Моё бессонное лето - Яна Ланская

Женя слегка меня поднимает и направляет, показывая, как мне двигаться, а я будто застываю от блаженства и удовольствия. Непередаваемые ощущения.

Я податливая, нежная, нужная, и я растворяюсь в нём. Нахожу его губы и стараюсь сама двигаться под его чутким руководством.

Вверх-вниз, вперёд-назад. Покачиваюсь и кружусь. Мы тяжело дышим, смотрим друг другу в глаза и на толчках отрывисто целуемся.

С ума схожу от его взгляда. Я его муза, его вдохновение, его стимул, его спасение.

А он… Моё наваждение, мои бесы, мой морок. Мои бессоные ночи, моё незабываемое лето. Моя боль и моё счастье. Наслаждение и страдание.

Чувствую, как по щекам бегут тоненькими струйками солёные слёзы, и начинаю двигаться интенсивнее, отчаянненнее. Женя смахивает их большим пальцем, а затем облизывает его. Сколько же в этом жесте символизма для меня.

В следующее мгновение зарывается в моих волосах и притягивает меня. Наши вкусы смешиваются с моими слезами, и этот поцелуй кажется мне самым глубоким. Самым близким. Самым важным.

Я не прикрываю глаза и не перестаю смотреть на него. Кажется, закрою, и вся магия пропадёт. Всё пропадёт.

Наш поцелуй становится безумным, агрессивным, резким, и Женя начинает двигаться в такт ему. Держит меня, не давая двигаться, и входит быстро, сталкивая нас и распаляя меня.

Всё чаще отрывается от моих губ и стонет. По-мужски, надрывно, хрипло.

Я вхожу во вкус, нахожу угол, в котором испытываю нереальное удовольствие, и растворяюсь в своих ощущениях, концентрируюсь на них, кажется, даже перестаю дышать, из груди вырываются стоны один за другим, и всё… Кайф заполняет меня с ног до головы, жар окутывает каждый миллиметр тела, и я захлёбываюсь от наслаждения.

— Да-а-а-а, — чувствую, как начинаю сотрясаться, и впиваюсь ногтями в его спину. — Да-да-да!

Женя немного замедляется, давая мне прийти в себя, а потом снова разгоняется, прижимает меня так крепко, что кажется, я сейчас сломаюсь, напрягается весь и кончает.

Как мокро, как горячо и как интимно.

— Упс, — смотрит на меня виновато, а я начинаю истерично смеяться. А мне плевать. Будь что будет! — Не хочу выходить из тебя! Вечность бы с тобой провёл!

— Проведи, — шепчу.

Он откидывается назад и ложится навзничь, притягивая меня за собой. Громко дышим, едва касаясь губ друг друга, и улыбаемся.

— Забудь всё, что было! Забудь тот раз! Отныне всегда будет так, — говорит уверенно и прижимает меня к себе.

Мы не расцепляемся и лежим так долго-долго. Нежимся в объятиях друг друга и молчим. Кажется, мы боимся сболтнуть лишнего. Боимся пошевелиться и нарушить это единство.

— Так хорошо, — млею в его руках и улыбаюсь.

— Давай примем ванну, малыш?

Киваю ему и перекатываюсь на спину. Сил нет никаких.

Женя встаёт и уходит в санузел. Слышу, как включает воду, и присоединяюсь к нему.

Залезаем в ещё не наполненную ванну, и теперь Женя обвивает меня ногами и руками.

Кладу голову ему на плечо и смотрю снизу вверх на него.

— Чего-то такого я и хотела, — решаюсь озвучить свою обиду.

— Я знаю, — спокойно говорит, — так я и должен был себя повести. Но теперь всё будет правильно. Я держу слово.

— Я знаю.

Вода медленно набирается, пена постепенно обволакивает наши тела, а Женя начинает ласкать мне грудь и что-то напевать в ухо.

— Ты меня вдохновляешь даже сейчас. Особенно сейчас, — говорит и будто играет на мне, как на своей медиа-клавиатуре. — Спасибо тебе! Это лучшее начало дня рождения!

— У тебя день рождения? — Запрокидываю голову и закусываю губу от остроты его прикосновений.

— Да.

— А мне-то за что спасибо? Это всё ты!

— За любовь, которую я снова испытываю. За любовь, которую ранее не испытывал.

46. Что вам дано, то не влечёт

Просыпаюсь от бесконечной вибрации телефона. Мой на беззвучном, значит, это Женин.

Вылезать из его объятий совершенно не хочется, но звук раздражает.

Аккуратно высвобождаюсь от его рук и ног, зависаю на нём, любуюсь им, думаю, с чего он вообще «Бес»? Разве может быть Бес таким милым и так сладко сопеть? Сейчас он кажется мне беззащитным ребёнком, а не дерзким парнем, и я не могу сдержаться, наклоняюсь и целую его в оттопыренную нижнюю губу.

Ещё раз умиляюсь, несмотря на бесконечные татуировки, которые вроде должны добавлять дерзости, и ласково треплю его волосы. Как же он круто смотрится в этом роскошном королевском номере. Мы как рок-звёзды с ним живём.

Вскакиваю и бегу на вибрацию. Достаю его телефон из пиджака, хочу включить авиарежим, не читая, но замечаю, что звонит Егор. И моментально рождается идея.

Убегаю в ванную и шёпотом отвечаю.

— Привет! Женя спит.

— Привет, Тат. Ладно, хотел первым поздравить.

— Первой была я, — закусываю губу, вспоминая прошлую ночь. Безумная. Уснули, наверное, часа два назад только. Тело вроде размякшее, а вроде как после тренировки. Да ещё и всё непривычно распухшее после «марафона». — Жоржик, у Жени есть любимый торт?

— Да, — грустно отвечает. — Мама всегда готовила ему сметанник со свежей черникой. А мне с малиной. Думаю, он будет рад.

— И я так думаю. Спасибо, Жоржик! Я дам ему выспаться, и мы приедем на спот.

— Да ерунда! Давайте! Ветер сегодня что надо. Пересечёмся, короче!

Выгляжу я, как бомж. Пальцами расчёсываю волосы, одеваюсь во вчерашний костюм и выбегаю из номера.

— Тата! Ну наконец-то! — Отвечает дедушка на мой звонок.

— Привет, дедуль! Прости, что игнорировала звонки. Мне надо было побыть наедине с собой.

— Ой! Модные эти ваши штучки, а дед с бабушкой с ума сходят. Хорошо хоть твой кавалер обязательный и отвечает.

Зависаю на долю секунд. Кавалер? Что?

— Ты о Жене?

— А у тебя там их много?

— Нет. Просто слово странное. Забей. Дедуль, у Жени день рождение, скинь мне денег ему на подарок, пожалуйста, — сразу перехожу к сути, чтобы не терять времени.

— Скину, это дело хорошее. А когда отмечать поступление будем? Нам много что обсудить надо. Много, — вздыхает дедушка. Он бодрится, но я улавливаю его переживания. В первую очередь за маму, полагаю.

— Дедуль, скоро. На днях. Всё, вижу перевод. Спасибо! Обнимаю! Бабушку целую! Передай!

Довольная скидываю звонок и забегаю в соседнее от отеля здание в кондитерскую. Сметанник есть, но простой, без черники. Продавец подсказывает мне купить её на рынке или в гастрономе и просто посыпать сверху.

Решаю так и поступить и забираю торт.

Я понимаю, что торт это пустяк, но отчего-то кажется, что Женя оценит.

Осматриваю Вознесенский проспект в поисках фруктовой лавки и понимаю, что в самом центре я вряд