Наследница Звездного Света - Амали Ховард

предмет в ладони, и я судорожно вдыхаю при виде стеклянного флакона, полного Джейда. Пески, это завораживает. Поспешно я прячу флакон в карман и продолжаю поиски Рошана и Арана. Они должны быть здесь. Они должны.

Но я начинаю терять надежду, проходя мимо камеры за камерой без их следа. Вся эта территория представляет собой аккуратный лабиринт клеток. Внутри некоторых из них я видела с полдюжины заключенных из разных городов. Общее то, что все они обдолбаны. Некоторые из них в ломке, расчесывают себя до крови, как начала делать я, и царапают прутья, отчаянно желая еще. Я вздрагиваю, заглядывая в одну камеру и видя иссохшее тело, лежащее в луже собственных экскрементов. Что бы это ни было, оно мертво. И запах хуже всего, с чем я сталкивалась до сих пор. Зажав нос тыльной стороной ладони, я спешу мимо, теряя надежду с каждым шагом. Я понятия не имею, сколько времени прошло.

Может, их уже продали.

Или, может, они мертвы.

— Нет, — яростно бормочу я. Они все еще живы. Я должна в это верить.

Я держусь за надежду, двигаясь дальше к запертым комнатам с маленькими окошками в дверях, и почти падаю от облегчения, найдя Арана в предпоследней. Его глаза закрыты, цвет лица желтоватый, но грудь вздымается при каждом неглубоком вдохе. В отчаянии я заглядываю в последнюю комнату, но она пуста. Я обыскиваю пространство в поисках любого признака того, что Рошан мог быть там когда-либо. Но нет ничего — ничего, кроме решетчатого пола, скользкого от запекшейся крови. Я не знаю, насколько она свежая и его ли это. Но глубоко внутри инстинкт подсказывает мне, что он был здесь. Может, это призрачный запах бергамота, задержавшийся в спертом воздухе.

Или, может, я воображаю это, чтобы не разлететься на миллион кусков.

Аран. Помоги Арану. Он все еще жив.

Заглушая боль, я использую ключ, чтобы войти в камеру Арана.

— Аран, это я, Сурайя, — шепчу я, тряся его. — Ты слышишь меня? — Его глаза открываются и фокусируются на мне на мгновение без узнавания, прежде чем закатиться обратно в голову. Убрав очки Скава на голову, я трясу его снова. — Проснись. Где Рошан? Ты видел его?

— Еще, — стонет он.

— Проснись. — С третьим разом я менее нежна, грубо хватая его за руки. Он тоже одет только в набедренную повязку, прикрывающую низ, но мне плевать на его наготу. — Что случилось с Рошаном? Где он?

— Он ушел.

— Куда? — срочно спрашиваю я. Он закрывает глаза, выскальзывая из моей хватки. — Он мертв? — Я колеблюсь мгновение, а затем бью его по лицу. Сильно.

— Джейд... еще... пожалуйста, — умоляет он.

— Больше нет. Тебе нужно проснуться и сказать мне, куда они его увели!

Но бесполезно — он под кайфом, потерян в соблазнительных объятиях наркотика. Надеясь, что не убью его или не поджарю мозг, я кладу руки по обе стороны от висков Арана, как старуха сделала со мной. У меня нет рун или навыков мага. У меня есть только моя воля и сила моей магии.

— Пожалуйста, не умирай. — Я шепчу молитву Вене и звездам, когда крошечные раскаленно-белые искры прыгают между моими ладонями, и я представляю, как моя магия течет в голову Арана и распространяется по нему. Очищает его. Изгоняет зеленого демона из его крови.

Тело Арана бьется в конвульсиях, ультрамариновые татуированные руны вдоль его скулы становятся яркими, а затем он пугающе замирает на мгновение, затаив дыхание, прежде чем рывком сесть. Он вонзает в меня безумный взгляд, руки сжаты в кулаки и готовы к атаке, но ни звука не срывается с его открытого рта. Ничто в его поведении не говорит, что он знает, кто я. Звезды, я сломала его?

Я медленно поднимаю ладони.

— Эй, это я, Сурайя. Ты знаешь, кто ты?

— Аран Саттари, — отвечает он после долгой паузы, запоздалое узнавание вспыхивает в его глазах. — Почему ты так одета? Что ты сделала? — Он трет виски с тихим стоном. — Я чувствую себя так, будто меня ударило гребанной богами молнией.

— Вроде того, — отвечаю я и шевелю пальцами. — Ты был под кайфом от Джейда, и я выжгла его своей магией. Слушай, у нас мало времени. Ты знаешь, что случилось?

— Они взяли тебя. — Он морщится, потирая голову. — Мы сдались, и после этого я мало что помню. — Он смотрит вниз на свое полуголое тело. — Они накачали нас наркотиками?

Я киваю.

— Где Рошан?

Он зажмуривается.

— Была потасовка, потом Скав с ужасным голосом сказал забрать его для очищения.

Черт! Желчь наполняет горло. Что это значит? — Нам нужно найти его сейчас!

Аран кивает и слабо дрожит, его плечи содрогаются от последствий Джейда, и я бросаю ему свое второе оружие.

— Нам нужно раздобыть тебе одежду.

Звук приближающихся шагов заставляет нас обоих замереть.

— Ложись, — торопливо говорю я Арану. — Лицом к стене. Они пройдут мимо, если ты все еще без сознания.

Но скрип открывающейся двери эхом разносится в тишине. По моему везению, это будет тот большой капитан. Но нога, которая появляется, гораздо тоньше, как и тело, следующее за ней. Прижавшись к стене, я бью входящего Скава рукоятью кинжала по голове, и он падает как мешок с дерьмом. Струйка крови сочится из его виска, когда я затаскиваю его в камеру. Действуя быстро, мы с Араном раздеваем его.

— Одевайся, — говорю я Арану.

Я вижу, как его взгляд опускается на инъектор, пристегнутый к поясу Скава, и я осторожно снимаю его с креплений. Три из шести флаконов пусты.

— Дело не в том, что я тебе не доверяю, но я знаю, что это сделало со мной, и я не могу рисковать.

Он сглатывает, с усилием отводя взгляд.

— Нет, я понимаю.

— Вот, — говорю я и указываю на кровь на лице Скава. — Будет выглядеть более... правдоподобно, если ты нанесешь немного крови и грязи на лицо.

Он отшатывается, но делает, как я предложила, а затем встает. С его диким, окровавленным подбородком и щеками, заросшими бородой, он выглядит убедительно. Он указывает на бессознательного Скава у наших ног.

— А с ним что?

— То же, что я сделала с предыдущей, — говорю я и ввожу полный флакон Джейда ему в бедро. — Быстро, помоги мне затащить его в угол. Если повезет, они подумают, что это ты.

Затащив Скава на место, мы выскальзываем из камеры и бежим в конец помещения. Выход ведет в длинный, узкий проход с запертой дверью в другом конце, и, используя ключ с моего пояса, мы входим в следующую комнату.

И сталкиваемся лицом