Одна жизнь – одна любовь - Саша Вандэр

– «Хрустальный тигр»? Ты серьезно? Саня, ты соображаешь, что предлагаешь? – он прищурил свои глаза в недоверии. – Тебя не только я, но и Мира убьет на месте. Ты по дорожке Андрея пойти решил? Что, если у тебя не получится в плюс уйти и все просрешь в этом казино?

– Тогда предлагай альтернативу. Макс, никто не знает, что у тех людей на уме. Они могут забрать Миру за неуплату долга и заставить ее отрабатывать его или еще хуже… – Саша замолчал.

– Да-а уж… Тогда я в деле. Одного тебя не отпущу, а деньги займу у мамы, пока втайне от отца. Все равно же потом отдадите, как квартиру Миры купят. Поэтому пора нам с тобой принарядиться. Погнали до меня, там подберем себе костюмы, обсудим схему, как работаем. Ну и заодно придется поговорить с моей мамой. Остается надеяться на удачу. Хотя ты, Сашка, фартовый по жизни, – Максим засмеялся и, встав со стула, похлопал его по спине, а затем открыл холодильник. – Я жрать хочу, а у тебя, как обычно, мышь повесилась.

Саша мысленно поблагодарил судьбу за то, что ему достался такой друг, который идет с ним и в огонь, и в воду. Теперь оставалось дело за малым: верить в колесо фортуны, которое должно встать на сторону парней и помочь как-то выиграть достаточную сумму денег.

Они подъехали к дому, где жило семейство Ветровых. Их район отличался от того, в котором жил Саша. Детские площадки в разы отличались от тех, что находились в простых районах. Газоны и кусты были аккуратно подстрижены. Дорожки были украшены клумбами с различными видами цветов. Все это придавало этому месту яркие краски, изящество и богатство. Здесь была подземная парковочная зона, но Макс не стал туда заезжать. Он припарковался напротив своего подъезда, и они вышли из машины.

На пороге их встретила мама Макса. Она теперь была ниже Саши и маленько прибавила в весе, но это никак не повлияло на ее красоту. Ее собранные чуть завитые волосы были такими же темными, как у сына. Голубые глаза с лисьим разрезом все так же смотрели на Сашу с теплотой и любовью. Маленький носик и пухлые губы идеально гармонировали друг с другом. Ветрова Виктория Борисовна была для Саши второй матерью.

– Здравствуй, Саша! – крепко обняла его мама Макса. – Ты чего совсем пропал-то? Не заходишь, совсем забыл про тетку свою. Этот оболтус так и вообще сутками напролет пропадает со своей девушкой. Хоть бы познакомил ее с родной матерью.

– Мам, ну ты че как маленькая, – Максим закатил глаза.

– Вот видишь, Саша. Совсем с матерью не считается. Максим, я должна знать, с кем мой сын встречается. Девки-то пошли какие? Им только денег подавай: то шмоток, то машин. Ужас! – возмутилась Виктория Борисовна.

– Тетя Вика, не переживайте. Ваш сын в хороших руках, а девушка вам понравится. Скоро свадьбу сыграют и внуков вам нарожают, – улыбнулся Саша, глядя на Максима, а тот потирал переносицу средним пальцем и ухмылялся ему в ответ.

– Ой, страсти господни. Кому такой разгильдяй приглянулся?

– Мам, есть что пожрать? Сейчас сдохну с голода, и тогда некому будет продолжать наш род, – спросил Максим, проходя на кухню.

– Вот паразит! И вот на этого кто-то глаз положил? Поверить не могу. Ой, Саша, проходи скорее в кухню. Я сегодня таких вкусных пирожков напекла. Совсем худенький стал, – женщина засеменила впереди него и стала копошиться на кухне, накрывая на стол.

Максим уже набивал щеки, за что получил подзатыльник от своей матери. Этим жестом тетя Вика напоминала Леру, и Саше стало смешно. Глядя на маму Макса, он не в первый раз ловил себя на мысли, что в его жизни не хватало простой материнской любви. Ему хотелось почувствовать заботу, приходя домой, чтобы мама угощала его своей стряпней и интересовалась, как прошел его день. Но жизнь распорядилась по-своему… Поэтому Саше приходилось лишь наблюдать со стороны и думать про себя, как повезло его другу с родителями.

Поужинав, Саша поделился с мамой Макса своей проблемой. Виктория Борисовна была не в шоке, а в ужасе от того, в какие неприятности вляпалась девчонка. Она время от времени то ахала, то вздыхала и качала головой. Когда он закончил свой рассказ, на кухне повисла тишина.

– Теть Вик, я понимаю, вы не обязаны мне помогать, – Саша первым нарушил долгое молчание. – Вы многое сделали для меня, и я очень благодарен вам и ценю вашу заботу. Бросить свою девушку в беде – скотский поступок по отношению к ней. Разве любимых предают и бросают, когда у тех наступает черная полоса? Я не могу по-другому, поэтому прошу вас одолжить денег взаймы. Позже я все верну.

– Мам, помнишь, ты всегда говорила, что лучше рассказать о проблемах близким, чем держать их в себе? Ты учила нас, что в семье мы должны поддерживать друг друга и что никакая неприятность не должна оставаться тайной. Вместе мы сила, а значит, и решение найдется, – вклинился в разговор Макс.

– Да вы что? Думали, что я брошу вас, моих детей, в беде? – стукнула со злостью кулаком по столу Виктория Борисовна. – Знаете, отчего я в бешенстве? Да вы, негодяи, скрывали своих девушек от меня! Ни один из вас не соизволил с ними меня познакомить.

Саша и Максим переглянулись с удивленными глазами. Их повергло в некий ступор то, что причиной негодования женщины стали их отношения с девушками. Такого поворота событий никто не ожидал. Максим закатился от смеха, а Саша покраснел, как подросток, которого поймали за чем-то непристойным.

– Нет! Ты глянь на него! Он еще ржет, – Виктория, смеясь, слегка ударила Максима по затылку, а потом ее лицо стало серьезным. – Значит, так. Слушайте меня внимательно. Саша, ты молодец, что пытаешься помочь своей Мирославе. Хочу тебя спросить, ты же осознаешь всю серьезность ситуации и насколько это может быть опасно?

– Очень опасно… – Саша скрестил руки на груди. – От этих людей лучше держаться подальше, потому что они запросто, по щелчку своих пальцев, могут раздавить меня, как насекомое. Но… Я должен попытаться помочь своей Мирославе. Она значит для меня все.

– Денег я вам дам. Отцу ничего говорить не будем, – обратилась она к сыну. – Прошу вас, если что-то будет вам угрожать, дайте сразу знать мне или полиции.

Женщина вышла из кухни, оставив парней наедине. Макс пошел в ванную, чтобы принять душ, а Саша ждал своей очереди.

В комнате Максима они стояли перед кроватью и прикидывали, в чем им идти. Игорное заведение требовало особого дресс-кода, и прийти туда абы в чем было бы дурным тоном.

Максим для себя достал