Благородные устремления - Анастасия Медведева

- Это замечательно! Как бы ни повернулась к тебе удача внутри поместья - иметь надежный тыл крайне важно! - восклицает Вэнь.

- Нужно передать послание на ту сторону, - сворачиваю бумагу и убираю в рукав, чтобы позже сжечь в комнате. - Сегодня господин решил нанести визит вежливости моей семье на постоялом дворе... значит, нужно успеть всё сделать до его возвращения!

- Что ты собираешься делать за спиной генерала Ха’гона? - звучит совсем близко надменный голос мачехи.

Поворачиваю голову и с изумлением смотрю на третью госпожу Сэйра, вошедшую на территорию поместья через вход для просителей.

- Как вас пропустила стража на воротах? - удивленно спрашиваю, зная, что подчиненные генерала всегда охраняют проход до самого его закрытия - после ухода последних гостей.

- Что за странные вопросы? Я сказала им, что являюсь твоей матерью по закону! - вздёргивает нос мачеха.

- Вэнь, иди сделай выговор охране. И скажи, чтобы передали всем - никого из моих родственников нельзя пропускать в поместье без нашего с господином разрешения, - направляю подругу, нисколько не стесняясь своей гостьи.

- Это как понимать? - изумлению мачехи нет предела, когда она провожает Вэнь пораженным взглядом. - Ты закрываешь двери перед своей роднёй?

- Моей роднёй вы лично не являетесь. А мой отец никогда не позволит себе зайти в чужой дом без разрешения, - отвечаю спокойно и добавляю, - как бы он ни относился ко мне.

- Это ли чужой дом?.. Это задний двор поместья генерала, куда тебя выгнали из главных покоев! Мне ли не знать?! - фыркает мачеха, поднимаясь по ступеням в беседку и садясь на сиденье напротив меня.

- Тем более! Если вы знаете, что меня выгнали из главных покоев - как рискнули прийти ко мне, на задний двор после того, как вас самих вчера выпроводили из поместья? - решив не спорить с ней, спрашиваю ровным голосом.

Хотя мне любопытно, откуда у неё такие «знания»? Последняя наша встреча произошла на торговой улице у лавки с украшениями - когда генерал провозил меня мимо на своём коне.

- Да как ты смеешь? - без злобы усмехается мачеха, не испытывая никакого смущения и явно ощущая себя хозяйкой если не этого места, то положения - точно. - Наша семья тянет тебе руку помощи, а ты огрызаешься!

- Как точно вы отделили меня от «вашей» семьи, - наливая себе чая в маленькую чашечку, произношу бесстрастно, - раз вы так тонко понимаете все наши взаимоотношения, почему бы вам не понять так же, что ваша помощь мне не нужна?

Некоторое время третья госпожа смотрит на меня крайне внимательно, но затем качает головой и сбрасывает сомнения, как наваждение.

- Можешь не притворяться сильной, вчера ты выдала себя своим страхом и отчаянием в глазах. Тебе осталось лишь выбрать, какой будет твоя судьба - и я здесь для того, чтобы направить тебя на верный путь до того, как генерал войдёт в гостевой зал и сделает свой собственный выбор, - произносит она, пальцем подталкивая ко мне вторую чашу.

Игнорирую этот жест и начинаю пить из своей.

- Господин непременно сделает свой собственный выбор, - отзываюсь негромко, - и я предлагаю вам не пытаться указать ему путь - а дождаться момента, когда мы придём с визитом.

- Маленькая неблагодарная дрянь, думаешь, сможешь умилостивить его и сделать своим союзником? Или, может, думаешь, что ваше вчерашнее представление впечатлило меня? Мне ли не знать, что мужчины, как и женщины, порой вынуждены делать вид, что в их семье любовь и гармония?..

- Раз вы так уверены в своём видении нашего брака, вам здесь делать нечего, - протягиваю руку в сторону ворот.

- Ты должна уступить место одной из своих сестёр! В противном случае останешься моей рабыней до конца своей жизни!!! - теряет терпение мачеха.

- Как много вы о себе думаете... - удивляюсь, впрочем, довольно равнодушно, - и почему-то уверены, что я не смогу стать полезной Первой госпоже нашего дома и не лишу вас всей власти - с таким трудом приобретенной!

- У тебя не будет ни одной возможности выступить против меня! В моих силах разрушить всю твою жизнь - даже твой краткосрочный союз с генералом, добытый путём больших стараний в его постели!

Моё лицо невольно искажается от подобной пошлости, высказанной вслух.

- Такова ваша жизнь, третья госпожа Сэйра? - спрашиваю у неё с лёгким отвращением в голосе.

Лицо мачехи краснеет от гнева, когда она понимает, к чему я клоню - и как использовала её