Тлеющий пепел - Джаггер Коул

— Ноэль!

Она стонет, когда я хватаю ее джинсы. С рычанием стягиваю их вместе с трусиками с ее ног, позволяя им запутаться в коленях. Мой ремень звенит, когда я расстегиваю его, и слышу, как она тихо стонет, когда мои штаны спадают. Я стягиваю трусы в тумане красного вожделения, и Элла стонет, когда мой твердый член высвобождается и упирается в ее задницу.

— О, черт...

— Язык...

— Тогда накажи меня! — задыхается она.

Я стону, сжимая свой член в кулак, заставляя ее дрожать, когда я прижимаю толстую головку к ее влажной киске.

— Я так и сделаю.

Одним толчком бедер я ввожу член до самого основания. Элла визжит от удовольствия, ее спина выгибается, а ногти царапают кожу дивана. Она стонет, извиваясь и отталкиваясь от меня своей задницей, когда я глубоко погружаюсь в ее горячую киску.

С рычанием на губах я отстраняюсь, застонав от того, как ее розовые губки прижимаются ко мне, словно пытаясь втянуть меня обратно.

И я с удовольствием подчиняюсь.

Снова сильно вхожу в нее, и на этот раз, отстранившись, провожу ладонью по ее маленькой упругой попке.

— Да-а-а-а! — стонет она от удовольствия, когда ее лицо опускается на диван.

Я вхожу и выхожу из нее, мое зрение становится красным от похоти, когда я начинаю трахать ее маленькую тугую киску. Мои глаза закрываются от удовольствия, когда я погружаюсь в нее, это зрелище настолько непристойно, учитывая, какая маленькая она и какой большой мой член. Но она такая мокрая, что ее возбуждение буквально стекает по моим яйцам и при каждом моем движении раздаются хлюпающие звуки.

Я снова шлепаю ее рукой по заднице, чередуя движения от одной ягодицы к другой. Я чувствую, как она вздрагивает и внезапно кончает, вскрикивая от удовольствия. Но я не останавливаюсь. Не перестаю ее трахать.

Я протягиваю другую руку, задирая ее толстовку и футболку под ней. Стягиваю с нее лифчик, освобождая грудь и позволяя пальцам щипать и крутить ее пульсирующие твердые соски.

Элла хнычет все громче, ее киска крепко сжимается вокруг меня, когда я погружаюсь в свою необузданную похоть. Я шлепаю ее снова и снова, пока трахаю ее, и тянусь вверх, чтобы запутаться кулаком в ее волосах. Задница девушки шлепается о мой пресс при каждом толчке, ее киска принимает меня, ее стоны удовольствия отдаются эхом в моих ушах.

Когда я чувствую, как она в очередной раз взрывается, кончая и сжимаясь вокруг моего члена, я не могу больше сдерживаться.

Мысль о том, что я взорвусь глубоко внутри ее горячей киски, заставляет меня почти потерять сознание прямо здесь. Но нет.

Я без защиты внутри нее. Она не принимает таблетки.

Ни единого шанса.

— На колени, — хриплю я.

Она глубоко стонет, когда я вынимаю свой блестящий член из ее киски. Повернувшись, она с вожделением смотрит мне в лицо, когда хнычет и охотно опускается передо мной на колени.

Ее рука поднимается, и маленькие пальчики изящно обхватывают мой пульсирующий член.

— Заставь меня кончить, — рычу я.

Она стонет так глубоко и жадно, что я теряю контроль над собой. Ее влажные губы неуверенно скользят по моей головке, а большие голубые глаза смотрят в мои.

И я теряюсь.

Я стону, каждая мышца в моем теле изгибается и напрягается. Моя сперма взрывается горячими струями на ее языке, заставляя ее хныкать и слегка задыхаться от удивления. Но ее глаза не отрываются от моих. Ее губы не отрываются от моей набухшей головки. Ее стоны эхом отдаются во мне, когда она поглощает каждую каплю, жадно всасывая все в себя.

Она медленно отстраняется, ее лицо становится ярко-красным, как будто она внезапно остро осознает, что только что сделала. Элла отворачивается, краснея. Но я останавливаю ее. Я тянусь вниз, беру ее за руку и поднимаю на шаткие ноги.

Беру ее за подбородок, наклоняю ее голову к себе. Мой рот опускается к ее губам, глубоко целуя. Она хнычет, прижимаясь ко мне, я обнимаю ее до тех пор, пока не теряю абсолютно всякое ощущение времени.

— Я бы хотел, чтобы ты принимала таблетки.

Она краснеет, закусывает губу, когда ее глаза встречаются с моими.

— Чтобы ты мог... ну, знаешь.

— Скажи это.

Она краснеет еще сильнее, тихо задыхаясь.

— Чтобы ты мог кончить в меня?

— Да.

Она вздрагивает.

— Я бы тоже этого хотела.

— Хорошо.

Мои губы изгибаются, когда я наклоняюсь, чтобы снова поцеловать ее. Все еще целуя ее, я сбрасываю с себя брюки и трусы, подхватываю ее на руки и широкими шагами выхожу из своего кабинета в сторону ее комнаты.

Я понимаю, что до сих пор не привел ее в свою постель. Я знаю, что у меня есть проблемы, которые мне еще предстоит решить.

Но самое главное, я прекрасно понимаю, что все вышло за рамки того, что должно было быть.

И еще больше я понимаю, что мне все равно.

ГЛАВА 32

— Черт, — застонала я.

Гарри вздыхает в телефон.

— Я знаю, это чушь. Я должна была понять, что это скоро случится, и купить подписку или что-то в этом роде. Просто..., — вздыхает она. — Просто это чертовски дорого.

Я недоуменно пожимаю плечами.

— Э, все нормально. На следующей неделе Тоттенхэм играет с Ливерпулем. Мы будем готовы к этому.

Гарри хмыкает.

— Ты только посмотри на себя, любитель спорта, знающий все эти спортивные... спортивные... штучки.

Я смеюсь.

— Я знаю это только потому, что раздел Таймс, посвященный спорту, буквально лежит передо мной на барной стойке.

Она тяжело вздыхает.

— Мне очень жаль, Эли. Послушай, я могу прийти на работу сегодня вечером. Сегодня будет чертовски мало народу. Не нужно тратить время...

— Гарри, я поняла. Честно. А если серьезно, не волнуйся об этом. — Я ухмыляюсь. — Кто, черт возьми, вообще хочет смотреть бокс?

— Если не считать весь район, из-за которого сегодня вечером будет меньше народу, чем на дискотеке? Да, подруга, я не знаю.

Я хихикаю.

— Останься дома, Гарри. Проведи чертовски веселую ночь. А я буду здесь.

— Ладно, — простонала она. — Извини еще раз, Эли.

— Не стоит. Я просто напьюсь твоей выпивки и использую это время для работы над своим пониманием о работе.

Она хмыкнула.

— Пожалуйста. Бар в твоем распоряжении.

Я ухмыляюсь. На самом деле я не собираюсь пить на работе, и мы оба это знаем.

— Погоди, предложение