Причина бессонных ночей - Даша Коэн

После нам кратко подытожили цель миссии:

— Итак, ребята «захват флага»! Ваша задача предельно проста и понятна: первым достичь знамени противника и донести его к себе на базу. Все ясно?

— Да! — заорали мы всем скопом.

И понеслось...

Мы отправились на исходную точку. Кто-то из парней по ходу движения объяснял наш тактический план игры. Кто-то сказал, что у нас уже на старте минус один боец, так как какой-то девочке внезапно стало плохо. Еще кто-то сообщил, что численного перевеса не будет, так как все же нашелся человек, который будет играть за нас.

А после мы все рассредоточились, в ожидании звукового сигнала. Поглядывали друг на друга нервно, на я даже не понимала, где есть кто. Маски, тонированные и с солнцезащитным покрытием, полностью скрывали лица. Так еще и эти объемные костюмы! Даже миниатюрная Геля была издалека похожа на борова в амуниции и с ружьем.

Атас!

И как тут кого различить? Я уже запуталась!

Но вот протрубил гонг, и в кровь выбросилась бешеная доза адреналина. Время замедлилось. Краски стали ярче. Дыхание сбилось. Тело кинуло в жар и прошило электрической волной азарта.

Хотелось победить.

Хотелось расстрелять всех противников в мясо и самой захватить флаг.

Хотелось вопить от восторга, поднимая знамя противника над своим опорником.

Хотелось снова почувствовать себя живой!

Но хрен-то там, как говорится.

Спустя уже три минуты мы оперативно и почти без боя потеряли пятерых бойцов. В последующие минут семь еще десятерых. Стремительное продвижение к штабу противника пришлось прервать и развернуться, а затем броситься в укрытие.

В этом отступлении я потеряла Гелю.

А после с ужасом наблюдала из окопа, как оставшиеся «в живых» соратники отбивают уже захваченный наш флаг. Забив на все, туда-то я и бросилась. А, будучи на точке, каким-то неведомым чудом схватила знамя и, виляя между деревьев и лабиринту покрышек, добежала до штаба, где и залегла, переводя дыхание.

Но уже спустя минуты три поняла, что вся моя команда «перебита», а я сама нахожусь почти в полном окружении.

Там, уверенный в своей победе, стоял мой враг: Хлебникова, Плаксина, Летов и остальные ребята из вражеской лиги.

А я была одна и не хотела проигрывать. Не хотела!

Яна Золотова ведь всегда на коне и в авангарде! Я так просто им не сдамся! Я буду сражаться до конца, черт их всех дери!

И только я уж было собралась выбраться из своего закутка на втором этаже бревенчатого сооружения, а там уже и открыть огонь на поражение, как передо мной мелькнула высокая тень. Жесткая рука вцепилась мне в плечо и резко дернула на себя.

А затем, приглушенный маской, рык, отдал мне приказ, которому нельзя было не подчиниться.

— За мной...

* * *

Думаю, не нужно дополнительно пояснять, что я тут же подорвалась и, прижимая к себе флаг, словно зеницу ока, припустила за своим спасителем, вдруг взявшемся из ниоткуда.

— Хэй, а ты как тут...? — крикнула я, но парень резко повернулся ко мне и прижал указательный палец к маске в районе рта, давай понять, чтобы я немедленно заткнулась, что я, разумеется, и сделала.

Ладно, пусть командует. Я разве возражаю? Главное — победа, а остальное я как-нибудь переживу.

И вот мы уже несемся по деревянной постройке прочь от противников. А когда достигаем края, то парень, не задумываясь, прыгает вниз и дает мне знак делать то же самое, но тихо. И я не смею возразить.

Сигаю и облегченное выдыхаю, когда сильные руки уверенно подхватывают мое тело, спружинившее о надувное заграждение.

И скорее в лабиринт, который тут же со всех сторон принялись обстреливать противники.

— Пригнись! — еще один рычащий приказ заставил мое тело изогнуться в три погибели, но интенсивно передвигать конечностями.

А тем временем дыхание сбилось безбожно и из горла рвались лишь сиплые хрипы. Вскипевшая кровь шарашила по мозгам, и уши закладывало от нервяка.

Огонь! Экшен!

— Стоять, — на полном ходу врезалась я в руку единственного союзника и задохнулась, пока он, даже толком не прицеливаясь из своего укрытия, произвел три метких выстрела.

А мне только и пришлось, что восхищённо чертыхнуться, ибо все они попали в цель, выводя из игры троих наших врагов.

Вау!

— Они в лабиринте из покрышек! — заорал кто-то от нашего штаба, и я содрогнулась, так как орава врагов под грозный рев понеслась на нас.

Я запищала и зажмурилась, а затем слепо закрутила головой, не понимая уже, куда стрелять. Благо в моей команде был один вменяемый и опытный боец, который быстро привел меня в чувство.

И мы снова побежали.

Стремительно!

Почти не останавливаясь, завиляли в лабиринте голых деревьев, пока не спрыгнули в окоп и не погнали уже по нему, увязая в талой грязи. А там уж достигли возвышения доты, где мой напарник парой точных выстрелов уложил еще двух противников, которые нагоняли нас в высоком сухом камыше.

Но только мы припустили на полном ходу дальше, как рядом с моим ухом просвистела сначала одна пуля, а за ней и еще штуки три, если не больше, окрашивая деревянный частокол какой-то изгороди в разноцветные краски.

Я завизжала натурально, как резаное порося, и рухнула на грязную прошлогоднюю листву, группируясь где-то с обратной стороны дерева. И молясь, чтобы за меня поквитались.

И не ошиблась.

— Летов, сука! — прорычал парень, перекатившись, как в каком-то чертовом блокбастере через голову и заняв выгодное положение для стрельбы у соседнего дерева. Целился секунды две, не больше, а затем все-таки нажал на курок.

Все лишь раз.

И я облегченно вздохнула, услышав разъяренный вопль от полуразвалившегося ЗИЛа, который стоял в некотором отдалении от нас.

— Мудак! — заорал, как я интуитивно поняла, пораженный Захар.

А я улыбнулась блаженно и прошептала, прижимая флаг к своей груди и едва ли не млея, словно кисейная барышня.

— Мой герой!

Но, черт возьми, где еще я так наглотаюсь адреналином и уверенностью, что за меня всех порвут? В жизни такого не бывает, а вот тут в этой глупой игре, с беготней по грязному весеннему лесу можно было представить, что мир наполнен чудесами.

И настоящими мужчинами со стальными яйцами!

Черт возьми, у меня даже сердце скулить перестало и осоловело замерло, наблюдая за всем этим потрясающим действом.

Боже, боже...

Вот только томные охи и вздохи пришлось практически сразу же отставить в сторону, потому что до меня эхом донеслась ужасная новость о том, что именно я стала