Невозможный проект - Ария Снежная

Я колебалась, решая, принять его приглашение или отказаться. Он был хорошим и весьма привлекательным молодым человеком, но моё сердце всё ещё принадлежало другому — тому, кто даже меня не помнил. В конце концов я решила принять предложение Карла, чтобы хоть немного отвлечься от своих мрачных мыслей.

* * *

Собираясь домой вечером, я проверяла свою электронную почту. Глаз зацепился за письмо от неизвестного отправителя. Оно было похоже на то, которое мне пришло впервые. Там также были фотографии Виктора и его бывшей жены, но совсем недавние. Они находились в его машине и куда-то ехали. На последнем снимке кадр вышел таким, будто они целуются. До конца было непонятно из-за того, как повернулась Нина.

Не выдержав, я написала отправителю гневное письмо, в котором заявила, что найду его и засуну эти снимки ему в одно место. Неизвестный использовал разные почтовые адреса, но было понятно, что это один человек. Ему удалось вывести меня из себя. Мне хотелось найти этого человека и узнать, зачем он давит на больное. Промелькнула мысль, что это сама Нина. Она вполне могла использовать такие дешёвые приёмы.

Устало выдохнув, я закрыла кабинет и направилась к выходу. Пока дошла до машины, обнаружила пропущенный вызов от незнакомого номера. Я не знала, кто мог позвонить так поздно вечером, поэтому решила проигнорировать. До тех пор, пока мне снова не позвонили. Любопытство взяло верх, и я ответила.

— Слушаю.

— Роксана Алексеевна, добрый вечер. Я лечащий врач Зорина Адама Леонидовича. Он указал ваши контактные данные как близкого человека. Это ведь вы?

В сердце поселилась тревога. Я едва сказала «да», ожидая услышать худшее. Казалось, будто я скоро сойду с ума от этих неожиданных новостей.

— У Адама Леонидовича ухудшилось самочувствие. Он отказывается от госпитализации или помощи специалиста и просит, чтобы я вызвал вас. Вы сможете приехать к нему сейчас?

Моментально у меня отпали все сомнения. Я согласилась и помчалась к Адаму, надеясь, что с ним ничего серьёзного не случилось. По пути я обвиняла себя в том, что весь день игнорировала его звонки. Может, ему стало плохо из-за меня.

Домчалась я к резиденции очень быстро. В холле меня встретил доктор. Он выглядел немного старше дяди. На его висках пролегли седые волосы, а лицо покрывали морщины.

— Адам совсем недавно уснул, — говорил он, пока мы шли в комнату дяди. — Ему стало плохо из-за того, что он перенервничал. Мне пришлось дать ему успокоительное.

Перенервничал? Значит, это всё-таки из-за меня.

Я потупила взгляд и разочарованно выдохнула. Мы прошли в комнату, которую освещал свет ночника. Адам выглядел вымотанным. Его грудь равномерно поднималась и опускалась.

Врач оставил указания и номер скорой помощи его клиники, если вдруг что-то случится, после чего ушёл. Я села на кресло рядом с кроватью и некоторое время молча наблюдала. Когда спустя какое-то время ничего не произошло, я смогла спокойно развалиться в кресле. Сказалась усталость за вечер, и от напряжения болела спина. Скоро и мне понадобится успокоительное, подумала я, прикрывая глаза.

Разбудил меня голос Адама. Дядя склонился надо мной, слегка толкнув в плечо. Я протёрла глаза и потянулась — тело ныло после долгого сна в неудобной позе.

— Почему ты спишь здесь? — обеспокоенно спросил он, его голос звучал приглушённо.

— Не заметила, как заснула. Врач попросил последить за тобой, — зевнув, я поднялась, чтобы размять затёкшие руки. За окном уже светало. Неужели я так крепко спала? — Ты как?

— Всё хорошо, — он виновато опустил глаза. — Прости, что испугал. Я себя накрутил после нашего разговора. Думал, ты больше не захочешь меня видеть.

Я коснулась его плеча — мягкий жест поддержки.

— Не переживай. Я не обижаюсь, правда.

Дядя облегчённо улыбнулся и осторожно приобнял меня.

— Больше не хочу ссориться, — он тихо признался, уткнувшись мне в плечо. Его дыхание было тяжёлым.

Мы стояли так какое-то время, пока всё же неловкость не заставила меня отстраниться.

Я попыталась смягчить паузу улыбкой.

— Может, позавтракаем? Ты хоть ел вчера?

Адам только покачал головой, выглядел озадаченно, словно пытался вспомнить.

— Иди умойся, а я приготовлю что-нибудь, — предложила я, устремляясь на кухню.

Я сделала яичницу с тостами и подождала его. Пока еда остывала, я вспомнила, что ему нужно принимать таблетки от давления. Всё приготовила заранее.

Через несколько минут он появился, выглядел посвежевшим, лицо немного разгладилось. «Сон с успокоительным и вправду сделал своё дело», — подумала я, мельком взглянув на него.

Когда мы начали есть, первое, что дядя сказал, прозвучало неловко:

— Спасибо, что пришла.

Он смотрел на меня с лёгким сожалением, теребя вилку в руках. Похоже, еда его совсем не увлекала.

— Не переживай. И хорошо поешь, — стараясь разрядить обстановку, сказала я. В комнате всё ещё висела невидимая тяжесть.

Поначалу мы ели молча, каждый погружён в свои мысли. Но Адам нарушил тишину.

— Вчера меня вызывал следователь, — начал он задумчиво. — Спросили как свидетеля по делу Аслана.

Он покосился на меня из-под лба, явно ожидая какой-то реакции. Но мне всё это уже было неинтересно. Я просто кивнула, чтобы он продолжал.

— Если бы ты не нашла тот ноутбук, глупо забытый им в твоей машине, — Адам усмехнулся, откусывая тост с маслом, — так ничего бы ему и не было. А теперь его посадят. Говорят, на несколько десятков лет. Представляешь?

Я молча вертела вилку в руках, пытаясь восстановить в памяти события. Разве я говорила, где нашла тот ноутбук? Я не была уверена. Почти удалось убедить себя, что просто забыла те детали, но внутри уже вырос крохотный росток сомнений, отправляя тонкие корни вглубь моего сознания.

— Поверить не могу, что этот гадёныш наконец получит по заслугам. По делам ему.

Я молча кивала, зациклившись на этой мысли. Почему-то она казалась мне крайне важной. Несмотря на доверие и долгие годы общения, я не могла заподозрить дядю в чём-то плохом. Я знала его слишком хорошо. Нет, он не мог так со мной поступить.

— А ты не видела мой телефон? — спросил он, осматривая комнату в поисках.

— Нет.

— Позвони на него, а я пойду поищу.

Он поднялся и вышел из кухни. Набирая номер, я прислушалась. Из соседней комнаты до меня донёсся звук вибрации. Адам пошёл в противоположном направлении, поэтому, скорее всего, не услышал её.

Я взяла его телефон и направилась за ним, но вдруг остановилась в полном шоке. На экране было письмо от моего имени, отправленное тому, кто прислал мне фотографии с Виктором и Ниной.

В оцепенении я сжала телефон до боли в запястье. Что теперь