Стингер - Миа Шеридан

уверена в себе. В жизни я регулярно платила по счетам, раз в неделю звонила отцу, была хорошим другом и честным человеком. Но вот появился Карсон Стингер, и я превратилась в одержимую сумасшедшую идиотку. В лживую, неискреннюю одержимую идиотку, которая позволила ему распускать руки у стены в кабинете. И ему не пришлось особо напрягаться, чтобы затащить меня туда. Я практически умоляла его. Я была так смущена, и мне было так стыдно за себя.

Меня одолевало такое всепоглощающее чувство грусти. Я предала Алекса. Я — ужасный человек. А что еще хуже, я сказала Карсону, что не спала с Алексом. Мне не стоило этого ему говорить. И не только потому, что это его никак не касалось, но и потому, что от этого у него может возникнуть неверное представление о происходящем. Не могу сказать, что не чувствовала ничего к нему, нет, напротив, просто наши отношения закрутились так быстро: мы начали встречаться практически в день моего переезда в Вегас, объявили о помолвке через пару месяцев и готовимся пожениться уже этой весной. Мы занимались и другими вещами, конечно, но дело в том, что я решила повременить с сексом до нашей свадьбы. Я даже Эбби не сказала о том, что мы решили подождать, потому что не получила бы от нее ничего, кроме осуждения. И да, согласна, это немного старомодно, но почему бы и нет? На мой взгляд, это было романтично. А Алекс, как истинный джентльмен, принял это. Думаю, ожидание добавляет некой остроты в отношения. Думаю…

Громкий, настойчивый стук в дверь прервал мои размышления. Я нахмурилась. Какого черта кому-то так стучаться ко мне?

Я поднялась, бросила плед на диван и направилась к двери в своих хлопковых пижамных штанишках и белом топе.

У меня не было глазка на двери, поэтому я спросила:

— Кто там?

— Это я, Грейс, — услышала я глубокий голос за дверью.

Дерьмо! Карсон.

Я простояла у двери, покусывая палец, около минуты и всё не могла решить, что мне делать.

— Открой дверь, Грейс, — наконец заговорил он. — Пожалуйста, — добавил он через секунду.

Я вздохнула и открыла дверь, спустя мгновение мне в лицо ударил холодный декабрьский воздух.

Передо мной во всей своей мужественной красе стоял Карсон в темных джинсах и кожаном пиджаке. Он так потрясающе выглядел, что я ненавидела его еще больше. Правда. Было бы гораздо проще забыть о нем, будь он страшным, как черт. Да, жизнь жестока.

Карсон пробежался взглядом по моему телу и остановился на груди. Я поняла, что была без лифчика, а от холодного воздуха мои соски моментально затвердели. Я скрестила руки.

— Чего ты хочешь, Карсон? — поинтересовалась я.

Я так устала.

— Могу я войти? Я хотел поговорить с тобой, это ненадолго, а после я уйду, — ответил он умоляюще.

Я замерла на секунду, но после отошла и пропустила его в дом. Уверена, нам действительно нужно во всём разобраться, учитывая, как я напортачила вчера.

Он прошел мимо меня, но остановился и дождался, пока я закрою дверь. Я не стала ее запирать, он всё равно скоро уйдет.

Обойдя Карсона, я снова устроилась на диване и закуталась в плед. Он сел на противоположную сторону дивана, наклонился вперед, положив руки на бедра.

— Этим утром установили залог для Джоша Гарнера, — начал он. — Полагаю, ты уже знаешь.

— Да, — ответила я, — поручитель уже внес его, — я нахмурилась.

Залог был слишком большим для поручителя. Думаю, кто-то еще постарался, но я пока не знаю, кто. А говорить об этом с Карсоном я не собиралась, даже если бы он и знал.

Он кивнул, посмотрев на меня, но не проронил ни слова в ответ. Всё выглядело так, словно он изо всех сил сдерживался, чтобы не рассказать мне что-то. В конце концов, он тряхнул головой и отвернулся. А когда повернулся ко мне снова, то сказал:

— Нам нужно поговорить про вчерашнее утро. Я должен перед тобой извиниться.

— Карсон… — едва сделав вздох, произнесла я.

Я откинулась на диване и закрыла лицо руками. Пробежавшись пальцами по волосам, я снова посмотрела на него — он внимательно рассматривал меня.

Я лишь слегка улыбнулась и покачала головой.

— Что? — спросил он.

— Ты не должен извиняться. Я сама позволила тебе… это. И мне этого хотелось, — на этих словах я отвернулась, но продолжила, чувствуя румянец на щеках. — Уверена, это было крайне очевидно. Но это было неправильно с моей стороны, а не с твоей. Это ведь не ты дал обещание другому человеку, а после сам его нарушил, — и тут волна печали пронеслась по моему телу.

Я — ужасный человек.

Около секунды он молчал, нахмурив лоб, словно пытаясь разгадать головоломку.

— Своими извинениями, — осторожно начал он, — я пытался сказать, что мне жаль, что я был таким настойчивым, — он замолчал, слегка прищурившись, словно не был до конца уверен, что сожалеет об этом, а после заговорил снова. — И я действительно это и имею в виду. Каждое слово. Никаких игр с моей стороны.

— Карсон, — я слегка покачала головой, — ты перед моим приходом, буквально только что, развлекался с официанточкой в своем кабинете! — закричала я.

Он вздрогнул, посмотрел на меня, а потом неожиданно рассмеялся.

— Я не занимался ничем таким с Кирой. Да, она вешается на меня каждый день, но я ее и пальцем не тронул, — он остановился. — Неужели ты до сих пор этого не поняла, после всего того, что между нами было? — закончил он, сжав губы.

— Откуда мне было знать? — выдала я в ответ. — Я едва тебя знаю.

— Ты знаешь меня лучше, чем кто-либо, Лютик, — отрезал он, а его глаза вспыхнули, но затем он мягко продолжил: — И я знаю тебя лучше многих, даже несмотря на все эти годы.

У меня просто челюсть отвисла.

— Ну и ну, как самонадеянно. Думаю, мой жених знает меня лучше всех.

Пока он сверлил меня взглядом, я заметила, как напряглась его челюсть.

— Правда, Грейс? — приподняв бровь, спросил он.

Я нахмурилась, потому что поняла, к чему именно он клонит.

— Мне никогда не следовало тебе об этом говорить. Тебя это абсолютно не касается, и я не собираюсь снова с тобой это обсуждать. Ты только посмотри на нас! Мы и трех минут не можем провести в обществе друг друга без ссор или поцелуев!

— А это так плохо? — смеясь, поинтересовался он.

Я прищурилась, но не стала отвечать.

— Да! Это плохо. И мне нужно сосредоточиться… и еще нужно перестать изменять своему жениху! — выпалила я.

И тут лицо