Ищу няню для папы, или Как согреть Стража Севера - Леся Рысёнок

Вообще мне чертовски страшно. Вокруг все какое-то не такое. Лес, как будто притаившийся голодный хищник. Избушки эти странные, от которых веет чем-то неприятным и пахнет так, будто там кто-то умер и разложился… Кто вообще может жить в таких условиях? Холод этот, что пробирает до костей! И ни намека на помощь!

— Я хочу помочь, — сказала Лин и не сняла, но сдвинула браслет так, чтобы кончики моих пальцев вошли под него вместе с ее худенькими ладошками, которыми она накрыла их.

И с ее рук пошло тепло, едва-едва ощутимое, но тепло. И оно согревало не столько мои пальцы, сколько успокаивало и грело что-то глубоко внутри, заставляя отступить леденящий страх. Наша принцесса Севера тратит силы на то, чтобы согреть мои озябшие пальцы. Это было так неожиданно, что я замерла и даже забыла, что была намерена не давать ребенку колдовать.

— Не знала, что ты так можешь, — как зачарованная, сказала я. — Тепло. Я думала, ты управляешь льдом.

— Верно. Но это тепло моего сердца, и я хочу поделиться им с тобой. Ты же делилась им, когда заботилась обо мне, хотя и не обязана была этого делать.

Я? Делилась теплом сердца? А оно у меня есть вообще? Тот старик уверял, что вместо сердца у меня льдина и я никого не люблю. Хотя с чего бы мне вообще вспоминать странного типа, который заставлял меня рассказывать ему сказки и уверял, что он медведь. Наверняка, он мне вообще приснился.

— Спасибо, Лин, — я аккуратно убрала руки. — Но обещай мне, что не будешь использовать лед. Я не знаю, как объяснить, но чувствую, что это опасно.

— Я постараюсь, Айна. Но некоторые вещи предрешены свыше, и никто не может избежать своей судьбы.

— Неправда, — я села вплотную к ребенку и, поскольку мне показалось, что она дрожит, не задумываясь накинула на нее гномский полушубок. — Когда я была в лесу, то встретила там одного человека, и он сказал, что судьбу можно изменить. Надо лишь внести за это плату богам. Так что раз нас ведут к щиту, то там вполне можно попросить их наказать предателей, а не делать этого самой.

— Нет, Айна, это не так работает, — улыбнулся ребенок. — Ты можешь попросить их и даже заплатить богам за это, но от судьбы ты все равно не уйдешь. Даная не хотела быть волховицей, но боги сделали так, что она все равно ею стала.

— Даная сама приняла это решение, чтобы защитить тебя. И знаешь, Лин, даже если, как сказал тот мужчина, боги все равно заберут свою жертву, то решать, как именно они ее получат, ты имеешь право.

— Это как?

— Допустим, боги получат свою плату, но как — через подлость и предательство или как дар — в этом и есть разница. Даже если кажется, что всё кончено, у нас всегда есть выбор — как встретить свою судьбу. Можно дрожать и ждать, когда тебя принесут в жертву. А можно… можно искать способ заплатить иную цену. Не свою жизнь, а что-то другое. Свою смелость. Свою хитрость. Свое терпение. Вот мы и будем терпеть, и смотреть, и слушать. А когда придет время — мы не пойдем как овцы. Мы пойдем как… как те, у кого есть что отдать. Или есть что защитить. И это будет наш выбор, а не их план. Договорились?

Линнея глубоко вдохнула, и ее плечи распрямились. Она кивнула.

— Договорились. Мы будем ждать своего часа, — сказала Лин и в её синих глазах, отражавших слабый свет из-под двери, теперь горела твердая, как лед, решимость.

А я для себя тоже приняла решение — не знаю, что задумали похитители, но девочку я им не отдам. Если Боги готовы принять плату, чтобы изменить чью-то судьбу, ну что ж, — они дали мне второй шанс, так что время платить по счетам.

Глава 42. Конец?

— Пошли, тебя ждут, — в наш чулан вошел разбойник, схватил Лин за руку и потащил за собой.

Я пошла следом, но мужчина оттолкнул меня с такой силой и злостью, что я упала. Сам выволок Лин и ушел.

Я, превозмогая боль, поднялась и принялась стучать в запертую дверь. Кричала, ругалась и кусала губы, чтобы не реветь от отчаянья. Наконец моим молитвам вняли, и в какой-то момент дверь распахнулась. Но в проеме стоял пацан-оборванец, совсем не похожий ни на одного из разбойников.

— Ты кто? — спросила я, схватив его за грудки. — Где Линнея?

— Я потерял ее. У них артефакт какой-то, скрывающий или не знаю что. Я шел за ними, шел. А потом они пропали, — сказал пацан, сам чуть не плача.

— Так ты следил за нами все это время? Зачем? — с подозрением и надеждой спросила я.

— Бри велел. Но я не справился, — кривя и кусая губы, признался паренек.

Отчаяние его было так велико, что я испугалась, что еще немного, и он разревется и ничего не расскажет.

— Куда они повели Линнею? И как ты смог догнать нас? — спросила я, отпустив его и деловито оглядываясь вокруг. Судя по тишине и тому, что мы спокойно разговариваем, в доме больше никого нет. Значит все ушли с Лин оставив меня одну. Уверены, что не сбегу или я просто не нужна бандитам? Хотя да, я же приманка, а целью была дочка князя. Я устремилась на выход, нельзя терять времени!

— Туда девочку повели, — пацан ткнул пальцем в сторону леса. — Я на Урагане за вами ехал. Это олень.

Он не выглядел так, будто врет. Но все же появление паренька могло быть провокацией. Тем более, что со статусом Бри я так и не определилась, как и не могла понять мотивов похитителей и того, чей заказ они выполняют.

— Возвращайся назад и предупреди князей, что случилось с Лин. А я пойду искать ее.

Пацан кивнул и побежал в сторону, откуда мы приехали, а я пошла к лесу.

Старалась идти как можно тише и постоянно прислушиваться, чтобы не пропустить хруст веток под ногами идущих или их разговор.

Эх, Линнея, зачем я только наговорила тебе всяких глупостей? Надо было сразу всех заморозить, а потом мы бы нашли способ, как отогреть твое сердечко! Вот пойду к Стуже и попрошу ее, чтобы она больше не мучила тебя своей магией. Дети должны быть детьми, а не бомбами замедленного действия.

Так рассуждая я вглядываясь в проблески света между деревьями, и в какой-то момент мне показалось, что я услышала детский крик. Он