Последнее тепло - во мне - Лина Таб

— Так по какому поводу пьем? — ставлю локти на стол, когда Анор садится в свое кресло с противоположной стороны.

Муж бросает на меня мрачный взгляд и делает большой глоток.

Выдыхаю. Цель спиться все-таки рано списывать со счетов.

— Ты расстроился, что я пощупала твою любовницу? — фыркаю так же беззлобно, меня начинает это все забавлять, я то к выволочке готовилась, — ну не ревнуй, не собиралась я ее у тебя уводить, можешь сам щупать.

Говорю, а самой хочется на горло наступить, так как картинки перед глазами пестрят подробностями.

Говорю я конечно же все специально, пытаясь понять, что собственно происходит и какую проблему первостепенно устранять.

Анор продолжает гипнотизировать меня карими глазами, по которым ничего не понять, кроме мрачного настроя его владельца.

— Мы с ней расстались.

— Она сказала.

Взгляд прикипает к его пальцам, которые после моих слов сжали бокал.

— Радость моя, — настроение почему-то упорно ползет вверх, — поднимаюсь и перегнувшись через стол, вытягиваю из рук мужа несчастный бокал, — не порть имущество.

Сажусь на место и делаю еще один глоток из бокала мужа.

Сталкиваюсь взглядом с его.

Смотрит странно. Опять. Он так уже смотрел ранее.

— Так зачем я тут, кроме того, чтобы не дать тебе повода спиться в одиночестве?

— Сними артефакт, мне не по себе так с тобой говорить, — выдает ровно.

Удивленно вздергиваю бровь, хмыкаю, но все же тянусь к ремню на брюках, чтобы после отстегнуть от нижнего белья реликт.

Отложив его, смотрю на мужа уже в женском обличии.

— Так что ты хочешь мне сказать? — тереблю прядь белоснежных волос.

— Ничего, я позвал тебя, чтобы ты составила мне компанию, вместо того чтобы вводить в заблуждение преподавателей.

Давлюсь собственной слюной от возмущения и спешу запить вином.

— А какой повод для распития алкоголя? — киваю на наши бокалы, стоящие прямо передо мной, в надежде все-таки получить ответ.

— Расслабиться.

Вот же непробиваемый. С ним невозможно разговаривать о личном. Чувствую, как вспыхиваю.

— Расслабился? — спрашиваю мрачно.

— Вполне, — отвечает миролюбиво, и в самом деле, я не ощущаю больше давления его тьмы.

— В таком случае, дорогой супруг, спасибо за свидание, пойду продолжу вечер в любимых объятиях, — выдаю певуче и встаю, — собственно туда я и собиралась.

— Хорошего вечера, Селла, — ровный голос.

Стискиваю зубы и все же улыбаюсь, прикрепляя обратно артефакт.

— И тебе дорогой, — издеваюсь намеренно.

Не действует, а если и не так, то он как всегда все умело скрывает.

— И Селла, — зовет, как только я собираюсь открыть дверь. Поворачиваюсь к мужу, — меньше заигрывай с девушками, когда правда вскроется, это может обернуться против тебя, потому что никому не понравится подобный обман.

— Кхм, — морщусь, пытаясь понять, что чувствую по этому поводу.

— Следишь за мной?

— Слежу, — соглашается спокойно.

Выдыхаю резко, хочется застонать, или стукнуть мужа.

— Я тебя услышала.

Наконец, покидаю кабинет с чувством внутри, что я все-таки не дожала. Что-то происходит с моим мужем, но я никак не могла понять в какую именно сторону.

К счастью, ночевала я снова с Рилье, а он легко мог помочь мне забыть обо всех неприятностях и изгнать из головы лишние мысли.

Зато на утро, когда я вернулась в комнату увидела, как Марко вскрывает письмо от брата, взламывая такой знакомый оттиск.

Почувствовав, что сердце застучало с удвоенной силой, я уставилась на Марко.

Почти уверена, что в этом письме Норман сообщит о своем намерении, потому что все дни с момента нашей встречи правитель молчал.

30

Боковым зрением поглядываю, ожидая пока друг прочитает написанное. Мне и самой интересно, как Норман преподнесет это решение. Но Марко никогда не давал нам прочитать письма из дома, только делился важным.

И вот слышу, как Марко судорожно выдыхает, глаза ошалелые, растерянные.

Он резко откладывает письмо в сторону, пялится в стену, а потом, снова схватившись за бумагу, внимательно вчитывается.

То, что он шокирован, заметила не только я.

— Марко, что там? — спрашивает обеспокоенный Филиз, переглядываясь со мной.

Наш общий друг поднимает на нас шальной взгляд, от чего, я ощущаю некоторую вину, хотя не должна. Не я выставила эти условия.

— Брат пишет по поводу светлой, — отвечает растерянно.

Фил кидает на меня вопросительный взгляд, на что я отвечаю ему прямым, уверенным. Да, я знаю о чем.

Фил удивлен, но старается справиться с эмоциями.

— Это как-то касается тебя? Или что-то случилось? — спрашивает он же.

Я молчу. Лишь наблюдаю за Марко. Мне хочется его успокоить. Но все же жду, пока он озвучит то, что его так шокировало, вдруг, я ошибаюсь и Норман написал что-то еще.

— Брат просит, не приказывает, а именно просит стать мужем светлой. Селлы, — Марко ерошит волосы и выдохнув опускает голову, — это решение его совета. Они считают, что таким образом подстрахуются, объединив два правящих рода.

Филиз переводит на меня взгляд и в этом взгляде красным маячит вопрос.

Выдыхаю обреченно, как бы отвечая, да, вот в такой мы ситуации.

Фил хмурится. Переводит растерянный взгляд с меня на друга.

— Ты ведь можешь отказаться, — подаю голос я, слишком уж мой друг выглядит потерянным. Не то, чтобы я рассчитывала, что он будет прыгать от радости, просто я думала он взорвется, пойдет молотить мишени в спортивном зале, а он… потерянный, растерянный, словно вообще потерял ориентиры.

Марко поднимает на меня взгляд, сверля каре-зелеными глазами. Он такой же как у брата. Совершенно такой же.

— Могу, — хмыкает криво, без веселья, — но я осознаю, что если брат не отсеял этот вопрос, значит он важен, только он не хочет принуждать меня, ждет, что я сам соглашусь. Это читается между строк, этот союз важен.

— Он может найти и другой вариант, наверняка, — подаю голос, знаю детали разговора.

Марко отворачивается.

— Может. Он написал и об этом. Если нет, хотя он советует познакомиться с ней, то он найдет выход.

Успокаиваюсь. В который раз я не разочарована в Нормане.

— Так чего ты боишься?

Марко сжимает губы, кривит их.

— Я боюсь, что она окажется такой же, как моя сестра, или еще хуже и я подведу брата.

Кидаю на Фила очередной беглый взгляд.

Он смотрит на Марко с долей сочувствия, но в тоже время так, будто понимает и знает больше.

Улыбаюсь мысленно этому. Похоже он уверен, что я смогу быть прекрасной женой и переживания беспочвенны.

Приятно.

— Тогда познакомься с ней. Не забывай, она скрывалась столько времени, выжила, когда ее преследовали. Она сильная, уверен, так как она светлая, она не избалованная эгоистка, как твоя сестра, —