Найти Хейса - Лора Павлов

Хейс Вудсон.

Мой муж.

Он приехал за мной.

Прежде чем я успела что-то сообразить, я уже неслась по мосту. Его губы дрогнули в уголках, и он сбросил сумку на пол как раз в тот момент, когда я с размаху врезалась в него.

Он обхватил меня руками — одной за талию, другой за затылок — будто хотел удержать меня при себе навсегда.

Мы просто стояли, обнявшись, очень долго. А потом я отстранилась, чтобы посмотреть ему в лицо.

— Привет, муж.

— Привет, жена.

— Что ты здесь делаешь?

— Хватит с тебя времени, Сав. Я скучал и купил билет. Решил найти тебя сам.

Я уставилась на его запястье, заметив шину, и провела по ткани пальцами, поморщившись от мысли, что только что на него налетела.

— Боже мой. Я не сделала тебе больно?

— От того, что ты прыгнула мне в объятия — нет. А вот тем, что не отвечала на звонки, не говорила, что происходит, — да, больно, малышка, — он приподнял бровь и скрестил руки на груди.

Я оглянулась по сторонам — никого.

Значит, все будет прямо здесь.

— Я сегодня тоже купила билет. Хотела поговорить с тобой. Как раз собиралась за сумкой и в аэропорт.

— А вот и я, Сав. Так что, может, просто скажешь, что происходит? — он прочистил горло. — Это все слишком для тебя? Брак? Жизнь, которую мы строим? Я? Это слишком?

— Ты думаешь, для меня это слишком? — я покачала головой, не веря своим ушам.

— Я, черт побери, не знаю. Все было хорошо, когда ты уехала. По крайней мере, я так думал. Потом ты приехала сюда, вроде бы все в порядке, а потом ты просто замолчала. Перестала звонить. Твои сообщения короткие. Ты разговариваешь со мной, как с малознакомым человеком. Так что если все кончено — скажи мне это прямо сейчас. И тогда тебе придется объяснить, почему мы больше не должны быть вместе. Потому что я этого не вижу. Я люблю тебя до безумия, и меня разрывает от того, что ты отдаляешься.

Это было самое откровенное, что он когда-либо говорил за все годы, что я его знала. У меня сжалось сердце, и я взяла его руки в свои.

— Я не отдаляюсь.

— Не ври. Что-то происходит. Я чувствую это нутром. И мы не уйдем отсюда, пока ты не поговоришь со мной. Я не потеряю еще одно десятилетие. Я дома строю планы на наше будущее. Будущее, в котором хочу быть с тобой.

— Я всего-то уехала на две недели. Какие еще планы ты мог успеть построить? — я рассмеялась сквозь слезы, которые все никак не хотели останавливаться.

— Нет. Больше ничего не скажу, пока ты не откроешься, — он пожал плечами, крепко держа меня за руки, и посмотрел прямо в глаза — взгляд у него был твердый и неотступный. — Говори, что происходит.

— Они захотели сделать мне анализы… Проверить кровь, чтобы убедиться, что у меня нет ранних признаков болезни.

— Ты больна? — его глаза смягчились, в них промелькнула тревога. — Ты думала, я не буду рядом, если ты заболеешь? Сав, я ради тебя горы сверну. Мы в этом вместе.

— Хейс, я не больна.

— Тогда что? — он вскинул руки, раздраженный.

Скажи. Просто скажи. Он здесь. Он должен знать.

— Я… — я отвела взгляд, потому что увидеть в нём разочарование — значило бы потерять все. — Я беременна.

— Ты беременна? — переспросил он, и в этих словах не было ни страха, ни паники. Только… облегчение. И радость.

Я повернулась к нему.

— Да. У нас будет ребенок.

— И ты не говорила мне потому, что…?

— Ну, ты ведь не хочешь детей, да? Я была в шоке, когда узнала. Потом началась паника. Я не хочу тебя терять.

— Малышка, ты никогда меня не потеряешь. И прости, если я хоть как-то дал тебе почувствовать, что мог бы уйти от тебя или от нашего ребенка.

— Но ты ведь не хочешь детей, Хейс. А я теперь беременна. Так что где это нас оставляет?

— Оставляет нас вот здесь. Там же, где мы были, когда ты уехала, — он притянул меня к себе, одной рукой коснулся моего лица. — Сав, я никогда не думал, что вообще захочу жениться. А теперь не представляю жизни без тебя. Люди меняются. Ты изменила меня. Ты заставила меня захотеть того, о чем я даже не мечтал. То, что ты носишь под сердцем моего ребенка, вызывает у меня только счастье. И радость. Радость от будущего — с тобой. От нашей семьи.

— Ты серьезно? — я смотрела ему в глаза, ища подвох.

— У меня и у самого начали появляться мысли. О будущем с тобой, которое раньше казалось невозможным. Но теперь — нет. Меня больше не пугает такая жизнь, малышка. Меня пугает только одно, если в этой жизни не будет тебя.

Я взяла его вторую руку и положила себе на живот.

— Хорошо, что ты так думаешь. Потому что, как выяснилось, здесь двое.

— Двойня? — его улыбка расползлась до ушей, и он рассмеялся, запрокинув голову. — Это так похоже на тебя, малышка. Ты же у меня звезда. И, видимо, у меня просто охренительная сперма, раз сразу два.

Я рассмеялась, откинув голову.

— Совсем не та реакция, которую я ожидала.

— Я не всегда буду говорить или делать все правильно, но я обещаю: я всегда буду рядом. Ради тебя. Ради наших детей. Может, я и не знал, что хочу детей так же, как ты, но теперь, когда у нас будет сразу двое — это ощущается правильно. Мы с самого начала шли наперекор правилам. Поженились по расчету и влюбились. Согласились не заводить детей и вот теперь ждем двойню. А знаешь что? — он провел большими пальцами по моим щекам, вытирая слезы.

— Что? — слово прозвучало дрожащим.

— Мы будем потрясающими родителями. Потому что в нашем доме живет любовь. А этого — достаточно.

— Кто ты, и что ты сделал с моим ворчливым мужем? — я улыбнулась сквозь слезы.

— Мы с Нэшем недавно говорили, и он кое-что мне напомнил.

— Что?

— Я не хотел детей, потому что боялся. Боялся, что облажаюсь. Что стану таким же отцом, как мой. Я не хотел, чтобы мои дети прошли через то, что прошел я. Но Нэш сказал, что я уже был отцом — для Сейлор. Что я уже доказал: я могу быть лучше. Потому что она выросла потрясающей. Так что у меня получится, Сав. Я буду стараться быть для них