Тьма. Игрушка мажора - Ника Княжина

— Привет, солнышко. Ждал, пока ты проснёшься…

— Что-то случилось? — сердце падает в пятки.

Почему-то думаю о Моте. Его голос в ушах. А вдруг он добрался до меня? Вычислил.

— Мой друг, отец твоей Настеньки, вчера в больницу попал.

— Ох!

Я сажусь на стул. Боже. Как там Настя? Чёрт! Просто невероятно. И я ведь так и не раздобыла телефон, просто уснула на стрессе. А она ведь могла мне звонить. Может поддержка нужна была. Хотя с ней же Шип.

— Поедем к ним?

— Конечно, пап. Поехали скорее.

Я подскакиваю с места, готова прямо сейчас сорваться. Но папа продолжает сверлить меня взглядом. Будто не всё ещё сказал. Я опускаюсь назад за стол. Смотрю на него вопросительно.

— Тут один парень приезжал, — продолжает папа. — Очень хотел тебя увидеть. Прямо… требовал.

Папа невесело усмехается, а я чувствую, как кровь слетает с моего лица. Ладошки покалывает от ужаса. Впиваюсь ногтями в них.

— А ты… что ему сказал? — спрашиваю, аккуратно подбирая слова. — Он где-то здесь?

— Здесь. Очень упрямый молодой человек. Я бы даже сказал… бесстрашный. Сидит в своей машине, караулит тебя. Прикатил пьяный, кричал, что без тебя не уедет. И мне очень хочется его в обезьянник отправить проспаться, но жду твоего вердикта. Звонить ребятам или как?

Папа внимательно смотрит на меня, а я задыхаюсь от мысли, какое Матвей представление закатил. Боже…

Что же мне делать?

_______________________

Глава 61. Люблю

— Привет, — выдыхаю я.

Не хотела я к нему идти. Даже чуть язык не повернулся сказать, чтобы папа своих знакомых сюда отправил. Правильно. Нечего было за руль садиться выпившим. Хорошо, что ещё благополучно это приключение закончилось.

Хотя достоверно мне это неизвестно. А вдруг что-то произошло, пока он ехал сюда?

И ещё поняла, что не смогу просто остаться в стороне. Дурочка. Ну зачем я лезу сама в ловушку? Одна радость, что папа рядом. В случае чего, у меня есть поддержка.

Матвей не сможет затащить меня в машину и увести отсюда.

И вот я как Матвей выбирается из машины, а следом на асфальт летит бутылка с какой-то янтарной жидкостью. То ли коньяк, то ли виски — я вообще в этом слабо разбираюсь.

И что-то мне подсказывает, что запивал своё горе он уже тут. Прямо перед домом моего отца. Может всё не так уж и плохо? Может быть зря только стала переживать из-за него?

Он не обращает внимания на потерянный алкоголь, сразу выпрямляется и смотрит на меня. Пронзает своими синими поплывшими глазами, в который стоит туман.

— Конфетка…

Матвей делает нетвёрдый шаг вперёд, будто хочет меня обнять, а я сразу отступаю. Вот чего я точно не хочу, так это снова попадаться в его сети. Снова становиться игрушкой в его руках.

На нас летят холодные капли дождя. Я забыла зонтик взять. Атмосферно. Прямо как внутри меня. Всё плачет. Всё надрывается при виде Моти.

— Блядь, — он взъерошивает волосы. — Я искал тебя.

— Ну вот и нашёл, — пожимаю плечами. — Что теперь?

Не знаю, зачем мы вообще разговариваем. Нам с папой надо ехать к Маловым. Я очень хочу к Насте, а не стоять сейчас здесь под дождём. Зачем? Ну к чему всё это? Почему он меня не отпустит уже? Я хочу жить дальше.

— Был и в общежитии, и у твой мамы, — продолжает Матвей, словно не слышит моего вопроса.

Я сглатываю. Отлично. Мама теперь в курсе, что мы поссорились. Может быть даже названивала мне сказать, что была права. Я радуюсь, что осталась без телефона. Спасибо Истоминой, избавила меня от общения с родственницей.

— Зачем ты тут? — спрашиваю со вздохом.

Складываю руки на груди. Хочу отгородиться от него как можно сильнее. Может стоит просто сказать, чтобы вызывал такси и ехал к себе домой? Пусть выспится и приведёт себя в порядок.

— Ириш, я не могу без тебя, — говорит Мотя.

Делает довольно резкий рывок для пьяного, обхватывает меня за талию. И только я собираюсь возмутиться, оттолкнуть его, как он… неожиданно спускается вниз на колени. Обнимает меня за ноги и упирается лицом в мой живот.

Я ошеломлённо замираю.

Я ведь морально готовилась к этой встрече. Перед выходом настраивалась, что всё будет хорошо. Что я просто попрошу его отстать от меня. Может быть в ход пущу угрозы. Скажу, что папа не позволит ему больше появляться в моей жизни…

И вот…

Всё идёт не по плану.

— Матвей… Ты что творишь? Поднимайся!

Я наклоняюсь и пытаюсь потянуть его вверх. Кусаю губы, чтобы не расплакаться. Не получается мне держать свои чувства под контролем, когда он так близко ко мне. Когда он ведёт себя так странно.

Но я стараюсь. Всеми силами стараюсь не поддаваться на эту провокацию.

— Матвей… Перестань, пожалуйста. Отпусти меня.

— Я не могу без тебя. Не могу, не могу, — бормочет Мотя, уткнувшись в мой свитшот.

Сердце разрывается снова на куски от этой картины. Не угрожает, не тащит меня через силу к машине. Он просто… Признаётся, что я ему нужна?

— Конфетка, возвращайся домой. Я всё для тебя сделаю. Всё, что попросишь. Только будь со мной, Ириша…

В груди всё сжимается. Что же он делает? Я не могу этого слышать. Да и почему он без меня не может? Я ведь никто. Игрушка. Так ведь? Невыносимо это терпеть. Нет сил бороться с его диким напором.

— Да зачем я тебе? — всхлипываю я. — Матвей, я ведь для тебя никто. Я призналась тебе в чувствах, а ты меня проигнорировал. А после использовал шантаж, чтобы удержать меня возле себя. Я для тебя простая игрушка. Удобная девушка, с которой можно спать, когда вздумается, ведь она всегда под рукой. К чему это представление? Избавь меня от новых страданий. Я хочу уйти…

По конец речи у меня уже в три ручья текут слёзы. Безразличие? Нет, я такого слова просто не знаю. Каким чудом вчера держалась — фантастика просто. Меня колбасит серьёзно. Я сейчас в эпицентре чувств. Это не просто грусть, это даже не печаль, это самое настоящее горе, которое накрывает меня с головой.

И Матвей только мешает мне пережить свои потери. Пережить то, что между нами больше ничего не будет. Что я остаюсь одна. Я хочу попытаться выползти из этого ужасного жизненного периода, а он никак не отпускает.

— Прости меня. Ириш, прости. Я чёртов