Нарушая правила - Анастасия Уайт

Когда я опустошаюсь, то переворачиваюсь на спину рядом с ней, убирая волосы, прилипшие к её потному лбу.

— Ты была невероятна, — шепчу я, лаская её лицо.

Я могу доминировать над ней в спальне, сколько захочу, но в глубине души я знаю, что она обладает надо мной такой властью, какой не было ни у кого раньше. Она — королева моего сердца, моего тела, моего разума. Её власть началась в ту секунду, когда она меня поцеловала, и с тех пор я боготворю землю, по которой она ходит.

Когда я с ней, у меня есть всё, что мне нужно.

Через несколько часов мы ложимся в постель — на чистые простыни — и я прижимаю её к своей груди, уткнувшись носом в её волосы. Её запах окутывает меня, смешиваясь с моим, наполняя пряностями, сексом и обещаниями.

— Белла?

— Да?

Она прижимается ко мне ещё теснее.

— Как давно ты принимаешь таблетки? — тихо спрашиваю я.

— С тех пор, как я впервые… э-э… с тех пор, как я впервые…»

Она собиралась назвать имя Миллера. Чёрт. Я закрываю глаза. Мне нужно вспомнить, что у них была общая история, что они пережили вместе несколько важных моментов своей жизни.

— Ты любила его?

— Ксандер. — Она приподнимается и смотрит на меня, положив руку мне на щёку. — Джейк был моей первой любовью, но ты — тот, кого я хочу. Я люблю тебя… и мои чувства к тебе намного сильнее и глубже, чем всё, что я когда-либо испытывала к нему.

— Я никогда никого не любил так сильно, как тебя, так что я знаю это чувство».

Её взгляд смягчается, и она прижимается губами к моим в медленном поцелуе. Когда она отстраняется, я притягиваю её к себе, пока она не оказывается у меня между ног.

— Я тут подумал… Я бы хотел познакомить тебя со своими родителями.

Всё её тело напрягается.

— Ч-что?

— Когда будешь готова, я хочу познакомить тебя со своими родителями. Они замечательные, обещаю. — Я кладу руки ей на бока и медленно опускаю их на бёдра. — Что скажешь? Хочешь познакомиться с моими родителями?

— Я бы с удовольствием. Только дай мне немного времени. — Она глубоко вздыхает, закусывая губу. Может быть, несколько недель.

— Когда тебе будет удобно. Мы не будем спешить.

Мы долго не отрываемся друг от друга, наши нежные ласки с каждой минутой становятся все более страстными. Ее руки блуждают по моей груди, выводя чернила на моей коже, и она бормочет:

— Не возражаешь, если я тебя свяжу?

Задыхаясь, я хватаю галстук с прикроватной тумбочки и поднимаю его. Через несколько секунд она снова садится на меня верхом, наклоняется и связывает мне руки. Я беру в рот ее сосок, слегка прикусывая его.

Она хватается за изголовье кровати, привязывая мои руки к нему.

— Теперь пришло время вам играть по моим правилам, мистер квотербек.

Черт возьми. Эта девушка — огонь, торнадо, соблазнительное разрушение. Она — всё.

ГЛАВА ТРИДЦАТЬ ДЕВЯТАЯ

БЕЛЛА

Ноябрь

По дороге к его родителям я стараюсь держаться спокойно. С улыбкой слушаю, как он рассказывает, что чуть не шлёпнулся лицом в асфальт, когда Мило дёрнул поводок, пока он переписывался с Дрю. Обязательно улыбаюсь, когда он упоминает запланированный марафон «Властелина Колец» — это одна из его любимых франшиз, и, оказывается, он пересматривает все шесть фильмов хотя бы раз в год. В этом году ещё не успел, а раз уже почти декабрь, то справедливо будет устроить марафон на следующей неделе.

Он никогда не говорит «нет» на мои просьбы, и я стараюсь брать с него пример. Эти отношения заслуживают всего моего времени и усилий. Для него это первый серьёзный роман, а для меня — нет, но он первый мужчина, который относится ко мне с уважением и заботой. Конечно, не все дни идеальны — мы учимся на ошибках, — но то, что я к нему чувствую, стоит любых трудностей.

— Как себя чувствуешь? — спрашивает он, обходя машину и подходя ко мне у пассажирской двери.

Я пожимаю плечами.

— Всё хорошо.

— То есть не нервничаешь? — Он набрасывает руку мне на плечи.

Я смеюсь, прижимаясь ближе. Его худи пахнет им — древесными нотами с лёгким оттенком табака. Обожаю этот запах.

— Немного.

— Не о чем переживать. Родители уже тебя обожают, — говорит он. — К тому же, тут ещё Одри и Райан. Знакомые лица должны помочь тебе успокоиться, да?

Во мне всё замирает.

Присутствие Одри не успокаивает — а наоборот, напрягает, но я не говорю об этом Ксандеру. Его сестра для него много значит, но эта женщина меня на дух не переносит, сколько бы он ни уверял в обратном.

Я неопределённо мычу.

— Они всё ещё ищут дом?

— Ага. Одри невероятно придирчива. Хочет что-то большое и просторное, но при этом уютное и комфортное. Последний вариант отвергла из-за отсутствия бассейна.

— Я думала, она мечтала о джакузи, а не о бассейне.

— В том-то и дело, — он целует меня в нос. — Не уверен, что она сама знает, чего хочет. Кроме локации — ищет дом в нашем районе.

От его слов по спине пробегает холодок. Мысль о том, что она будет так близко, вызывает тошноту.

Будто чувствуя моё беспокойство, он притягивает меня крепче.

— Всё будет хорошо, обещаю. Со мной ты в безопасности.

Мне хочется верить, но тихий голосок в глубине сознания ставит его слова под сомнение. Я заставляю себя улыбнуться.

— Я знаю.

Дом потрясающий. Белый, с чёрной крышей. Современные детали удивительно гармонируют с классической атмосферой Новой Англии. Газон ухожен, а брусчатка на подъездной дорожке выглядит свежеуложенной. Массивная деревянная дверь украшена очаровательным венком в стиле «Уорриорз» — сосновые иглы перевязаны красно-белым бантом и усыпаны миниатюрными футбольными мячиками.

— Это их дань уважения тебе?

— Ага, мама сама сделала, — отвечает он, стуча в дверь. — Говорила, что и нам такой же приготовила.

— О, это так ми…

Дверь открывается, и я оказываюсь лицом к лицу с Одри, которая улыбается во весь рот, одетая в светло-голубые джинсы и бежевый кашемировый свитер.

— Ну наконец-то, — объявляет она, глядя на брата.

— Мы как раз вовремя, — Ксандер втягивает меня в дом, затем отпускает, чтобы поцеловать сестру в щёку. — Рад видеть тебя снова дома.

— Привыкай. Март наступит быстрее, чем ты думаешь. — Затем она поворачивается