Да, моя королева! Дилогия - Татьяна Ткачук

Пока не почувствовала на себе чей-то пристальный взгляд. Она отвела взор от величественного природного зрелища и повернула голову, обнаружив источник внимания к собственной персоне. Неподалеку от одного из зданий стоял молодой стражник Бён Хёк, неотрывно наблюдавший за ней. Девушка заметила ножны у пояса воина. Он, видимо, стоял на посту, следя за тем, чтобы никто не нарушил покой и безопасность господского дома.

Ха Юль терпеливо стояла рядом с госпожой, ожидая, когда та решит все-таки идти дальше. И Лера направилась как раз к Бён Хёку. Заметив это, парень вытянулся еще сильнее, подобравшись весь, точно в ожидании чего-то. Но она лишь прошла мимо, на ходу негромко спросив:

- Бён Хёк, ты не знаешь, где сейчас моя матушка?

Он, видимо, не ожидал, что дочь советника заговорит с ним, потому что несколько секунд стоял, просто хлопая глазами, но быстро опомнился и, поклонившись, ответил:

- Госпожа Сун Хын после трапезы отправились в свои покои, велев позвать старосту деревни на завтра с докладом.

- Ты так подробно об этом осведомлён? – приподняла уголки губ в некоем намёке на улыбку девушка.

- Просто… госпожа говорила это, проходя мимо, и я услышал, – с легкой досадой произнес он, бросив на Леру колючий взгляд.

Но она ничего больше не сказала, медленно направившись в сторону ажурной беседки под черепичной крышей с приподнятыми углами, стоявшей на берегу крошечного искусственного прудика, обсаженного по берегам очаровательными низкими кустиками с мелкими листочками и прекрасными пышными цветами – азалиями. Цветы эти были разных оттенков розового, красного, желтого и белого, создавая необычную кайму вокруг прудика. Ха Юль не отставала от своей госпожи.

Лера пошла вдоль берега пруда, любуясь цветами, издававшими в этот вечерний час нежное благоухание. А потом, присмотревшись, увидела в полупрозрачной воде мелькавшие тут и там юркие спинки королевских карпов. Подумала о том, что потом можно будет прийти сюда вместе с Гё Со и мальчишками и покормить рыб – детям должно это понравиться.

Водоем был небольшим, поэтому девушка быстро обошла его весь и оказалась рядом с беседкой. Со стороны, обращенной к дому, она заросла какими-то вьющимися растениями, создавая сплошной зеленый полог, в котором тут и там мелькали розовые и фиолетовые колокольчики цветов.

Девушки прошли в беседку, в которой обнаружились скамьи, идущие по всему периметру сооружения, и Валерия с удовольствием присела на гладкую поверхность, еще хранившую тепло склоняющегося к горизонту солнца, превратившегося в огненный шар, на который уже почти можно было смотреть без ущерба для зрения.

- Ха Юль, как ты думаешь, – негромко обратилась к служаночке девушка, – кем мог быть тот всадник, который проскакал мимо нас в дороге?

Та помолчала, а потом осторожно произнесла, приглушая голос:

- Вы думаете, это…

- Я не знаю, – покачала головой Лера, отчего драгоценные цветочки на золотых пружинках на ее височных украшениях пришли в движение и затрепыхались. – Но очень хотела бы, чтобы это оказался он…

Девушки говорили тихо и благоразумно не называли имён – обе и так прекрасно знали, о ком идет речь.

Валерия тихонько вздохнула и поднялась со скамьи:

- Идем, Ха Юль!

- Да, моя госпожа, – привычно поклонилась та.

Девушки вернулись к дому, и Лера обнаружила на открытой террасе ханока старшего из братьев. Подросток стоял, задумчиво заложив руки за спину и глядя вдаль, видимо, о чем-то размышляя. Увидев сестру, он улыбнулся приветливо:

- О! Сестра! Ты гуляла?

- Да, прошлась до беседки! А где младшие?

- Гё Со спрашивала о тебе, говорила, что ты обещала ей покачаться на качелях. А братьев матушка загнала в покои – они опять успели наозорничать, едва приехали.

- Да? – подняла тонкие брови Лера. – И что они натворили на этот раз?

- Открыли загон для кур на заднем дворе, и слугам пришлось почти час ловить птиц, чтобы водворить их на место. Матушка очень рассердилась и пригрозила наказать мальчишек!

- Ох, сорванцы! – сокрушенно покачала головой Валерия. – Что придумали!

- Матушка пообещала пожаловаться на их проказы отцу, когда он приедет, и братцы сразу притихли, – с серьезным видом рассказывал Джун.

- Ну, а ты, Джун, – с улыбкой посмотрела на брата девушка, – чем занимался ты?

- Да особо ничем, – пожал плечами подросток.

- Что ж, пойду к себе, – решила Лера, но брат сказал.

- Матушка хотела видеть тебя, сестра! Ты не вышла к общей трапезе…

- А!.. Тогда сначала загляну к ней, – кивнула она и, сняв малиновые башмачки, расшитые яблоневыми цветами, оставила их на широком плоском камне перед террасой ханока и уже в белых носочках зашла в дом. Ха Юль, торопливо поклонившись наследнику, безмолвной тенью скользнула за ней.

Оставив служанку у двери покоев матери, Лера вошла, предварительно постучав по деревянной планке решетки и окликнув негромко:

- Матушка, это Со Хён! Вы хотели меня видеть?

Из глубины комнаты послышался спокойный голос госпожи Сун Хын:

- Войди, дочь моя!

 

 

Она повиновалась и увидела, что у матушки в покоях находится маленькая Гё Со. Обе – и взрослая, и малышка – сидели у низкого столика, на котором лежал лист бумаги, а сестричка держала в пальчиках тонкую кисть и что-то то ли писала, то ли рисовала на бумаге, высунув от усердия кончик розового язычка. Лера умилилась этой картине, но тут же снова сделалась серьезной и с поклоном произнесла:

- Матушка, я пришла!

Девочка подняла на нее глаза и радостно улыбнулась.

- Хорошо, Гё Со! – решила мать. – На сегодня довольно. Ты можешь идти! Но не забудь как следует промыть кисти и плотно закрыть тушь, дабы она не засохла…

- Хорошо, матушка! – звонким голоском откликнулась та, собирая лежащие на подставке кисти и укладывая их в длинную и узкую коробку-футляр.

- Оставь рисунок, дитя мое, – сказала женщина и добавила. – Пусть он как следует высохнет. Когда приедет твой отец – ты можешь порадовать его своим рисунком.

- Да, матушка, – с природной грациозностью поклонилась девочка. – Сестрица Со Хён, давай завтра покачаемся на качелях?

- Конечно, дорогая! – улыбнулась Лера. – Обязательно покачаемся!

- А потом запустим лодочки по реке? – не унималась малышка.

- По реке? – спросила тут же госпожа Сун Хын.

- Да, матушка! Ну, помните, как мы делали это прошлый раз? Тогда еще с нами братья