Благородные устремления - Анастасия Медведева

- Они хотят здесь что-то построить... - доходит до меня через некоторое время.

- Что? - кричит вэйтарка в ответ.

Нельзя ей пока об этом знать!

- Говорю: на той горной стороне есть чайные плантации - найди их; там работают наши люди. И если что-то понадобится, обращайся к ним! - отзываюсь.

- Хорошо! Но что сказать, чтобы меня признали? - спрашивает женщина.

- Скажи, что ты от Лулу. Они поймут, - отвечаю и начинаю отходить, поскольку время уже поджимало. - Прощай, мастерица! И пусть тебе в твоих делах сопутствует удача!

- Прощай, Лулу! Товар будет ждать тебя на твоих плантациях через пару недель, - с улыбкой произносит женщина и уходит, быстро скрываясь за валунами.

Прибавляю шаг, чтобы пересечь открытую местность как можно скорее. Кожу под рукавом обжигает письмо отцу, которое я должна оставить в таверне. А на сердце теплеет от мысли, что Вэйтарцы не живут ненавистью к нам... Более того, эта конкретная вэйтарка относится ко мне лучше, чем мои родные сестры и мачеха! А, может, даже лучше, чем родной отец...

Добираюсь до центральных улиц и выпускаю из косы несколько прядей, чтобы те облепили лицо и скрыли его овал. Я вспотела, пока шла, так что воплотить задуманное не составило труда! Передаю письмо управляющему постоялого двора, предварительно сообщив, что оно направлено из поместья генерала - чтобы меня точно приняли и выслушали... после чего наказываю передать его точно в руки господина Сэйра - и никому другому! Мы сегодня встретимся с мачехой и успеем рассориться ещё больше, если генерал меня поддержит, но в письме к отцу хватит и упоминаний обстоятельств первой встречи.

Покидаю постоялый двор поспешно, боясь случайной встречи с родственниками, и уже на ступеньках успеваю заметить знакомый силуэт человека с тростью, только вышедшего из экипажа...

Советник Наместника? Здесь?!...

Чем он таким занят, что шатается по трактирам и постоялым дворам с утра до вечера?

Не знаю, успел ли он увидеть меня, но ускоряю шаг настолько, насколько это возможно - и тут же теряюсь в толпе. Почти бегу обратно в поместье! И даже успеваю обежать его, чтобы зайти в калитку для слуг, как слышу топот копыт позади и резко останавливаюсь перед самым входом. Если позади меня тот, о ком я думаю, то Лулу не может зайти в поместье, а потом исчезнуть! Делаю вид, что выхожу из калитки для слуг и иду обратно... вижу породистого коня впереди... слишком знакомого для того, чтобы не узнать его. Это конь господина! Бросаю взгляд наверх - и впрямь, он! Смотрит на меня сверху вниз! Всем телом ощущаю тяжесть его внимания к моей скромной фигуре... Киваю, не зная, как должна приветствовать генерала, которого вроде как никогда в жизни не видела и могу лишь догадываться о том - он ли сейчас передо мной?! Затем поспешно ухожу, ощущая на себе пристальный взгляд господина и его верного слуги.

Когда вновь огибаю поместье, с изумлением наблюдаю, как сверху ко мне летит деревянная лестница. Кое-как ловлю её, не давая упасть...

Это Вэнь!

Помогает мне с той стороны!

- Быстрее, Амай! Пока они не решили ехать за тобой!!! - шипит подруга с территории внутреннего двора.

Стремительно поднимаюсь наверх, подобрав юбки, перетаскиваю лестницу и почти лечу по ней вниз, не задавая вопросов о том, с какой смотровой башни Вэнь вообще меня увидела и как давно хранит лестницу для переправы через высокие ворота на заднем дворе?

- Беги в купальню и мойся, я спрячу лестницу!!! - продолжает шипеть Вэнь, и я мчусь в поместье, на ходу расплетая грязные косы. Ступив на порог дома, уже развязываю верхние одежды и слышу, как в ворота стучат...

Проклятье! Бегу внутрь, раздеваюсь, начинаю метаться по комнате, не понимая, куда можно спрятать вещи служанки - бросаю их прямо в купель, и забираюсь в воду с головой, подминая их себе под ноги. Неистово тру голову, стирая с волос краситель. Вода хоть и до сих пор горячая, но явно остыла за то время, пока Вэнь ждала меня... а я должна выглядеть сильно распаренной! Тру лицо ещё неистовей, чтобы добиться не здорового румянца вследствие долгого пребывания в воде.

Генерал заходит в купальню в тот момент, когда я первый раз выныриваю наружу.

- Мой господин! - восклицаю сбившимся от волнения голосом.

- Что у тебя с лицом? - сведя брови, спрашивает Итай.

- А что с ним? Оно слишком красное?