Добро пожаловать на отбор, или Бойся своих желаний - Полина Краншевская

Девонир пока находился на территории дворцового комплекса, но он ничего не помнил о прошлом и считал себя помощником лекаря. Бывший колдун больше не владел даром, но у него открылись поистине уникальные способности к приготовлению снадобий. Все же не так-то просто лишить человека того, для чего он был рожден. Девонир помогал исцелять раненых жителей с необыкновенным рвением.

– А как Рикман и Лиам? – спросила я. – Как они восприняли такие перемены в своей семье, да и в государстве в целом?

Яра откинула с лица непослушную прядь густых лиловых волос и улыбнулась.

– Лиам безмерно счастлив. Он ни на шаг не отходит от нареченной Олии и уже объявил о скорой свадьбе. Эти двое познакомились еще до отбора в доме одного из советников королевы. Лиам не знал, что Олия – кандидатка в невесты его брата. Советник рассчитывал оставить девушку у себя в качестве наложницы. Но она сумела договориться с лан Мином, заручилась его поддержкой и сбежала. Олия прибыла на отбор, чтобы увидеть младшего принца и все ему объяснить. Они наглядеться друг на друга не могут.

– Как хорошо! – обрадовалась я. – Они идеально подходят друг другу.

– Думаю, так и есть, – кивнула она. – Зато Рикман сначала долго не мог прийти в себя. Открывшаяся правда об интригах матери и сестры его сильно выбила из колеи. Да и факт, что у него есть старший брат, потряс среднего принца до глубины души. Но потом братья все обсудили и вместе справляются с последствиями землетрясения.

Я представила, каково сейчас Рикману. Он вырос с осознанием своей ответственности за страну и народ, а теперь вдруг лишился своего предназначения. Это тяжелый удар, и не каждый способен пережить подобное.

– А что слышно в обществе? Другие страны не против внезапной смены власти в Дираме?

Я вспомнила о том, как в моем мире все государства только и делали, что следили друг за другом и спешили высказать свою позицию по тому или иному поводу.

– Прародитель вернулся, – с восторгом отозвалась Яра. – Он собрал правителей всех стран и представил им Теодора. Никто ничего не посмел возразить. Особенно когда Тео обратился зверем и на всех зарычал. – Она хихикнула, явно довольная таким поведением старшего принца. – Сейчас полным ходом идет подготовка к коронации. Теодору осталось только выбрать невесту.

– Невесту? – ошарашенно переспросила я.

– Конечно, – пожала плечами Яра. – Король может занять престол только после женитьбы. К тому же здесь целый корпус нареченных. Выбирай – не хочу. Из-за вмешательства колдуна и принцессы мы решили дать всем девушкам еще один шанс проявить себя. Через две недели во дворце будет бал. Приглашены все нареченные. Конечно, Олия уже занята, но остальные-то свободны. Глупо упускать такой шанс.

– Действительно, глупо, – машинально повторила я, не понимая, почему в груди так печет, а воздух с трудом попадает в легкие.

Яра с тревогой посмотрела на меня и пробормотала:

– Кажется, я слишком долго мучила тебя своими россказнями. Тебе нужно больше отдыхать. Луд убьет меня, если я сведу на нет все его труды.

Она налила в ложку лекарство и заставила меня его проглотить. Я поморщилась от неприятного солоноватого вкуса и зевнула.

– Отдыхай и ни о чем не волнуйся, – потрепала меня по волосам Яра. – Ты скоро окрепнешь, и мы сможем болтать сколько угодно.

У меня хватило сил только на то, чтобы с благодарностью сжать ее ладонь, а потом я провалилась в сон.

***

На следующий день меня навестил принц Рикман, и я искренне обрадовалась его приходу.

– Как ты себя чувствуешь? – поинтересовался он, заняв кресло. – Я навещал тебя несколько раз, но ты постоянно спала.

– Мне гораздо лучше, – честно ответила я, успев к этому времени самостоятельно поесть и с помощью Норы привести себя в порядок. – Надеюсь, скоро я смогу выходить. Ужасно чувствовать себя развалиной.

Принц рассмеялся и взглянул на меня с восхищением, будто перед ним чудом выжившая героиня нашумевшей битвы.

– А ты как?

Рикман помрачнел и отвел взгляд.

– Немного странно, – выговорил он, сцепив пальцы. – Меня с детства готовили к руководству страной. Я давно смирился с тем, что моя жизнь принадлежит государству, и в ней нет места личным прихотям. А тут вдруг я оказался предоставлен сам себе и могу делать все что захочу.

Я с сочувствием посмотрела ему в глаза и протянула руку. Он легонько сжал мои пальчики и принужденно улыбнулся.

– Конечно, Теодор ничего такого не говорит и постоянно советуется со мной по поводу разных вопросов. Но я чувствую себя лишним. Правителем я уже никогда не буду, а ничего другого просто не умею.

– Возможно, сейчас самое время взять перерыв и отправиться в путешествие, – предположила я. – Ты так мечтал побывать на побережье. Может быть, там ты спокойно все обдумаешь и решишь, что именно тебе нравится делать. У каждого человека есть любимое занятие. Часто родители просто не дают детям развить свой талант. Считают, что им виднее. Но врожденная склонность никуда от нас не денется, чем бы мы не занимались.

Я вспомнила о том, как умоляла мать позволить мне выучиться на ветеринара. Мне хотелось работать с животными, как папа. Но она была неумолима, считая, что это грязное и непрестижное занятие. В восемнадцать лет я не нашла в себе сил спорить с ней, а после окончания фармацевтического факультета уже было не до смены профессии. Теперь я жалела, что не настояла на своем.

Рикман поднес мою ладонь к губам и прошептал:

– Спасибо. Ты всегда знаешь, как меня подбодрить. Я подумаю над твоими словами. Возможно, это и правда неплохой выход.

– Думаю, тебе просто нужно побыть вдали от суеты. Это поможет прислушаться к себе и своим желаниям.

В дверь покоев постучались и, не дожидаясь ответа, кто-то вошел в гостиную. Я услышала шаги и голос Яры:

– Катрин, ты одета? Можно к тебе?

– Да, конечно, – крикнула я в ответ, удивляясь, с чего вдруг она вообще беспокоится о пустяках, если сто раз видела меня без одежды.

На пороге спальни появились Яра и Теодор. Я чуть не задохнулась от неожиданности и стиснула пальцы, совершенно забыв, что мою руку держит Рикман, и ему может быть неприятно.

– Добрый… день, – запнулся Теодор, заметив в кресле брата. Его приветливая улыбка испарилась, красно-карие глаза сузились, и