Тлеющий пепел - Джаггер Коул

— Без ограничений.

Я задыхаюсь, мои глаза закрываются, когда щекой прижимаюсь к стене.

— Только для тебя? — Я задыхаюсь.

— Только для меня, — простонал он. — И я ни с кем не собираюсь делиться ни единой частичкой тебя.

Ноэль сильно раскачивает бедрами, и я вскрикиваю, когда его толстый член входит в меня до самого основания. Он стонет, позволяя своей длине пульсировать глубоко внутри меня, пока я цепляюсь за стену, приподнимаясь на цыпочки и постанывая, требуя большего.

Его рука по-хозяйски обхватывает мое бедро. Другая рука скользит вверх, распуская замысловатую прическу, и сжимает в кулак мои светлые локоны. Его зубы впиваются в мою шею, заставляя меня вскрикнуть, когда он вонзает в меня свой член, пригвождая к гребаной стене.

Его мужественное рычание наполняет мои уши. Его сильные руки сжимают меня так, словно я принадлежу ему. Его член вонзается в меня жестко и безжалостно.

И мне это нравится.

Я стону в стену, отталкиваясь бедрами назад, чтобы почувствовать, как он входит в меня так глубоко, как только может. Его член растягивает меня, заполняя полностью, владея мной.

Рука на моем бедре опускается вниз по моей заднице, резко шлепая меня, что заставляет меня стонать, требуя большего. Он делает это снова, а потом еще раз, рыча от того, как я сжимаю его крепче с каждым шлепком.

Его рука задерживается на моей попке, нежно касаясь теплой ладонью. А большой палец проводит по расщелине моей задницы, пока он трахает меня, и я хнычу, когда чувствую, как он проводит по моей дырочке.

— Ноэль...

Его рука покидает меня, но через секунду возвращается — его большой палец теперь мокрый от слюны, когда он снова проводит по моей заднице.

— О, черт...

Он стонет, не прекращая своих идеальных мощных толчков, в то время как его большой палец погружается в мою задницу. Он усиливает давление, и у меня приоткрывается рот, я замираю от удовольствия, когда чувствую, как он начинает вводить большой палец в мою попку.

— Впусти меня, малыш, — шепчет он мне на ухо. — Дай мне почувствовать всю тебя, такую тугую и жаждущую меня. Позволь мне почувствовать, как твоя маленькая киска сжимает мой член.

Я сейчас взорвусь. Его движения, его большой палец, его слова... то, как его мощное, мускулистое тело прижимает меня к стене, как он полностью владеет и доминирует надо мной, — все это слишком сильно. Пальцы на ногах подгибаются и я начинаю трещать по швам.

— Кончи для меня, Элла, — рычит он мне в ухо. — Кончай для меня, и только для меня.

Его большой палец проникает внутрь. Его член входит глубоко. Мой мир разбивается.

— Кончи для меня, потому что ты моя.

Мир становится белым, и вдруг я кончаю.

Сильно.

Я чувствую, как его рука сжимает мои волосы, оттягивая мою голову назад, в то время как его рот пожирает мою шею. Его большой палец погружается глубоко, а член еще глубже. Его член набухает, и внезапно я чувствую, как горячие струи его спермы изливаются в меня.

Мои глаза закатываются, и я начинаю кончать снова, и снова, и снова.

Пока не теряю счет всему. Сколько раз я взорвалась. Как у меня отказали ноги. Как он подхватывает меня и несет на руках. Как он целует меня, когда несет обратно наверх и по коридору.

Не в мою комнату.

В свою.

Я помню, как он укладывает меня на свою кровать и скользит между моих ног. Его губы прижимаются к моим, его рука накрывает мой шрам, чувствуя, как пульс бьется в моей груди.

И когда он снова погружается в меня, я вздрагиваю от осознания того, что он действительно захватил и завладел каждой моей частичкой.

Я должна была отдать ему лишь свое тело.

Но думаю, что отдала и сердце тоже.

ГЛАВА 34

Я сглатываю, глядя в окно на то, как центр Лондона поглощает машину целиком. Я прикусываю губу, и нервное биение пульса усиливается.

Но я не знаю, почему я нервничаю. Не совсем. Может быть, отчасти от осознания того, что мне предстоит войти в строгий и холодный зал заседаний совета директоров финансовой компании с миллиардным оборотом. Меня вот-вот представят в качестве ее нового представителя, владеющего большим количеством ее акций.

И я вот-вот сяду за стол в зале заседаний напротив Оливера Принца — чьи звонки я игнорировала целую неделю — и уничтожу тот самый план, который я ему предложила, прямо у него на глазах.

Два месяца назад я собственноручно заложила динамитом фундамент империи Ноэля и вручила Оливеру зажженную спичку. Сегодня я перережу предохранитель и обезврежу эту взрывчатку.

Я не уверена, что это будет означать для сына Принца. Мы лишь мельком общались неделю назад, когда стало ясно, что я не встречусь с ним на балу.

В основном потому, что я была голая, в изорванном платье, и была в постели Ноэля.

Джейкоба, похоже, ничуть не смутило, что его перспективная сотрудница явно его отшивает. Мы договорились обсудить детали контракта в другой раз, но это было неделю назад. А сегодня я собираюсь сорвать планы его отца по захвату империи.

Посмотрим, как это предложение о работе переживет последствия.

Большая рука скользит по моей, лежащей у меня на коленях. Я вздрагиваю и ухмыляюсь, глядя вниз, чтобы увидеть, как пальцы Ноэля переплетаются с моими. Заднее сиденье его автомобиля Bentley вряд ли можно назвать «публичным», но даже это более публичное проявление привязанности, чем то, на которое он обычно способен.

Или готов дать.

В этой броне появилось несколько трещин. Две, если быть точнее, включая эту. Вторым проявлением — был быстрый, но обжигающий поцелуй на тротуаре перед воротами его особняка три ночи назад, перед тем как он помог мне сесть на заднее сиденье Bentley, который должен был отвезти меня на работу.

Мужчина, сидящий рядом со мной, очевидно, превратил меня в мечтательную, вечно улыбающуюся, краснеющую школьницу. Может быть, это из-за умопомрачительного секса.

Или... может быть, дело не только в этом.

Я покраснела. С первым я смирилась. Второе... ну, это сложнее.

Я делаю вдох.

Однако на сегодня единственное, о чем мне нужно думать, — это голосование в зале заседаний. Именно здесь Ноэль может остановить попытку захвата компании Оливером, пока она не набрала обороты. Благодаря контрольному пакету моих акций и оставшимся местам в совете директоров, которые еще