Яга и хрустальная гора - Ника Верон

заговорил спокойно, к Василине возвращаясь. – Не род-племя мне наследников народит. Не от рода-племени слова теплые слышать желаю. От тебя, Василина. Чья дочь ты, неважно. Княжной станешь, как время придет. А кому не по нраву, передо мной ответ держать будут.

Резко и четко. Совсем не похоже на Ивана. Если только совсем его не знала. Да и откуда, в самом-то деле. Всё больше Ягой была, чем девицей. Хотя и Ягой будучи, не смогла зла причинить. Сильнее девица оказалась. Даже в теле старухи-нежити будучи…

- Сестра я Ягелло, дочь князя Войлата. В жены княжичу предназначена была с рождения, да судьба вмешалась, - тихо заговорила Василина, взгляд от Ивана пряча. – Батюшка жену спасти желая, нечисти поклялся самое ценное отдать, если та в живых останется. Матушка прожила еще несколько лет, да скончалась. А слово сдержать пришлось. Желал Кощей с людьми породниться. Я отдана была в эти земли. Только пока ехала, увидел черт старый невесту Ягелло. Возжелал ту, как жену свою.

- Так есть же у него жена, - припомнил Иван, понять пытаясь все хитросплетения, что сейчас Василина рассказывала.

- Не люди они. Нежить, - чуть головой поведя, словно отрицая что-то ему неизвестное, обронила Василина. - Нечисть. Надоела жена, отправил подальше, под землей запер. Подробностей всех не знаю, известно только, что с горой Хрустальной связана была. А я как узнала, что меня на Любаву променять решил, в сердцах и сказала, что быть ей хрустальной царевной. Не думала, что выйдет так. Что днем спать будет, а ночью бодрствовать, никого и ничего вокруг себя не замечая. Кощей в ярость лютую пришел. Ягелло, в землях этих к тому времени появившегося, в волка обратил, обличие человеческое лишь с луной принимающего. А мне уготовано было стеречь вход в мир нежити. Да просчитался малость. Не убил во мне человечность.

Слушал Иван внимательно, каждое слово, как губку впитывая. О прошлом жены будущей знать, как можно больше желал. Коли сама рассказывала, так оно и к лучшему…

- А как в человека обращалась…

- Не получалось около избушки, - призналась, взгляд на Ивана подняв. – Да и за пределами – редко, когда. О каждом таком обращении Кощею доносилось. Усиливал свои чары колдовские. В чаще могла человеком становиться. Рядом с братом, у пещеры. Но только ночью ходила туда. В облике волчьем не признавал, кидался. Однажды едва не загрыз. А как ты появился, изменилось всё разом. У озера силы кощеевы заметно ослабли, понять причины не в силах. Одно объяснение вижу – добро от тебя шло. Зависти, злобы не исходило. Подпитываться нечем оказалось. Но у избушки все равно…

И еще один момент оставался, покоя не дающий.

- А те видения…

- Пыталась дать тебе знак, да не понимал, видела, - не дослушав Ивана, призналась Василина. – И на озере отдалась, знала, что не сможешь ты иначе слово сдержать. Непросто это, со старухой, как с женой быть. А я всего сказать не могла. Надеялась, что представлять меня станешь, получится всё как надо. Не знаю, какой силой Кощей сейчас обладает. Но если оба мы по-прежнему в облике человеческом, значит по крайней мере над нами не в силах. Что с Ягелло и Любавой еще узнать бы. И… - взглядом комнату обведя, тихо закончила, - Где мы.

Вопрос отличный. И, главное, своевременно прозвучавший. Впрочем, оба вопроса хороши. Вот тут и сам хотел бы понять, в каком мире в одно мгновение оказались. И какого сюрприза, да от кого ждать следует…

Глава 39. Последние чары пали

Где они… Выйдя из опочивальни, Иван, осмотрелся. Комнаты явно к избушке никакого отношения не имеющие. Убранство – княжеское. Дальше…

В залу столовую войдя, в недоумении остановился. Барышня в атласном платье ярко красном. Обернувшись, взгляд на нем задержала. А буквально в тот же момент с другой стороны залы вошел… Кощей. Вот уж кого, в самом-то деле не ждали.

Шаг невольно Иван назад сделал

- Не боись, княжич, - остановила его дама, улыбку теплую даря. – Не страшна нежить более. Приручен.

Кощей? Приручен? Вот чего точно не ждал. И кто дама… А кощей откровенно покривился. Явно не по нраву слова пришлись. Но, слова не сказал. Новость. Или…

И тут… Присмотрелся Иван к гостье (или хозяйке палат сих?). Силуэт знакомый. Тот самый, что в замке кощеевом помогал им. То есть, получалось…