Вторая молодость Фаины - Адель Хайд

Отправила всех, кто принёс ужин выгрузить всё в гостиной. Увидев, как красиво сервирует стол человек, пришедший с Алексеем, парнишку от хозяйки попросила просто оставить тележку.

— Вы как поужинаете, сударыня, вы тележечку выкатите, а я потом заберу, — улыбнулся он.

Разобравшись с едой, мы всё-таки сели ужинать. Вдвоём. На столе стояли свечи, окно в гостиной было большое, а вечер был светлым, и я подозревала, что и ночь не будет тёмной несмотря на то, что июль. Обстановка была романтическая и тому разговору, который я планировала, совсем не подходила, из-за чего я решила, что за ужином о золоте говорить не буду, а после ужина попрошу Алексея пройти в кабинет, где ему всё расскажу и покажу.

Когда я взглянула на сервированный стол, то глаза у меня разбежались.

— Алексей Сергеевич, это откуда же такая красота? — спросила я

— Из ресторана «Донон», — сообщил мне Порываев и в ответ на мой недоумевающий взгляд, удивился:

— Неужели вы не слышали про «Донон[21]»?

— Может и слышала, Алексей Сергеевич, но забыла, — честно сказала я.

Похоже, что Алексея удовлетворило моё объяснение, больше он не спрашивал, но зато рассказал, что ресторация одна из лучших в Петербурге, находится на набережной Мойки, блюда в основном французские.

А в ответ на мой скептический взгляд, когда, открыв маленькую кастрюльку я обнаружила там совершенно не французский борщ, Алексей развёл руками и шутливо произнёс:

— Вот видите, как бедным французам тяжело, у них здесь даже «Гарбур[22]» превращается в борщ.

Остальные блюда мне тоже сильно французскими не показались, но я больше не спрашивала. А вот напиток был точно французский, даже на этикетке было написано и, я позволила себе сделать глоточек лёгкого игристого.

Какой бы прекрасный ни был ужин, возможности желудка были ограничены, и на десерт, шикарную ромовую бабу, меня не хватило. Но я подумала, что ничего с ней не случится до завтра, и я съем её на завтрак.

Закончив с ужином, я встала, вслед за мной из-за стола поднялся и Алексей.

— Вы хотели поговорить, Фаина Андреевна, — произнёс он, таким тоном, что я чуть было не забыла про своё решение перенести разговор из романтического полумрака гостиной в кабинет. Создалось впечатление, что это не мой деловой партнёр, а огромный кот, на таких низких частотах прозвучала фраза, что у меня что-то внутри откликнулось на это.

— Пройдёмте в кабинет, — сказала я, — там будет удобнее.

Дело в том, что в кабинете было электрическое освещение, причём размер кабинета был небольшой, и света, который давала лампа, было гораздо больше, чем от свечей.

Обратила внимание, что Алексей не ожидал такого, и подумала, а может быть такое, что моё предложение отужинать вдвоём у меня, пусть даже во временной, квартире, могло быть им воспринято, как предложение чего-то большего, а не просто ужина. И решила, что нельзя оставлять это недосказанным, и надо будет его обязательно спросить, но не сейчас.

Сейчас я просто вышла из гостиной, и Алексей без лишних слов пошёл за мной.

В кабинете я не стала садиться за стол, возле небольшого камина стояло два кресла, туда — то я и предложила присесть Алексею.

— Алексей Сергеевич, то, что я вам скажу я не говорила никому, потому что доверять могу только вам, — начала я, и заметила, что Порываев слегка нахмурился.

Я продолжила:

— Если вы не захотите по каким-либо причинам мне помогать, я попрошу вас дать слово забыть о том, что я вам сейчас покажу и скажу.

— Фаина Андреевна, обижаете, — произнёс Порываев, — мы с вами партнёры, я вам в любом случае помогу, если у меня будет такая возможность.

И я вытащила шкатулку, в которой привезла «камушки» и поставила на небольшой столик, стоящий между нами.

— Откройте Алексей Сергеевич, — попросила я

Порываев распахнул шкатулку и… замер, увидев то, что в ней лежало.

Глава 47

— Фаина Андреевна, вы не перестаёте меня удивлять, — укоризненно сказал Алексей Порываев. — Откуда это у вас?

— Вы знаете, что это такое? — спросила я.

— Как не знать... Рудное золото, — кивнул Алексей, задумчиво посмотрел на меня, взял в руки несколько камушков, сжал в кулаке, подержал, затем аккуратно ссыпал обратно в шкатулку. — А знаете что, Фаина Андреевна? А ведь Кошко Аркадий Никифорович мне так и сказал, когда мы ехали обратно на поезде, он мне ведь и сказал: «Есть там у вас золото. Просто кто-то очень грамотно почистил все документы».

Он замолчал на секунду и спросил:

— Я верно понял, что золото с вашей земли?

— Верно, Алексей Сергеевич, — подтвердила я, — прямо на поверхности валяется. Собрала за пять минут вот такую шкатулку. То ли жила вышла... Я, Алексей Сергеевич, плохо понимаю, как это работает.

— Фаина Андреевна, я тоже геологией не занимался, но могу сказать, что в тех краях часто происходят мелкие подземные толчки. Вы их, может, даже и не ощущаете, но земля-то «дышит». Вот люди и говорят: «Полоз прошёл», значит, породы сдвигаются, вот и выходит золотишко на поверхность. Ручей, наверное, рядом есть?

— Да, — кивнула я, — ручей, песочек такой белый.

— Всё сходится, — подтвердил Алексей, — да вот только и другое сходится. Не просто так, видать, вашего брата с супругой убили.

— А что же делать мне теперь, Алексей Сергеевич? Как жить-то дальше?.. Я ведь уехала, даже не знаю, найдёт там кто-то ещё это золото или нет. Сказала только охране, чтобы смотрели, чтоб чужие возле пасеки не ходили.

Алексей задумался, провёл рукой по подбородку.

— Ну, завтра мы с вами Кошко вызовем, с ним поговорим. А так, первая мысль, которая приходит, и это самое надёжное для вас решение, Фаина Андреевна, это передать прииск государству.

Алексей внимательно на меня посмотрел и продолжил:

— Пусть оно разработки ведёт, ему и принадлежать рудник будет. А вам всё равно будет полагаться процентов пятнадцать прибыли, и это деньги немалые, а золото, вроде как, уже не ваше. А с государством тот, кто за всем этим стоит, вряд ли решится воевать. Это уже не просто дворянка Стрешнева, тут целая империя.

Я смотрела на Алексея и думала, как же мне повезло встретить такого человека. Сама бы я до такого решения не дошла.

— А что надо сделать теперь, Алексей Сергеевич? — спросила я.

— Ну, Фаина Андреевна, если в канцелярию идти, то это всё равно что встать посреди площади и закричать, что вы владелица земли, где найдено золото. Через пару