Магия предательства - Бритт Эндрюс

Нам нужно было поскорее найти Лори, её знания о демонах и Ларсоне будут иметь решающее значение для возвращения Сэйдж. Сэйдж, блядь. Выражение её лица, боль и обида. Когда она плакала, казалось, что мое сердце пронзают ножом, а когда она кричала и билась в хватке этого ублюдка, умоляя… вот тогда мое сердце разбилось, и в тот момент я так люто ненавидел себя за то, что несу хоть каплю ответственности за то, что она оказалась в такой ситуации.

Моя маленькая ведьма. Которую я обещал защищать. Боги, как же эпично я всё проебал.

Я последовал за Фишером, когда он плавно свернул на подъездную дорожку коттеджа. Мой живот скрутило от страха и сожаления.

Золотистый свет падал на траву из большого кухонного окна, и я понял, что кто-то есть дома. И раз уж это была не моя малышка, это могла быть только Бетти. Вероятно, она готовила ужин для всех. Она давала нам личное пространство, но часто ужинала с нами.

Мы все припарковались и слезли с байков. Кай и Фишер встали по обе стороны от меня, глядя на коттедж.

— Я захватил ожерелье перед уходом… Это будет жестоко, мужик, — тихо сказал Кай.

— Ага. Но мы это сделаем. Больше никаких секретов, — ответил я, настраиваясь на то, чтобы войти туда и разбить сердце старушки.

— Давайте сделаем это, — отстраненный голос Фишера заставил меня посмотреть на него, и когда наши глаза встретились, я сглотнул ком в горле от того потемневшего, безумного взгляда в них. Мы не можем допустить повторения того, что случилось в прошлый раз, когда он слетел с катушек.

— Ты в норме, брат? — спросил я, изучая выражение его лица. Уголок его рта дернулся в пугающей усмешке, совершенно неуместной в нашей ситуации, и без Слоана, который обычно делал то, что возвращало Фишера из тьмы, я не знал, что мы, блядь, будем делать.

— Я великолепен.

Он оттолкнулся от нас, открыл москитную сетку и скрылся в доме. Я понимал, что мне, наверное, стоило бы больше беспокоиться о том, что без Слоана ему будет трудно быстро справиться с этой тьмой. Однако далекие раскаты грома и вспышки молний вокруг служили мучительным напоминанием о том, что у меня тоже есть проблемы, на которых придется сосредоточиться. Плюс нужно придумать, как мы вернем Сэйдж.

Мы были ебаной катастрофой. Кая разрывала на части связь истинных, так что Фишеру придется сражаться со своими демонами в одиночку.

— Кам… — предупреждающе произнес Кай. В его голосе слышалось беспокойство.

— Я знаю. С ним всё будет в порядке. Ему просто нужно время, чтобы прийти в норму, просто… приглядывай за ним, ладно? — Я похлопал Кая по спине, и мы вошли в дом. Пахло чем-то восхитительным, и мой желудок благодарно заурчал, но от мыслей о еде в такое время я почувствовал себя мудаком. Накормят ли они Сэйдж? Будет ли она пленницей?

Бетти была на кухне, как я и предполагал. Блядь, то, как мы вошли в комнату, заставило меня почувствовать себя каким-то предвестником разрушений (что, полагаю, было вполне уместно), но я не хотел разрушать эту женщину. Она замерла и внимательно посмотрела на нас.

— Сегодня я приготовила пармиджану из баклажанов, — объяснила она, указывая на форму для запекания на плите.

— Бетти, — начал я, но она отмахнулась от меня, отвернувшись, чтобы достать тарелки из шкафа. Она не смотрела на меня, хотя обычно ей было трудно оторвать от меня взгляд. Она знает. Она знает, что случилось что-то ужасное.

— Мальчики, вы не могли бы накрыть на стол? Сэйдж всё еще на улице? Я закончила все дела в саду сегодня днем, так что ей не нужно там сейчас ковыряться. Кай, позовешь её? — Она обогнула островок с тарелками и направилась прямиком к столу.

— Бетти, — сказал я на этот раз тверже, и она застыла на месте, — нам нужно поговорить, ладно? Присядьте, пожалуйста.

— Где она? — выдохнула она, ставя тарелки на стол и опускаясь на стул.

— Забрали. Её забрали сегодня вечером, — подтвердил я, и мы все увидели, как её лицо побледнело.

Скрип над нашими головами заставил нас поднять глаза, и я навострил уши, прислушиваясь, не оседает ли это просто старый дом. Но затем безошибочные звуки чьих-то шагов наверху включили наши инстинкты. Кай немедленно двинулся к лестнице, несомненно, используя свои чувства, чтобы попытаться понять, кто там.

— Кто наверху, Бетти? — тихо спросил я.

— Гостья. Вам троим лучше сесть и начать говорить, пока у меня не случился ПВ.

— Что такое ПВ? — спросил Фишер, растерянный, но в то же время заинтригованный, опускаясь на стул за столом.

— Припадок Ведьмы. И поверьте мне, вы не хотите этого видеть, — предупредила она, но я почувствовал себя немного спокойнее, зная, что ей известно, кто находится наверху, и часть напряжения в груди спала.

Я позвал Кая, велев ему присоединиться к нам за столом. Как только мы все сели, Бетти не стала терять ни секунды.

— Кому-то лучше начать говорить, или я начну надирать задницы, — пригрозила она, и я не сомневался, что она не шутит.

Кай встретился со мной взглядом, его боль была очевидна. Фишер внезапно невероятно заинтересовался своими ногтями, так что я взял инициативу на себя и начал всё ей рассказывать. Это было жестоко. Наблюдать за тем, как она осознает, насколько глубоко мы ранили её внучку. Как сильно мы облажались. Как я не смог её защитить. Еще одна, кого я подвел.

Мы как раз дошли до того момента, когда Хол раскрыл, что он отец Сэйдж, как тот, кто был наверху, начал спускаться по лестнице. Скрип и стоны старых деревянных ступеней были такими громкими, что выдали бы даже паука, ползущего по ним. Мы втроем обернулись, чтобы посмотреть, кто эта гостья, и я едва не опрокинул стул от того, как быстро вскочил с места.

— Что, во имя сосков Нептуна, вы делаете? — рявкнула Ба, когда мы втроем выстроили стену из мускулов и магии между ней и женщиной, которая стала причиной всей этой ебаной ситуации.

— Вы, — прорычал я, и окна яростно задрожали от громоподобного раската, который я обрушил с небес.

Её каштановые волосы были распущены, спадая мягкими локонами до ключиц. У них с Сэйдж была одинаковая форма лица и изгиб бровей. Обе были рыжими, хотя цвет волос Сэйдж был немного светлее, чем у её матери. Я мог заметить нотки сходства теперь, когда присматривался, но они были слабыми. Она была