Арам и Лиза - Диана Рымарь

в вечерних нарядах и костюмах, музыканты на сцене играют джаз, официанты снуют между столами с подносами. Пахнет тут умопомрачительно, я даже вспоминаю, что целый день не ел. Впрочем, сейчас тоже не до еды, ведь предстоит яркое выступление, которое я собираюсь устроить.

Лиза видит Леху вдалеке — он играет с другими детьми в дальнем углу зала, за отдельным столом. У них какая-то настольная игра, близнецы тоже там и им явно очень интересно. Моя любимая делает шаг в их сторону, но я останавливаю ее, беря за руку.

— Подожди, — тихо прошу. — Сначала надо со всем разобраться.

Оглядываюсь, надеясь увидеть Артура с Настей — хоть какая-то моральная поддержка мне не помешала бы. Но их нигде не видно.

Собираюсь объявить о свадьбе сразу же, но Лиза останавливает меня, положив руку на грудь.

— Арам, давай сначала поговорим с твоим отцом? — просит она тихо. — Чтобы не было ненужных сцен на публике.

Может, она и права…

Впрочем, стоит отцу увидеть нас, как он тут же бросается коршуном в нашу сторону.

Родитель в темно-синем костюме, с бабочкой, слегка седеющие волосы зачесаны назад. Лицо строгое, брови нахмурены.

— Арам! — выдает он, подходя. — Почему ты без Милены? И почему под ручку с…

Он бросает на Лизу недовольный взгляд.

Тут же подходит Амаяк Давидович Оганесян — отец Милены. Крупный мужчина с усами, в черном костюме, золотая цепь на шее. Взгляд тяжелый, недовольный.

Раз он здесь, значит, Милена ничего ему не сказала, побоялась. На что рассчитывала? Что ж, тем хуже для нее.

— Где моя дочь? — спрашивает Амаяк Давидович резко. — Почему ты привел эту… — он даже не договаривает, только презрительно кивает в сторону Лизы.

Лиза отступает в сторону, и я чувствую, как ей неприятно.

В этот момент мне дорогого стоит не дать забралу опуститься. Только лишь обещание будущей жене сначала думать, а потом действовать, не дает мне сорваться в этот момент.

Лиза не хочет скандала, не хочет так войти в семью. Что ж, я попытаюсь выполнить ее желание.

Стискиваю зубы, пару секунд играю желваками, наконец выдаю:

— Папа, мне надо с тобой поговорить. Наедине.

В это время к нам подходит мама, она нежно касается отца, еле слышно шепчет ему на ухо:

— Мигран, я прошу, без скандала…

Еще одна любительница мира. Может, хоть она за меня?

— Мам, уведи Лизу к Лехе, — прошу ее.

Она кивает, берет мою женщину за руку и уводит.

Смотрю на отца в упор, снова прошу:

— Надо поговорить.

— Что ж хорошо, давай поговорим. Вот только у меня от будущего родственника секретов нет, — заявляет отец, кивая на Амаяка Давидовича.

— Ладно, — соглашаюсь я. — Но не здесь.

Отец ведет нас с Амаяком Давидовичем в вип-зал.

Оборачиваюсь — вижу, как Лиза сразу спешит к Леше, а мать идет за ней следом. Выдыхаю, можно за нее не волноваться.

Иду за отцом в вип-зал.

Это оказывается небольшая комната с кожаными диванами, столиком, баром. Тихо, уединенно. Отец закрывает дверь, оборачивается ко мне.

— Арам, где Милена? — спрашивает он, скрестив руки на груди. — Она с утра к тебе уехала. Вы поговорили с ней?

— Она рассказала тебе про сюрприз? — встревает Амаяк Давидович, при этом подходит почти вплотную. — Потому что если нет, то ты очень пожалеешь, что явился на праздник с этой порномоделью…

Вспыхиваю мгновенно, кровь пульсирует в висках.

Это моя-то Лиза порномодель, а его дочь — святая невинность? Что ж, скоро он убедится в обратном.

— Уж не с вашей ли подачи Лизе пытаются приклеить этот ярлык? — рычу я, сжимая кулаки. — Еще одно подобное слово, Амаяк Давидович, и вы крупно пожалеете. И да, я поговорил с Миленой. А вот вы с дочерью поговорили? Как вижу, нет…

— Арам, — вмешивается отец с хмурым видом. — Неужели тебе любовь все глаза застлала… Как ты можешь бросить беременную невесту? Как у тебя совести хватает? Я не так тебя воспитывал! Дети — это же святое, беременной женщине вообще нервничать нельзя, неужели у тебя в груди ничего не екает?

— Очень даже екает, — отвечаю я резко. — Но не по поводу Милены, потому что у нее ребенок не от меня. Пусть за нее у отца ребенка екает. Как тебе такой расклад, папа?

Амаяк Давидович краснеет, его глаза буквально наливаются кровью от бешенства.

— Как это ребенок не от тебя?! — орет он и делает еще шаг ко мне. — Да как ты смеешь так оскорблять мою дочь недоверием?! Испортил девку, обрюхатил, и ну в постель к этой… этой…

— Еще одно плохое слово о Лизе, — перебиваю ледяным тоном, — и я раструблю всем, что из себя представляет ваша дочь! Уж поверьте, много нового узнаете о своей обожаемой девочке. Невинной, аки агнец, только слегка-слегка гнилой внутри. Повторяю для особо упертых, ребенок не от меня.

Он шумно дышит, буравит меня взглядом.

— С чего ты решил, что не от тебя? — спрашивает тише, но с заметной угрозой в голосе.

— С того, — отвечаю спокойно, — что я с вашей дочерью не спал. Вот какая оказия, да? Никак на меня ребенка не повесить… Я ведь девочкой ее считал, до свадьбы берег, как вы и просили. А оказалось, плод с начинкой, хотя я этот плод даже не попробовал.

Повисает тяжелая, гнетущая тишина.

Оба родителя застывают, уставившись на меня. Даже забавно наблюдать, как вытягиваются их лица, раскрываются рты. Они молча переглядываются, будто пытаются что-то прочесть друг у друга в глазах. Но видимо там не особенно много написано, потому что ясности у них не прибавляется, как и понимания происходящего.

— То есть, как это не спал? — выдавливает отец, моргая. — А ребенок?!

Поворачиваюсь к Амаяку Давидовичу.

— Позвоните вашей дочери и все выясните сами. Как я вижу, она не спешит с вами откровенничать…

Он молчит несколько секунд, потом резко разворачивается и выходит из вип-зала, хлопнув дверью.

Слышу, как он орет кому-то в коридоре, требует телефон.

Кажется, Милене сегодня достанется на орехи.

Жаль ли мне ее? Ничуть. Ведь Лизу она бы ни за что не пожалела. А все, кто хоть мысленно позволяет себе обидеть Лизу — мои лютые враги.

Остаюсь один на один с отцом.

Он смотрит на меня тяжело, изучающе.

— Чтобы избежать дальнейших вопросов, папа, знай, — говорю твердо. — Я женюсь на Лизе. Одобришь ты это или нет…

Отец вздыхает, потирает подбородок.

— Ладно, я понял, — кивает он. — Ты не хочешь жениться на Милене, это ясно. Не знаю, от кого она там беременна и беременна ли вообще, но если ты с ней вправду не