее остановить, ведь у меня крыльев-то нету.

Драконица, найдя выход на балкон, взлетает, расправив обожженные крылья. Надо же, у нее еще получается как-то лететь. Замерев сердцем, смотрю на нее в окно ― это все, что я могу сейчас сделать. Кристалл набирает скорость, драконица летит за ним изо всех сил. Они уже летят над океаном, к горизонту, где виднеются горы, окружающие наше королевство.

Кристалл уже далеко, вижу лишь маленькую сверкающую точку. А драконица ― черное распластанное пятно в небе ― начинает сдавать. Ее крылья машут через раз. Еще несколько слабых взмахов и… она падает камнем в воду.

Долго смотрю в одну точку, да так напряженно, что аж глаза болят.

Драконица не вынырнула.

Поворачиваюсь к ошеломленному Лорену, который наблюдал все это рядом со мной.

― Мы победили, да? ― Мой голос осипший от дыма, но радостный и звенящий. Не дождавшись ответа, бросаюсь ему на шею. Он замирает, будто такого не ожидал, а потом крепко прижимает меня к себе.

― О, я вижу, вы наконец-то научились обниматься! ― слышу я знакомый голос и тут же отпускаю Лорена.

― Риси! ― воплю я, и теперь мы обнимаемся уже втроем.

Моя подруга полностью здорова. Разве что немного растрепанная и бледная, но это мелочи.

И… что это? Ее волосы потемнели, приобрели темно-каштановый оттенок, как у Лорена. Неужели этот шикарный белый цвет был одним из проявлением проклятия? Вот ни за что