Принцесса и Дракон - Екатерина Владимировна Флат

Ай, сколько вопросов без ответа!

И еще один из той же серии. Что с Ламиной-то делать, а?

Изначальный план «доставить ее к жениху» все тухлее и тухлее выглядит. Ламина влюбилась в Вернона, он явно тоже к ней неровно дышит. Но при этом даже не заикается, мол, а ну его, твоего принца!

Только как быть?

С Рамиром у нас договоренность только до Дагрена. Дальше мне как-то к Лезару нужно добраться. Взять Ламину с собой к этому магу? А смысл? У меня-то весь расчет на то, что я домой вернусь! Только сестра-то куда? Что с ней будет?

Пусть уж так сложилось, но я несу за нее ответственность! Я не могу бросить Ламину без уверенности в ее благополучной судьбе!

Ну и опять же, вишенкой на торте расплата с Рамиром.

Чем ближе Дагрен, тем ближе тот момент, когда я услышу, ради чего все это. И вариантов примерно с миллион! Кроме одного. Кроме того, что Рамира покусает бескорыстие, и он не потребует ничего вообще.

От всех этих мыслей аж в голове гудит!

Плюс непокидающая тревога от нехороших предчувствий.

Плюс выпитое вино, никак не способствующее адекватным мыслям и эмоциям.

В общем, настолько гремучий коктейль, что когда вдруг невесть откуда взялся Рамир и ласково отфутболил моего кавалера обещанием переломать тому ноги, если не исчезнет, я тоже молчать не стала:

— От твоей таинственности мне уже прибить тебя хочется! Как ты смог одолеть бурю⁈

— А вот не поверишь, — с хитрой улыбкой Рамир привлек меня к себе за талию и плавно закружил в танце, — иногда достаточно вежливо попросить.

— Ты прав. Я не верю.

Он даже засмеялся.

— Не сомневался, принцесса. Доверие у нас с тобой хромает на обе ноги.

— На те самые, что ты обещал тому бедняге переломать? Между прочим, тут тоже было достаточно вежливо попросить.

— Вот ты злюка, — усмехнулся он, но глаза довольно блеснули. Словно ему доставляло удовольствие, что я держу оборону.

Словно что?

Словно я — достойный противник?

Но с каких пор у нас с ним противостояние?

Да и как-то сложно что-то противопоставить тому, от кого я оказалась в полной зависимости.

Рамир словно бы уловил резкую смену моего настроения. Привлек к себе ближе, ведь как раз и мелодия сменилась на совсем медленную, даже умиротворяющую. Будто всем вокруг требовалась эта тихая пауза после гремящего веселья.

— Как бы то ни было, принцесса, после полуночи можем отправляться в путь. При благоприятных условиях завтра к вечеру будем в Дагрене.

— А дальше что? — спросила я тихо, не сводя с него глаз.

— А дальше видно будет, — чувствовалось, что он совсем не хочет это обсуждать.

И когда это вожделенный Дагрен стал вдруг всем неприятен? Изначально казавшийся таким спасительным, он внезапно стал в тягость.

Ламине, совсем уже не рвущейся к своему жениху.

Вернону, не желающему расставаться с Ламиной.

Мне, тревожащейся из-за ожидающей после неизвестности.

Но… Рамиру?… Да он единственный из нас точно знает, что будет! Ни капли не сомневаюсь, что все идет у него исключительно по плану, и наша бравая компания катится к его цели как по рельсам!

Но к какой цели?

— Насколько все плохо? — я постаралась отвлечься. Хотя отвлекаться на «плохое», тоже так себе идея.

— Просто тронемся в путь пораньше, ничего страшного, — Рамир как всегда не спешил откровенничать. И вот как так? Он сейчас настолько близко, что прижмись к нему сильнее и я услышу биение его сердца. Но в то же время он по-прежнему от меня далеко…

И надо было бы думать о худшем исходе. Надо было бы вовсю просчитывать все возможные варианты развития событий и, соответственно, мои пути возможного отступления. Но…

Сейчас меньше всего хотелось обо всем этом думать.

Может, и вправду моя проблема в том, что я слишком много обо всем тревожусь?..

Плавно лилась медленная мелодия, объятия Рамира казались самой нерушимой защитой от всего окружающего мира. И так хотелось просто остановить время, замереть навсегда, насовсем, в этом блаженном ощущении исходящей от него будто бы бесконечной бережной силы…

И вот как в такой ситуации оставаться настороженной, собранной и готовой в любой момент к внезапному подвоху?

Скоро снова в путь, а дальше Дагрен с сотней неопределенностей. Может, и не будет иного шанса вот так перевести дыхание, расслабиться хоть на время?

Я даже глаза прикрыла, чтобы еще острее чувствовать это обволакивающее меня тепло объятий Рамира. Тихий вопрос вырвался сам собой:

— Почему ты поцеловал меня тогда? Какие цели преследовал?

Он ответил не сразу, словно бы и не ожидал, что я вдруг скажу именно это.

— Разве у поцелуев должны быть какие-то глобальные цели? Нет, принцесса, тут все банально. Мне хотелось тебя поцеловать и только. И никаких скрытых мотивов. Я же не знал тогда…

— Что я потомок Эдара?

— Что ты колючая до безобразия, — с усмешкой ответил он.

Я открыла глаза, подняла на него взгляд.

— А что, если б знал заранее, то и не целовал бы?

Вот вроде бы такой вопрос простой, но в глазах Рамира отразилась целая буря! Будто знай он заранее о моей магии, то абсолютно все изначально бы пошло иначе. Вообще все!

Только в худшую или лучшую сторону?

— Нет смысла оглядываться назад, — произнес он без каких-либо эмоций. — Все сложилось так, как сложилось.

На несколько мгновений воцарилось молчание. Словно сейчас важнее было не говорить, а просто ощущать близость друг друга. И как же хотелось верить, что Рамир оберегает меня саму, а не эту злосчастную магию, ставшую уже камнем преткновения!

Музыка лилась, вокруг нас по-прежнему было множество людей, и магические фонарики уютно расцвечивали опустившуюся ночь. А ведь это чудесное время, возможно, последняя передышка перед решающим забегом…

— Знаешь, — мой голос невольно дрогнул, — то ли это вино так на меня действует, то ли твоя близость, но мне отчего-то ужасно хочется совершать глупости…

— О которых ты после будешь сожалеть? — от взгляда Рамира на миг захотелось спрятаться.

— Зачем сожалеть о том, на что сознательно решился? — я не отвела глаза. — Тем более нет никакой гарантии, что будущее… — я перевела дыхание. — Что будущее даст еще один такой шанс.

Рамир ничего не ответил,