Просто моя - Лора Павлов

его — проходи через меня. Он мой». Именно Гарольд настаивает, чтобы его имя шло первым. Между нами говоря, Скотт предпочел бы обойтись без Гарольда и его скользкого юриста Стью. Так что будь осторожен с этим контрактом, Леджер. Они сильно давили, чтобы ты не получил первое упоминание, хотя Скотт включил пункт, по которому окончательное слово по всем проектным решениям остается за вами двоими.

Какого черта?

Я покачал головой.

— Ничего себе. Я сейчас веду переговоры о партнерстве, но похоже, он к этому не стремится, да?

— Он уже много лет ничего сам не проектирует. Все знают, что ты — его секретное оружие. Черт, пару месяцев назад я был на вечеринке, и он в шутку называл тебя своим мальчиком и рассказывал, как они с дочерью придумали план, чтобы сделать тебя частью семьи. Все смеялись, но выглядело это жутковато. Просто смотри в оба, хорошо?

— Да. Спасибо. Значит, со Скоттом мы еще ничего не подписали, верно?

— Верно. Мы ждем тебя, потому что Скотт потребовал включить тебя в контракт — именно с тобой он хотел работать. И поверь, Гарольду это не понравилось. Он пытался подписать все без тебя, пока ты был в отъезде. Уверен, он сейчас давит на тебя, потому что добавил мелкий шрифт с довольно мутными условиями. Тебя там почти не упоминают, Леджер.

Я кивнул. Полной неожиданностью это не стало. Меня не раз предупреждали насчет Гарольда. Я никогда не доверял ему полностью, но он дал мне возможность работать над проектами, к которым я бы не получил доступа, если бы не работал в его фирме. И все же выходило, что он куда более темный тип, чем я думал. Я считал, что его карьера идет на спад и он цепляется за последние возможности.

И использует меня именно для этого.

— Сделай мне одолжение. Попроси Скотта пока ничего не подписывать. Я кое над чем работаю.

Нам принесли еду, и мы оба замолчали, дожидаясь, пока официант отойдет.

— Вот как? И что ты задумал, Дейн?

— То, о чем я думаю уже пару недель. — На самом деле я размышлял об этом годами, но давно махнул рукой. Однако после тех двух недель дома во мне что-то сдвинулось, и это не отпускало.

— Отлично. У Скотта не будет с этим проблем, если ты решишься на шаг. Эта работа твоя, независимо от того, на кого ты работаешь.

— Это все, что мне нужно было услышать. Спасибо за честность.

— Всегда пожалуйста.

Голова все еще шла кругом, когда я возвращался в офис после обеда с Джоном. Неужели Гарольд все это время водил меня за нос? Формулировки в договоре о партнерстве были расплывчатыми, именно поэтому я и привлек третью сторону. Стью явно не заботился о моих интересах. Он был адвокатом Гарольда, и мне следовало об этом помнить.

Когда я вернулся в офис, я сразу направился к кабинету Гарольда. Навстречу мне шла Мариана, его многолетняя помощница.

— Привет, Леджер. Ты к Гарольду? — спросила она.

— Да. Он на месте?

— Да, но у него встреча со Стью. Я только что звонила им, потому что звонила Джессика, но он попросил не беспокоить. Значит, дело серьезное, раз он не принял даже ее звонок. — Она пожала плечами. — Можешь подождать или оставить записку, чтобы он зашел к тебе, когда освободится. Иначе, пока я вернусь за стол, всплывут еще триста дел, и я боюсь забыть сказать ему, что ты хотел его видеть. Я просто спущусь вниз за кофе и печеньем. Тебе что-нибудь взять?

— Нет. Я только что с обеда. Я оставлю записку на твоем столе, а если ты попросишь его заглянуть ко мне до конца дня, будет отлично.

— Договорились. — Она махнула рукой, а я прошел дальше по коридору и свернул в зону ожидания перед его кабинетом.

Я зашел за ее стол и потянулся за стикером, как вдруг с конференц-телефона раздался голос:

— А если он не подпишет?

Это говорил Стью. Я уже собирался снять трубку и положить ее на место, когда заговорил Гарольд.

— Леджер, конечно, талантлив, но не настолько умен. Ради партнерства он сделает почти все. Он подпишет.

Я опустился в кресло Марианы, торопливо достал телефон и включил запись, чтобы зафиксировать остальную часть разговора. Я чувствовал, что это может понадобиться раньше, чем я думал. После сегодняшнего обеда меня не покидало ощущение, что что-то не так. А этот разговор лишь подтверждал мои подозрения.

— А что будет через несколько лет, когда ему перестанет нравиться такое положение? — неуверенно спросил Стью. — Ты ведь не даешь ему ничего нового, кроме громкого слова «партнер». Ни на что он влиять не будет, и финансовой доли у него тоже не появится.

— Зато у него будет карьера под моим именем. Я его сделал. Вот так он может меня отблагодарить. — В голосе Гарольда слышалось раздражение. — Я вообще думал, что этот придурок с радостью пойдет ва-банк с Джессикой. Тогда бизнес стал бы семейным. Но он упрямится, и мне это не нравится.

— Ну, семейным он был бы условно. По сути, он все равно оставался бы сотрудником, — усмехнулся Стью.

— Если он в итоге женится на моей дочери, доля у него со временем появится, — самодовольно сказал Гарольд.

— Не думаю, что Джессике понравилось бы узнать, что ты выдаешь ее замуж, чтобы спасти свой бизнес, — теперь уже хмыкнул Стью, словно они обсуждали погоду, а не мою жизнь и жизнь его дочери.

Очевидно, Джессика об этом плане не знала, и за это я был ей благодарен.

— Моей дочери важно, чтобы о ней заботились. Она сама попросила меня их свести, потому что он ей нравится. Ей вовсе не обязательно знать, что мне это тоже выгодно. Одним выстрелом — двух зайцев.

— Главное, чтобы он подписал этот чертов контракт по музею, иначе, думаю, Стив выйдет из проекта, если Леджер не согласится, — заметил Стью с беспокойством, и причины для него были.

— Он подпишет. Куда он, черт возьми, денется без меня?

Я сжал кулаки и встал. Я выключил запись, уже зная, что мне нужно делать. Скорее всего, она мне не понадобится, но если дело дойдет до грязи, она у меня есть.

Я услышал все, что должен был услышать.

Я зашел к себе, сунул договоры в портфель и поехал обратно в свой кондоминиум. В стерильный, тихий, дорогой кондоминиум.

Я ходил взад-вперед перед панорамными окнами, глядя на город. Но мысли были не о том, что мой босс и наставник оказался самовлюбленным, плетущим интриги ублюдком. Я