Эскорт. Полюби меня за деньги - Аля Алая

— Не против, — она расплывается в улыбке, — пойду Славу найду, тоже хочу затащить его на танцпол.

— Значит, потанцевать? — оказываюсь в плотном кольце рук, развернутая и прижатая уже к мощной груди.

— Я ревную, — Роман перекидывает мои руки со своих плечей на шею, — и хочу чтобы было сразу понятно, с кем ты тут.

— Ревнуешь, — не могу сдержать улыбки, — да я же с Дашей болтала.

— Я видел ваши посиделки с Иваном, — горячие ладони обжигают талию и бедра, хорошенько их сжимают.

— Мы же на людях, — я густо краснею и пытаюсь сбросить руки с филейной части.

— Да, — он бесстыдно ухмыляется, — и все видят, что я тебя за задницу лапаю, — он возвращает мои ладони на место и продолжает медленно кружиться со мной в танце. — На тебя тут все смотрят, я видел.

Невольно озираюсь по сторонам, но ничего такого не замечаю. Или паранойя, или никто с Романом связываться не хочет.

— Поцелуй, — Рома немного наклоняется, давая мне возможность дотянуться до его губ. И я сразу тянусь, даже не раздумывая. Пальцами погружаюсь в кудрявые волосы и плотнее прижимаю к себе, всем телом льну и судорожно целую. Не знаю, почему так завожусь. Наверное, хочу того же, чего и Роман — показать окружающим женщинам, что этот мужчина занят, что он мой. А еще хочу, чтобы Снежана нас увидела и, наконец, поняла, что мои слова — не глупость.

Три танца, выступление какой-то певицы, шоу с огнем и льдом, опять танцы и мы, вконец вымотанные, уезжаем с праздника. Миша выглядит совсем уставшим и быстро провожает нас до машины, рассеянно прощаясь. Снежаны не видно, но меня это только радует. За весь праздник я столкнулась с ней два раза, и этого было итак много.

Скидываю каблуки в гостиной и тихонечко постанываю, дизайнерская обувь — это какая-то настоящая пыточная для ног. Роман сбрасывает пиджак и галстук, смотрит на меня выжидающе.

— Что? — я развожу руками.

— Я могу спросить? Снежана от меня всю вторую половину вечера чуть ли не шарахалась.

— И правильно, — я упираю кулаки в поясницу, — я ее четко предупредила, чтобы перестала за тобой таскаться.

— Понятно. Ревнуешь, значит? — улыбается он, как кот.

— Еще как, — я медленно приближаюсь к Роме, попутно сбрасывая с плечей тонкие шлейки платья. — Знаешь, о чем я думала весь вечер?

— О чем? — он облизывает губы, рассматривая мои голые плечи и ключицы.

К черту Снежану, хватит с нее и десятисекундного упоминания. Пора подумать о себе.

— Вот об этом, — кладу ладонь на пах и, прижимая, веду вверх. Губы приоткрываются, и я облизываю их влажным языком. Медленно соскальзываю вниз и устраиваюсь у его ног, сбрасываю с груди платье. Пальцы обхватывают мужские ноги, мнут ткань дорогих брюк и подбираются все выше, пока не оказываются у ремня. Пряжка щелкает, и ремень расходится, позволяя заняться пуговицей и ширинкой. Смотрю на Романа снизу и вижу его возбужденное лицо, острый взгляд, сосредоточенный на моих пальцах, которые уже расправились с ширинкой и тянут боксеры вниз. Он шумно выдыхает, когда член, наконец, освобождается от ткани и тяжело покачивается перед моим лицом.

Высовываю кончик языка и провожу по всей длине, от уздечки до головки. Рукой нежно глажу бархатную кожу. Роман ерзает и кусает губы, но не торопит. Облизываюсь напоказ и беру головку в рот, обхватывая плотным кольцом губ.

Курсы по глубокому минету, купленные на специальном сайте еще в начале наших с Ромой отношений, полностью оправдывают себя. А за эти месяцы, что мы в месте, я отточила свой уровень до наивысшего. Не знаю, насколько хороши настоящие девочки по вызову, но то, как это делаю я, Романа сводит с ума.

Он наматывает мои волосы на свою руку, несильно прижимает меня к паху и плавно входит на всю длину. Сжимаю его член губами, ласкаю языком и медленно дышу носом, позволяя погружаться полностью. Толчок за толчком, Романа уносит все сильнее. Меня заводит все: его реакция, контроль, то, как хорошо у меня получается. Рука сама скользит под платье и забирается в трусики. Я тоже хочу получить удовольствие, и желательно кончить вместе с Романом.

— Аня, ни на секунду глаза не закрыть с тобой, — Роман отстраняется и толкает меня на пол, устраивая в развратную колено-локтевую позу. Руки уже по-хозяйски шарят под платьем, стаскивая трусики в район коленей и задирая дизайнерскую юбку выше талии. — Такая мокрая уже, — Роман хрипит и входит в меня с пошлым шлепком. Его тело накрывает мое, сильнее прогибая в пояснице и распластывая по полу. — Хотел тебя именно так, прямо на том танцополе.

Глава 42

Тик-так, время выходит завтра и я сижу, как на иголках. Раз за разом продумываю, как расскажу Роману правду. Вот с чего начать?

Может, с «Нам надо поговорить, присядь. Я тут два месяца кое-что от тебя скрывала. Понимаешь, я притворялась девочкой по вызову. Все вышло случайно».

Или может, сразу «Рома, я не проститутка и никогда не была. Прошу, не убивай Дениса и Катю за то, что они сделали на меня липовое досье».

Вчера забрала из квартиры паспорт, чтобы предъявить. Роман же может сразу и не поверить, захочет перепроверить. А с паспортом это быстрее будет сделать.

Может, вообще не тянуть до завтра, а сказать прямо сегодня. Вот он придет с работы, а я так все и скажу. Только белье надену самое развратное, пусть наказывает, если надо.

«Буду к девяти, потом расскажу. Целую. Роман».

Ну вот какого черта, а?

Я тут душу рву, ужин вон приготовила двух видов. И мясо, и рыбу, и еще пирог с курицей. А он только к девяти собирается вернуться. Да еще и не рассказывает ничего.

Так, надо выдохнуть. До боли сжимаю кулаки и иду на кухню заваривать кофе. Мне бы еще сигарету, но, помнится, они мне дорого обходятся. Так что лучше не стоит.

Телефон опять оповещает о сообщении, и я жадно всматриваюсь в экран.

Не Роман.

Иван.

Странно, он мне никогда раньше не писал, хотя номер телефона на всякий случай попросил.

«Привет, ты дома?»

«Да».

«Мне жаль, что так получилось».

Тук-тук-тук. Что происходит?

«О чем ты? Я не понимаю».

«Роман еще не сказал?»

«Нет».

«Будет лучше, если ты сама приедешь».

Его слова начинают волновать меня все сильнее. Липкий страх разливается по телу. Иван не стал бы просто так писать какую-то ерунду. Значит, причина есть.

Она в Романе?

Что-то произошло?

«Ты можешь мне