Мия. В Лабиринте - VIOLATOR

И опять в точку.

— Нет. Не хотела отвлекать его от работы…

Но Лин игнорирует мои слабые оправдания. Кивает с видом «что и требовалось доказать». Права, конечно. Если бы Тенет мне сделал подарок, то я бы вышла с ним на связь. Хотя бы СМС. Но поблагодарила. «1:0» в пользу Лин.

— Рой чувствует, что ты не хочешь отпускать Тенета.

— И наша свадьба окончательно переключит меня.

— Одна из причин. — Кивает.

— И чтобы наш тандем состоялся, я должна полностью принять Роя.

— Верно. И пока ты скверно справляешься. — Недовольно.

Понимаю ее раздражение.

— А какие еще причины для свадьбы?

— Во-первых, статус, дорогая. Статус. В отличие от той же Наоми, у тебя его нет. Как и времени обучиться и самой что-либо добиться. Ваша свадьба поднимет тебя сразу по социальной лестнице в топ правящей элиты. Пока ты просто никому не известная 20-летняя европейка. Дорогая содержанка. Сейчас, когда у тебя нет опыта и образования, твои распоряжения в конгломерате будут выполнять, если ты будешь женой Роя, а не просто его девушкой или даже невестой из ниоткуда.

Pезонно. В последние сутки я хребтом почувствовала, кто я в глазах этих людей.

— А во-вторых?

— Будущие наследники должны родиться в браке. Это тоже часть ритуала.

— Сейчас? — сдерживая сердцебиение. Стараюсь выглядеть спокойно.

— Нет. Еще рано. Адаптируешься к силе моего сына. Подтянешься до его уровня. Тебе нужно стабилизироваться, подучиться и набраться опыта прежде, чем появятся дети. Думаю, год-два тебе хватит.

Выдыхаю. К этому времени я уже расстанусь с Роем.

На секунду царапает неприятная ощущение. Но не пойму причину. Прокручиваю наш разговор, но не могу нащупать.

— Вы сказали, что я для Роя не эксперимент. А кто?

Лин некоторое время смотрит на меня. Склоняет голову. И внезапно ее лицо становиться жестким.

— Если ты думаешь, что мой сын решил взять тебя в жены, только потому что ты бывшая единица Абсолюта, то ты глубоко ошибаешься, девочка. — Чеканит каждое слово, выпрямляя спину. — Семья, партнерство, дети с тобой для его развития на новые уровни не обязательны. Он сам Абсолютовец. Да, другого свойства, нежели Тенн. Но с мощным потенциалом роста. И развивается по нужной траектории.

Хмурюсь. Лин неправильно меня поняла. Но ее гнев, во-первых, понятен. Она чувствует мою отстраненность. А, во-вторых, выявил причину царапающего вайба. Все слишком серьезно. Как и планы Роя на меня. Я об этом не задумывалась из-за нашего неоднозначного знакомства и эпизода с наркотой. Где-то на подкорке я изначально поставила ему знак «минус» и не воспринимала его отношение ко мне серьезно. И также подсознательно считала, что свадьбу легко можно будет обойти.

Было бы гораздо проще, если бы Рой пытался извлечь из меня выгоду. Действовал корыстно. Послать было бы гораздо проще. Да просто элементарно. Но, как и бывает в этой жизни — все не так однозначно. Вернее совсем все неоднозначно. И в данной ситуации именно я выгляжу сукой, которая бросит Роя к лету.

— Простите, если обидела вас. — Искренне. — Но я и правда не это имела в виду. Я сегодня позвоню Рою и поблагодарю его за подарок.

Лин некоторое время смотрит на меня. Но наконец коротко кивает и переключается на прежнюю тему.

— Завтра у нас встреча с организаторами из свадебного агентства. — Спокойным тоном. — Будем разрабатывать концепцию торжества. Они профи. Умеют справляться с невозможным в кратчайшие сроки. Лучшие из лучших в Азии. Обслуживают элиту.

Я слушаю. Киваю. Задаю наводящие вопросы. И понимаю — мой эксперимент над собой окажется сложнее, чем я предполагала.

62. Politesse

— Не показывать и не поднимать мизинец…

Я сижу в кабинете Лин семейной резиденции Хангов с планшетом в руках и внимательно слушаю профессора Кэрол Минг. Строгую китаянку в безупречном деловом костюме, вице-канцлера [проректора] гуманитарного направления в одном из престижнейших университетов Гонконга. Рядом сидит Лин. По ее словам, Минг лучшая из лучших, кто разбирается в азиатском этикете.

Не сомневаюсь в ее оценке. Прежде чем перейти в кабинет, меня учили сначала чайной церемонии, затем азиатскому столовому этикету. И тонкостей там столько, что к вечеру голова гудит. Но я не жалуюсь. Во-первый, знать обычаи другой страны всегда полезно. Во-вторых, отвлекает от ненужных мыслей.

— В Европе тоже не принято демонстрировать мизинец… — записывая в планшет.

— Другая коннотация, — поправляет. — Показ мизинца означает, что вы считаете другого человека слабым и никчемным, поскольку это самый маленький, последний палец на руке.

— Слабый и никчемный… — записываю в планшет.

Кэрол сидит в кресле напротив, в зоне отдыха, рядом с ней всевидящее око Лин, а я ловлю вайб школьницы в кабинете у директора. Стола только не хватает и прочего школьного сеттинга.

— Подарки дарят и принимают обеими руками, — следующим пунктом, и я прилежно записываю.

Прошло больше недели с момента моего решения уйти к Рою. И чем больше я погружаюсь в свадебную суету, тем отчетливее понимаю — с каждым днем меня затягивает все глубже в среду Роя. А это значит «сложнее выбраться». Особенно сейчас, когда Тенет ушел со всех радаров и будто перестал для меня существовать. Но я не сопротивляюсь. Иду намеченным курсом эксперимента над собой.

— Никакой чрезмерной жестикуляции и поз «руки на бедрах».

— Скажите это испанцам и итальянцам, — не без иронии.

Лин строго смотрит на меня, и я стираю улыбку с лица. Понимаю, что члены Familia Real вряд ли размахивают руками и стоят «руки в боки».

— И следите за ступнями.

— Ступнями… — машинально бросаю взгляд на туфли. Чистые.

— Считается невежливым направлять ноги в сторону другого человека, показывать подошву или касаться кого-либо ногами.

В графу «forbidden» [запрещено] записываю очередной пункт культурных тонкостей.

— Публичные проявления привязанности не одобряются.

Этот пункт мне знаком. Но записываю, чтобы не нервировать лишний раз Лин с ее взглядом «посерьезнее, Мия».

— Еще один важный момент. В китайской культуре длительный зрительный контакт может быть воспринят как агрессия или конфронтация. Это контрастирует с западными культурами, где поддержание зрительного контакта часто ценится как признак открытости, уверенности и, порой, напористости.

А вот с этим я не знакома. Привыкла смотреть «глаза в глаза».

— Думаю, на сегодня достаточно… — наконец говорит Лин, и я облегченно вздыхаю. Согласно графика, который мне выслала помощница миссис Ханг, на сегодня это была последняя встреча. Да и время уже девятый час.

— Завтра я приеду с коллегой, профессором Харингтоном. Доктор наук. Возглавляет кафедру культурологии и социальных коммуникаций. Он долгое время преподавал в Оксфорде. Имеет титул и вхож в Королевскую семью. Будем осваивать международный и королевский