Дом холодных сердец - Тея Авари

– Ты испортил мне ритуал, – произнес средний брат.

На миг что-то переменилось в темноте, и Милтос почувствовал нутром. Его взгляд скользнул к прижавшейся к стене Астэс, и в тот же миг летучие мыши снова набросились на рыжего, а сам Кассий метнулся к девочке.

– Хорошо, что у меня есть запасной вариант! – пророкотал он.

– Милтос! – снова прокричала девочка, когда когтистые руки обхватили ее.

Последним своим усилием рыжий выпустил крылья. Хлопая и разгоняя воздух, они разметали мышей по стенам, и Милтос бросился на Кассия. В одно мгновение голова предателя полетела в сторону и укатилась в угол гостиной. Но это был еще не конец.

– Думаешь, это так просто, убить меня? – рассмеялась голова. – Ты слишком юн и наивен… – На безумном лице Кассия улыбка превратилась в злобную гримасу. – Убейте же его!

Услышав приказ, мыши снова кинулись на Милтоса. Рой ночных тварей окружил младшего брата, стремясь по кусочкам растащить на части, не оставив ничего, даже малейшей частички. Он отбивался от них крыльями, руками, клыками, но зверей было слишком много. Проворные и бесстрашные, они легко уходили от него, ныряя в темноту зала и возвращаясь вновь.

– Торн, Торн, – в ужасе шептала в углу дрожащая Астэс, пытаясь снова приручить свою силу. Однако та отказывалась ее слушать, оставаясь безучастной к творящемуся вокруг кошмару, вершившемуся наяву.

Торн, способный слышать, чувствовать, но не видеть, тщетно стремился вырваться из своих пут, стремясь на помощь гибнущему брату и Еве. Он отчаянно бился в темном коконе поработившего его заклятья с беззвучным рыком, застрявшим в горле. И все, что ему было дано, – лишь услышать финальный затихающий крик брата, сопровождающий его в вечное небытие. И затем – громкий, отчаянный, проникающий в самую душу крик Астэс.

Все было кончено. Милтоса больше не было, а Кассий…

Мыши подхватили его голову и понесли к беспомощно растянувшемуся на полу туловищу. Словно стараясь им помочь, следом плыл призрак возлюбленной Авроры. Астэс зажмурилась, в ужасе ожидая рождения чудовища, что некогда было мирным братом Кассием.

Но что-то пошло не так. В разом наступившей тишине раздалось влажное чавканье, и Астэс услышала, как на высокой ноте завопил призрак.

– Что ж, двое принесены в жертву во славу великой Ламии, – темноту прорезал спокойный, но предвкушающий голос Тенебраэ.

Девочка открыла глаза и увидела, как фигура древнего вампира парит в воздухе над бездыханным телом Кассия. Из каждой раны вампира-предателя вытекала кровь и, словно живая, собиралась в маленькие бусинки, сливающиеся друг с другом и образующие ручей, текущий к Отцу.

Тенебраэ был тем, кто дал им новую жизнь, подарив свою кровь. Тенебраэ был тем, кто мог все отнять. Горящий адским пламенем взор древнего вампира прожег оставшегося старшего брата, стоявшего на коленях и обездвиженного темным вихрем заклинания.

Тенебраэ довольно прикрыл глаза. Все шло по плану.

– Теперь твоя очередь, Торн…

Глава четырнадцатая

Медленно и неторопливо древний вампир подобрал с пола кубок, выроненный Кассием. На дне застыли черные капли. Тенебраэ провел пальцем по гладкой поверхности чаши, собирая ведьминскую кровь, кончиком языка попробовал на вкус.

– Недурно, – невесть кому сообщил он и направился прямиком к своему старшему сыну, отродью, некогда так сопротивлявшемуся своей судьбе.

Губы Тенебраэ разомкнулись, и в тишине гостиной начало сплетаться новое, доселе никому не ведомое заклинание. Оно не было записано в гримуарах, не хранилось в библиотеках, не передавалось из уст в уста. Оно хранилось лишь в памяти самого Тенебраэ. Голос вампира стал низким, рокочущим, когда он произносил эти строки.

Астэс, наблюдающая за творящимся кошмаром из своего угла, не знала, как поступить. Убежать? Злобный старик заметит и, скорее всего, убьет ее. Даже если удастся тихонечко улизнуть, что будет с Евой и Альбой? Обе сейчас лежали на полу без сознания. В груди Альбы все еще торчал кинжал, а вокруг растекалась лужа крови.

Что же делать? Личико напряглось от усилий. Альба не верила в ее интуицию, но вот сама девочка решила ей последовать. Пока Тенебраэ насмехался над обездвиженным Торном, Астэс, прячась в тенях гостиной, на четвереньках осторожно подползла к Альбе.

С Евой все было еще хуже. Призрак больше не донимал девушку, он куда-то исчез, но как только старый вампир начал читать какое-то заклятье, черты Евы изменились, искажаясь в жуткой гримасе, словно она стала одержима. Веки распахнулись, и вместо кристально-голубой радужки в глазах засветился зеленый свет.

Стараясь не думать о плохом, Астэс протянула руки к Альбе и, приложив немалое усилие, вытащила из груди наставницы кинжал.

Тенебраэ словно почувствовал чужое присутствие, но даже не повернул головы. Зачем? Ведь все и без того кончено.

– Кто бы ты ни был, ты опоздал. – Вампир протянул ладонь в сторону Торна, чтобы принести его, последнего брата, в жертву темной богине, и обернулся к телу Евы, которое билось в судорогах, приводя на свет темную богиню. – Пусть воскреснет моя госпожа, великая Ламия, Матерь всех Тварей!

Щупальца темной силы под одобрительным взглядом Тенебраэ с удвоенным усердием сомкнулись на горле Торна. Из глаз, из носа, изо рта старшего хлынула кровь, возвращаясь к Отцу, Тенебраэ. Торн забился в муках – ему оставалось жить считаные секунды.

Но вдруг нечто вынырнуло из темноты, тяжелым грузом упало на плечи Тенебраэ, вцепилось в его шею.

– Не так скоро, мерзкий старикашка, – прошипела Веспер старому вампиру в ухо. – Только я могу играться с этим парнем. Он мой!

С этими словами вампирица впилась зубами в шею Тенебраэ. Он был силен, но и ее кровь принадлежала некогда могущественным Каэдэс. Атрей дал ей силу, и в ней она осталась.

Древний вампир зарычал. Невозмутимость и спокойствие разом схлынули с него, мигом превратив благообразного джентльмена в разъяренное чудовище с горящими глазами и длинными, как ножи, клыками.

– Пошла прочь! – Тенебраэ скинул с себя хрупкую на первый взгляд Веспер и отшвырнул в сторону.

– Ты приняла не ту сторону, ведьма, – рыкнул он.

– Я так не думаю. – Губы вампирицы растянулись в издевательской ухмылке. – Скорее, я думаю, что твоим древним костям пора на покой, жалкий пес.

Она снова ринулась в бой, и между двумя вампирами завязалась жестокая схватка, поглотившая их самих и их силы без остатка. Тенебраэ сыпал ударами и проклятьями, а Веспер умело добавляла к своим когтям короткие заклинания. Не все они действовали на древнего вампира, зато знатно его злили. Пора было заканчивать, пора. Еще чуть-чуть, и Кровавая