Академия тайных даров. Преданная смерти - Дана Данберг

– То есть, такие есть?

– Да полно! А что?

Тут я рассказала маме вкратце, что я видела, не забыв упомянуть про транс и последующий допрос Лиски.

– Ты бы поаккуратнее с трансом была! – мама хихикнула. – А то менталисты – ребята ушлые…

– Мама!

– Ладно, ладно, дочь. Дело, я тебе хочу сказать, серьезное.

– Да не то слово! Только я не понимаю, что теперь делать?

– Тебе пока делать вид, что ты ничего не знаешь. И этого своего Маркуса предупреди.

– Он не мой.

– Это только пока, как я понимаю?

– Мама!

– Пф!.. В общем, я лучше с нашим лордом Гивеем поговорю, у него должны остаться связи у дознавателей, хоть его и выперли. Может, он узнает, пропал кто-то или нет.

– Не уверена, что это не бессмысленно. С подтверждением пропасть могут те, кто не на заданиях. А те, кто на заданиях, в отъезде, о них могут не сразу и узнать.

– Да, но они были в форме, как ты говоришь, – не согласилась мама. – Так что шанс есть.

– Ты хочешь ввести его в курс дела?

– Думаю, это лишним не будет. К тому же, он сможет что-то посоветовать.

– Что посоветовать, мам? По идее, тут надо организовать королевскую комиссию для проверки Академии, в которой обязательно должны быть менталисты. Это точно не уровень жандарма домена и даже не князя Греатриша, иначе Маркус бы уже попросил отца помочь.

– В чем-то ты права, конечно. Тем не менее, лорда Гивея на всякий случай лучше поставить в известность.

– Как знаешь, – махнула я рукой. – Лучше скажи, для каких ритуалов используют повешение на веревке?

– Навскидку могу сказать только про темные ритуалы. А, кстати!.. – вскричала мама и замолчала.

– Что?

– Есть такой темный ритуал, когда человека доводят практически до смерти, его душа покидает тело, а ее место занимает теневой двойник, то есть сущность из темного мира.

– Так… И для этого вешать обязательно?

– Это один из вариантов, потому что нужно, чтобы жизнь уходила по капле. А повешение – это далеко не быстрая смерть. Если не ошибаюсь, при том ритуале нельзя повреждать тело снаружи, иначе темная сущность может его не принять.

– То есть, ты хочешь сказать, что после ритуала в дознавателей вселяется эта сущность, они идут дальше работать и никто не подозревает, что это уже не те люди? Мам, как это вообще возможно? Как сущности могут копировать поведение людей, они же неразумны?

– Ну во-первых, они не совсем тупые, их не обязательно контролировать постоянно. А во-вторых, менталист тебе на что? Ему их надо только направлять.

– Ты в этом уверена? – усомнилась я. Нет, если это правда, тогда масштаб проблемы даже сложно предположить, ведь неизвестно, сколько из находящихся здесь, в Академии, людей тоже не совсем люди.

– Не уверена. Проверю эту информацию. Но учти, для проведения этого ритуала нужна спайка из сильного менталиста и сильного мага тьмы.

– Это может быть один человек?

– Не знаю, но честно говоря очень в этом сомневаюсь. Слишком уж ему много всего надо контролировать во время ритуала и после.

– Мам, постарайся узнать об этом все, что можешь, ладно? В крайнем случае, папу спроси, у него должны быть знакомые маги тьмы и менталисты.

– Отец опять в отъезде, у нас одну из шахт затопило. Никто не погиб – людей успели эвакуировать, но сейчас папа и Ален разбираются в причинах и можно ли все восстановить.

– Понятно. Тогда действительно поговори с лордом Гивеем, мам, может он что-то здравое подскажет.

На этом мы с мамой попрощались. Мне нужно было многое обдумать, но главное я все же вычленила из всех маминых предположений. Если мама права и это тот самый ритуал, а он ведь хорошо ложится и в то, что я видела, и в канву всей ситуации в целом, то значит, что я мельком видела и менталиста, и мага тьмы, если это вообще разные люди.

Видеть-то видела, только опознать я их не могу, потому что не разглядела лиц. Но они-то думают, что могу, и в этом главная причина, почему меня преследуют. Не из-за каких-то повешенных, а потому, что менталист думает, что я могу его опознать. И из-за расстояния и моей силы он мне задурить голову не может. И я такая, возможно, вообще единственная, потому что наверняка свое родное личико он тем бандитам не показал.

Надо выяснить, как они выглядят, но как? Попробовать еще помучать Лиску? Может, другой ракурс был или она здесь узнает кого-то, кого уже видела, но не совсем разглядела? Да и самой нужно искать более-менее похожих людей, хоть по общим чертам. Но опять же, я даже не уверена, что менталист в Академии не дурит всем голову насчет внешности. Хотя это очень затратно по магии, конечно, так что вряд ли.

Я задумчиво посмотрела на ласку, животина что-то заподозрила и даже попятилась. Ну что поделать, надо попробовать все рассмотреть еще раз.

Через полчаса я вернулась из разрозненных воспоминаний Лиски и опять посмотрела на артефакт связи. Было еще не поздно, до отбоя час, а знание жгло, не давало просто подождать до завтрашнего дня.

– Маркус, привет! – защебетала я и добавила в голос чуть плаксивости. – Ты меня прости за эту ссору. Я так скучала! Очень хочу с тобой увидеться и извиниться лично.

Актриса погорелого театра, ага. Только я помнила его предостережение, что чем ближе второй абонент артефакта, тем проще его прослушать. А учитывая то, что общежитие парня в полумиле отсюда, любой, даже самый слабый менталист его прослушает с легкостью.

– Давай встретимся на нашем месте? Там, где поссорились, – намекнула я именно на последнее место.

– Сейчас? – видимо, не отойдя от шока, сдавленно спросил тот.

– Пожалуйста! Мне так плохо из-за того, что я тебе наговорила! Мне так стыдно, – я всхлипнула.

– Ну… Хорошо, через пятнадцать минут буду на месте, только не плачь, прошу тебя, – кажется, он все-таки