Без права на побег - Елена Леонтович

странном опыте — помощи роженице из семьи магов, практиковавших вуду. Удивительно, что оба события произошли в один и тот же день. Но позже никаких эксцессов не случалось, и молодая пара постепенно вернулась к привычной жизни.

Однако Лита всё чаще отмечала перемены в атмосфере «Святого Мунго». В приёмном отделении становилось тревожно оживлённо: слишком много пациентов с тяжёлыми травмами и редкими, специфическими проклятиями. Девушка всё чаще ловила себя на мысли — так ли выглядела магическая война?

Тем временем Шаффик принял у неё итоговые экзамены по малефицистике, и обучение перешло на новый этап — репродуктивную магию. Эта область целительской практики включала сложные ритуалы и особые зелья, выравнивающие магический потенциал супругов, а также коррекцию женских и мужских патологий. Объём знаний был огромен, и Лита вновь пропала в библиотеке, штудируя книги по указанию мастера. Лишь после того как все задания были выполнены, она вернулась к дежурствам — и тогда особенно отчётливо заметила: количество пострадавших с боевыми травмами и проклятиями продолжает расти.

— Север, как думаешь… вот это и есть магическая война? — Лита откинулась на спинку стула, крутя вилку в пальцах. В её голосе звучала тревога, которую она уже не могла скрывать.

— Понятия не имею, — ответил он без особого интереса, пожав плечами. — Ты же знаешь, я в лаборатории пропадаю целыми днями. — Он сделал глоток чая и как бы между делом добавил: — Разве что в том тренировочном лагере для молодёжи, куда я приходил ставить боевые чары, теперь идёт настоящая муштра.

— Лагерь? — насторожилась Лита. — Где именно?

— За Лютным, на свободных землях, — бросил Северус рассеянно.

— Лютный — это… Ноктюрн-аллея? — уточнила она, нахмурив брови.

— Нет, конечно. — Северус усмехнулся. — Лютный — один из переулков между Косой и Ноктюрн аллеями. Там есть проход в целую локацию: фермы, деревушки, да и просто полно народа. Авроры туда нос не кажут. Вот на одной из ферм и находится лагерь мистера Риддла.

Лита резко привстала и схватила мужа за руку, сжала пальцы на его запястье и уставилась на рукав.

— Ну-ка, показывай! — её глаза метали искры. — Вдруг ты метку прячешь? Северус хохотнул и покорно закатал рукава, открывая предплечья — чистые, без следа каких-либо символов.

— Нет у меня метки, — с улыбкой сказал он. — Я что, сам себе враг?

Он помолчал, а затем нахмурился:

— Хотя… Люциус последнее время стал делать странные намёки. Всё про «великую миссию», «судьбу» и прочее.

— Поехала телега в рай! — вспыхнула Лита, хлопнув ладонью по столу так, что ложка подпрыгнула. — Он что, у вас Дамблдором покусанный?

— Иногда и похуже, — хмыкнул Северус. — Но я делаю вид, что не понимаю его намёков. Пока прокатывает. — Он устало потёр переносицу. — Да и, честно говоря, я не видел, чтобы мистер Риддл творил то, что описано в той книге, о которой ты рассказывала. Я всего лишь наёмный работник. Хотя — он скривился, — Малфоям точно не понравится, если я решу уйти на вольные хлеба.

— Знаешь, Север, — Лита посмотрела на мужа серьёзно, — похоже, мой наставник был прав. У нас меньше года, чтобы решить все свои дела и смыться куда подальше. Иначе ничего хорошего не выйдет. Тебя упекут в Азкабан и выпустят под клятвы Великому Светочу, а меня… или в расход пустят, или за кусок хлеба пырять заставят.

Северус и сам уже не раз прокручивал это в голове. Долг Малфоям он вполне мог выплатить и из-за границы — условия контракта позволяли.

— Я согласен, — тихо сказал он. — Здесь меня, кроме этого дома, ничего не держит. Если придётся срочно продать, Джамал давно предлагал за него приличную цену. Но куда мы поедем? У моей матери было наследство от её бабушки — небольшой домик в Греции, в магическом поселении. Она рассказывала, что до войны семья ездила туда отдыхать. Дом находится в деревушке на склоне над морем, рядом с узкими улочками и белёными домиками. Но вот где именно я не знаю.

— Так, — Лита тут же перешла на деловой тон, — а ты вообще откуда об этом доме знаешь? И почему Принцы не наложили на него лапу?

— Потому что это было приданое моей прабабки, выделенное ей во вдовью долю, — пояснил Северус. — На такую собственность никто из рода права не имеет, она передаётся только по завещанию. Так получилось, что дом унаследовала моя бабушка Маддалена, но во время войны ехать туда она не решилась. А потом, по её завещанию, он перешёл к моей матери. Мы собирались уехать в Грецию, когда я закончу Хогвартс. Но… — голос его дрогнул, и он осёкся. — Не повезло.

Лита мягко взяла мужа за руку. Северус до сих пор не мог отпустить боль утраты. Смерть матери стала для него раной, которая не заживала: он даже не успел попрощаться с ней. Тело было кремировано задолго до его возвращения из школы.

В голове Литы сразу нарисовалась картина: солнечная Греция, море цвета сапфира, магическое поселение, где среди обычных туристов незаметно жили волшебные семьи. Белые стены, увитые виноградом, ароматы лавра и розмарина, и домик, где они могли бы, наконец, спрятаться от всех этих интриг и чувствовать себя в безопасности.

— Север, а документы остались? — тихо спросила Лита, стараясь отвлечь мужа от тяжёлых воспоминаний.

— Да, сейчас, — кивнул он и быстро поднялся наверх. Через две минуты вернулся со шкатулкой, тёмной, с медными накладками.

Лита погрузилась в изучение бумаг. Пожелтевшие страницы пахли пылью и старым пергаментом. В документах было подробно описано строение дома, даже упоминалось название поселения, но никаких ориентиров или карты не оказалось. Теперь стало понятно, почему Северус говорил, что не знает, где именно искать этот дом. Впрочем, это не выглядело неразрешимой проблемой — придётся разбираться на месте.

— Значит так, — деловым тоном заключила она, — надо заранее продумать, каким способом мы будем покидать остров. Сейфами Гринготтса мы сможем пользоваться с континента?

Северус поднял взгляд, удивившись самому вопросу:

— Конечно. Когда я учился во Флоренции, постоянно пользовался своим сейфом. Его ещё моя мать открыла.

— Отлично, — кивнула Лита. — Тогда нужно будет связаться с Эвансами и попробовать уговорить их переехать.

— Думаю, это не так сложно, — после небольшой паузы ответил он. — Сейчас кризис, и мистеру Эвансу уже предлагали работу за границей.

Лита усмехнулась, едва заметно покачав головой:

— Там ещё миссис Эванс есть, а с ней всё куда сложнее. Но поговорить надо. Что-то мне подсказывает, что в покое их всё равно не оставят.

Северус помолчал, а потом вдруг резко сменил тему:

— Знаешь, хватит о делах. В субботу в The Dev будут играть The Cure. Давай