Ледышка для Мороза - Елена Мик

что это не так. Знаю, что он самый подлый человек. А ещё безответственный. Да просто отвратительный. И да. Я не хочу слышать его имя у себя в доме, понятно? Пусть держится подальше от меня и от моего сына. С врачами мне помогает твоя мать, поэтому, я не хочу, чтобы ты обсуждала со своим дядей любые темы касающиеся меня и Тима, ясно?

В шоке, кое-как поднимаюсь с пола и на ощупь сажусь на стул.

— Тань, ты чего? — и это наш тихий одуванчик? Милая девочка-радуга? — Что случилось-то? И причём тут вообще Даня? Я ничего не понимаю, — тру виски пальцами.

В голове начинают копошиться тысяча мыслей о том, что у моей подруги кажется нервный срыв и по хорошему бы ей обратиться к врачу. Потому что пару таких истерик на ровном месте и я боюсь представить, что с ней и ребёнком может случиться.

— Ничего. Аврор, извини, я хотела бы полежать. Устала немного. Давай завтра созвонимся? — снова отрывисто вытирает лицо ладонями.

— Ну уж нет, — качаю головой. — Я тебя в таком состоянии точно не оставлю, слышишь? — подхожу к подруге, прижимая её к себе. Такая маленькая. Очень хочется отгородить её от всего, что свалилось на её хрупкие плечи. — Расскажи мне, Танюш, — продолжаю прижимать к себе подругу одной рукой, а второй начинаю гладить по волосам. — Просто выскажись. Что у тебя «болит»?

Не знаю сколько времени мы так стоим, но постепенно всхлипы подруги сменяются на тихие судорожные вздохи и её плечи начинают понемногу расслабляться.

— Если я всё расскажу, то ты сразу же уйдёшь и перестанешь со мной общаться, — Таня выпутывается из моих объятий и отходит на шаг.

— Ну что ты такое говоришь, — закатываю глаза, улыбаясь. — Ты же знаешь, что, что бы ты не сделала я всё равно приму это.

Ну глупость же. Ну что такого она может сделать? Помириться с Андреем? Да не верю я в это. Тогда что такого страшного могло произойти, что она боится сказать?

— Да. Но если только я тебе не врала.

— Ну-у, — немного напрягаюсь от слишком серьёзного тона. — Смотря... в чём ты соврала.

Мысли сразу начинают клубиться вокруг возможной лжи подруги. Но как назло ничего не приходит на ум.

Взгляд цепляет погремушку Тима и я склонив голову на бок, перевожу его с детской игрушки на девушку.

В голове происходит большой взрыв.

Просто. БУМ.

— Нет-нет, Тань... - смотрю на подругу и машу головой. — Это же невозможно...

— Я тоже так думала. Пока мы не оказались у него в квартире, сразу после клуба.

— Это тогда... Был мой день рождения... Ты уехала...

— Да, — Таня складывает руки на груди и опускает глаза в пол. — Так что в соседней комнате спит твой двоюродный братик.

Глава 64

— Не может этого быть, — тяжело сглатываю. Ком в горле никак не проходит. — Ты врёшь всё. Даня... Он же...

— В том, что он твой родной дядя или, что он старше меня на шестнадцать лет? Ты думаешь я сама не понимаю? — Таня вытирает льющиеся из глаз слёзы. — Так вышло. Это всё было ошибкой.

— Ошибкой? — срываюсь и подхожу ближе к подруге. — А то, что ты никому об этом не сказала — тоже ошибка? Я гладила твой беременный живот, встречала из роддома, кормила и качала Тима на руках, а ты смотрела на это и ни разу даже не попыталась признаться, что он мой брат! А Даня... Он вообще в курсе, что у него растёт сын, а?

— В курсе он! И ему плевать, ясно? Так что оставь свои нравоучения для кого-то другого. Да, я виновата, что не сказала тебе об этом раньше, но я боялась, что ты перестанешь со мной общаться, вот и всё. У меня кроме вас с Крис никого нет, ты ведь сама это знаешь! А твоему дядюшке он был не нужен и я просто решила, что никому об этом не скажу. Хотела, чтобы это осталось только моим!

— Ты издеваешься? — выдыхаю с истерическим смешком. — Осталось только твоим? У него есть сестра, тётя и родной отец! А ты решила растить его с каким-то полоумным мужиком, который тебя систематически избивал? Так ты хотела, чтобы осталось? Это и есть то «твоё», которое ты хотела оставить?! — вылетаю из кухни и с кипящей яростью накидываю на себя верхнюю одежду.

Слышу как с характерным звуком скользит стул по полу. Как Таня начинает всхлипывать ещё громче.

И у меня слёзы в глазах. Но только вот мои чувства никто не жалел и видимо не собирался, если бы не эта случайная истерика подруги.

Обуваю сапоги и пулей вылетаю из квартиры.

Не могу смотреть на неё. Не хочу! Как можно было врать столько времени? Врать прямо в глаза. Смотреть и улыбаться, будто не было ничего важного в том, что я держала на руках своего брата.

Останавливаюсь, рычу и пинаю стену. Что мне сейчас нужно сделать?

Надо позвонить Дане и узнать всё у него. Не могу я поверить, что он знает о ребёнке и вот так просто открестился от сына. Потому что уверена, что он никогда бы не отказался от своей родной крови. Он не такой, что бы Таня не говорила!

Набираю дядю и прислонившись к холодной стене подъезда спиной, слепо смотрю на моргающую лампу под потолком.

— Да?

— Привет, Дань.

— Привет, ты чего мне запыханная такая звонишь? Так и хочешь, что бы я твоего Морозова...

— Да не с ним я, — обрываю его речь и наверное впервые в своей жизни взлохмачиваю волосы.

— Не понял. А с кем тогда?

— Дань, я у Тани, — выдыхаю и зажмуриваю глаза.

Нет. Не могу я так открыто его спросить про ребёнка. А может он вообще не в курсе. В таком случае не думаю, что он должен узнавать такие новости от меня да ещё и при таких обстоятельствах.

— У Тани? И чем же вы таким занимаетесь, что ты будто стометровку пробежала?

— Да мы просто с Тимом играли.

— Мм, а звонишь зачем?

— Да... - пытаюсь быстро придумать причину. — Мы хотели узнать стоимость операции. Мама ведь так и не сказала, — говорю первое, что приходит в голову.

— Твоей подруге сказали, чтобы не думала об этом. Так ей и передай. Отдыхайте.

Отключается.

А меня это даже не бесит! Я наоборот выдыхаю с облегчением и прикладываю руку к груди в попытке удержать там своё колотящиеся сердце.

В голове немного проясняется и я вытираю свои щёки.