Лишняя дочь или шухер в монастыре. - Людмила Вовченко

уже успела разбить небольшой огород — упрямо и молча, как всё, что она делала.А на втором этаже появилась ещё одна вещь, которую Ливия иногда ловила взглядом и каждый раз чувствовала странное тихое тепло.Колыбель.Пока пустая.Но уже настоящая.— Ты опять смотришь на неё так, будто она может убежать, — раздался за спиной знакомый голос.Ливия даже не обернулась.— Она стоит там уже две недели.— И ты проверяешь это каждое утро.Она наконец повернулась.Адриано стоял у двери, прислонившись плечом к косяку. На нём была простая тёмная рубашка и дорожный плащ, который он ещё не успел снять. Волосы чуть растрепал ветер, а в глазах было то самое спокойное весёлое выражение, которое появлялось у него всё чаще.Ливия посмотрела на него и усмехнулась.— Я проверяю не колыбель.— А что?— Тебя.— Меня?— Да. Убедиться, что ты всё ещё здесь и не сбежал.Он подошёл ближе.— Ты думаешь, я мог бы сбежать?— Конечно. У тебя теперь жена, дом, два корабля, канатная мастерская и Джулия, которая смотрит на людей так, будто решает, сколько они стоят.— Звучит как ужасная жизнь.— Вот именно.Он остановился прямо перед ней.Положил ладони на подоконник по обе стороны от неё.— И всё-таки я почему-то не сбежал.Ливия фыркнула.— Потому что поздно.— Возможно.Она сделала глоток из чашки.— Как порт?— Спокойно. «Санта Лукреция» возвращается через четыре дня.— Груз?— Масло и соль.— Хорошо.Он посмотрел на неё чуть внимательнее.— Ты сегодня устала.— Нет.— Устала.— Немного.Он перевёл взгляд ниже.На её живот.И очень осторожно положил туда ладонь.Этот жест всё ещё заставлял Ливию чувствовать странное, непривычное тепло — не тревожное, не испуганное, а глубокое и тихое.Живое.— Он сегодня тихий, — сказал Адриано.— Или она.— Или она.Ливия подняла бровь.— Ты всё ещё надеешься на сына?— Я надеюсь на здорового ребёнка.— Очень дипломатично.Он усмехнулся.— Но есть одна проблема.— Какая?— В нашем роду почти всегда рождается двойня.Ливия медленно опустила чашку.Посмотрела на него.Очень внимательно.Потом скрестила руки на груди.— Повтори.— Двойня.Она молчала секунду.Потом ещё одну.Потом тяжело выдохнула.— Адриано делла Ровере…— Да?— Если через несколько месяцев я произведу на свет двух детей сразу…— Да?— Я заставлю тебя лично объяснить это Бенедетте.Он рассмеялся.Тихо. Глубоко.— Она будет счастлива.— Она будет командовать всей Италией из нашей кухни.— Возможно.— И Джулия ей поможет.— Без сомнений.Ливия покачала головой.Потом всё-таки не выдержала и улыбнулась.— Господи.— Что?— Какая же у меня получилась жизнь.Он наклонился и легко поцеловал её в висок.— Хорошая?Она посмотрела на двор.На людей.На дом.На весеннее небо над крышей.На мужчину рядом.И сказала спокойно, уверенно, как человек, который наконец знает ответ:— Очень хорошая.Внизу Бенедетта снова закричала на мальчишку.Джулия ответила ей что-то короткое и ядовитое.Город шумел.Море дышало где-то за крышами.А в доме на втором этаже стояли у окна мужчина и женщина, которые однажды решили, что их жизнь будет принадлежать только им.И оказалось, что это было правильное решение.